показал опыт одного переселенца, именно в Англии людей такой ностальгией накрывает, что мало не покажется.
Ангелина Алексеевна заняла место в начале автобуса рядом с учителями из других школ, а мы с Даной ушли в самый конец к остальным ученикам. Но только приземлились на соседние сидения, как в окно раздался яростный стук. Ее неугомонный папаша по ту сторону жестами показал мне отсесть. Но это была не его тачка, чтобы с ним считаться. В любом случае я прекрасно понимал подругу: от такого предка и правда хотелось свалить как можно дальше.
Ее отец по ту сторону продолжал отыгрывать мима, теперь показывая, как будто он что-то от чего-то кровожадно отрывает. На этом моменте автобус тронулся, прерывая его странную пантомиму.
— Он у тебя забавный, — сказал я.
— Обхохочешься, — отозвалась Дана, кутаясь в принесенный с собой плед.
За окном, к которому она прислонилась, замелькало покрытое рябью темное море, ласковое летом, но даже на вид холодное сейчас. Глаза моей милой попутчицы сонно слипались, и вскоре она задремала. Прикинув, что лучше поспать, я откинулся на спинку кресла и тоже закрыл глаза. Однако уснуть мне не удавалось.
Над головой шумно гудел кондиционер, явно пытаясь нагревать воздух, но куда успешнее раскидывая мощные сквозняки по сторонам. Следом и по ногам потянуло холодом. Блин, могли б заранее сказать, что подгонят такую развалюху. Я бы хоть приготовился к зимовке. А так, пытаясь задремать, лишь ежился все сильнее, чувствуя, что еще немного и мои конечности начнут отбивать прямо здесь чечетку.
Внезапно что-то теплое шлепнулось мне на колени. Я распахнул глаза. Дана накинула мне на ноги плед, спасая от обморожения то, что ее папаша грозился оторвать.
— Спасибо, — я поднял взгляд на милашку.
— А у меня еще чипсы есть, — она улыбнулась. — Хочешь?
А может, тебе не надо в Англию? Может, тебе просто от папаши уехать? Но тогда эту гениальную идею я ей не предложил.
Мы с удовольствием погрызли ее чипсы. Потом подруга достала маленький термос с имбирным чаем, а я вспомнил про оладушки, заботливо подсунутые Полиной. После походного завтрака мы немного поболтали о всякой ерунде, а потом как-то незаметно под мелькающие пейзажи за окном задремали.
Сон был какой-то странный. Мы с Даной сидели летом на пляже, вытянув ноги на горячий песок, любовались закатом, смотрели на чаек, которые парили над морем и хватали выпрыгивающую им навстречу рыбу. Моя недотрога кормила меня чипсами, а я на полном серьезе раздумывал, как бы уговорить ее снять купальник. При этом ее папаша стоял рядом и обмахивал меня полотенцем, противно гудя над головой, как неисправный кондиционер. А потом одна из чаек подлетела ко мне, села на песочек поблизости и женским голосом учительницы из соседней школы сказала:
— А это не твои сонные голубки? Если так же и на олимпиаде будут, то готовься проставляться…
Я уже собрался ее согнать, как мне на плечо опустилась рука и не слишком ласково потрясла, вытягивая в реальность.
— Рома, просыпайся… И ты тоже, Дана!
— А? — подруга, как и я, распахнула глаза и подняла голову с моего плеча, которое, оказывается, использовала как подушку.
А я то-думал, почему мне было так тепло и приятно.
— Дети, это вам не пионерлагерь, — добавила Геля, строго оглядев нас. — Соберитесь! Мы приехали…
— А теперь встаньте поближе. И улыбнитесь порадостней. Вы же победители! Ваша школа вам спасибо скажет…
Местный фотограф блистал красноречием, нацеливая камеру на только-только выгрузившихся из автобуса нас. Мы же всей командой мечты позировали около белоснежной стены с надписью «Министерство образования» и большим гербом. Стараясь скрыть зевок, я покосился на стоявшую рядом Дану, чья помятая розовая щечка, отлежавшаяся на моем плече, смотрелась так мило, что ее хотелось потискать. Ее хозяйка перехватила мой взгляд и улыбнулась.
— В камеру! — нетерпеливо бросил фотограф. — Смотрим в камеру! Друг на друга в другом месте насмотритесь…
— Чему вы их учите? — строго вмешалась Геля. — Это хорошие дети! Давайте так…
И так бойко втиснулась между нами, что аж протерлась своим сочным бедром о мое. Можно сказать, влезла задницей между мной и Даной, покровительственно пристроив той руку на плечо и тактично не коснувшись меня — ну, если не считать бедра, которым отпихнула от подруги.
— Ну давайте так, — кивнул фотограф и исчез за камерой. — Повезло вам с учительницей, — добавил он уже оттуда, щелкая затвором.
Едва мы отошли, как наше место заняла другая группа школьников.
— Так, встаньте поближе. И улыбнитесь порадостней, — раздалось за спиной. — Вы же будущие победители!..
— Все, дети, идите просыпайтесь, — Геля отправила нас в открытый библиотечный зал. — И повторите что-нибудь, чтобы снова не уснули, а я пока дела утрясу, — и отправилась что-то утрясать, потрясая на ходу своей зрелой попкой.
Мы же уселись за ближайший свободный стол, наблюдая, как помещение постепенно заполняется приехавшими со всей области учениками. Все что-то повторяли, готовились и время от времени посматривали друг на друга из серии «кто на что способен», словно стараясь по виду вычислить самых опасных конкурентов. Чувствуя нарастающий мандраж, мы проспрягали неправильные глаголы, вспомнили парочку заковыристых оборотов и несколько особенно сложных предлогов. Не выдержав, Дана нервно вытащила из сумки шоколадку и, поделив, протянула половинку мне.
— Будешь? Шоколад полезен для мозга.
— Спасибо, — я не стал отказываться.
Одновременно с этим в кармане задергался смартфон, словно кто-то еще хотел мне что-то предложить.
Влада: «Ну что, как там олимпиада? Всех уже победил?»
— А вообще, можешь не париться, я, если что, нас двоих вытяну, — неожиданно мило, но вредно изрекла подруга, бросив косой взгляд на мой экран. — Защищу, так сказать, честь школы.
— И с чего так щедро? — уточнил я, откладывая смартфон и принимаясь за шоколад.
— Ну а когда тебе готовиться, — тем же тоном продолжила вредина, — у тебя же сейчас столько других важных дел. Постоянно на них отвлекаешься…
Я уж не стал напоминать, что на городской олимпиаде у меня результат был лучше, а дел — не меньше.
— Волнуешься, что ли?
— Да папа сказал без победы не приезжать, — саркастично отозвалась она. — Так что вот, уже присматриваю местечко на улице.
— Если что, приходи ко мне в гостевой дом. Без крыши над головой не оставлю.
— У тебя
