аддиктивном голосе и о мыслях в целом, тем свободнее он становился.
По мере того как он все глубже осознавал истину, что мысль преходяща и не обязательно к ней прислушиваться, придавать ей значение и поступать так, как она подсказывает, ему становилось все проще отстраняться и спокойно наблюдать за включающимися голосами.
Теперь он куда больше отождествлял себя с осознанностью – с сознанием, наблюдающим мысли, а не с самими мыслями. И когда Джереми интуитивно осознал, что реплики аддиктивного голоса – это просто мимолетное явление, отражение навязанного привычкой «мнения», а не его собственного, они утратили силу и стало куда проще не придавать им значения.
Обессилев, эти мысли перестали появляться слишком часто. Они не пропали совсем, но теперь возникали реже и уже не были так настырны. А самое главное – Джереми стал по-другому на них реагировать и иначе с ними взаимодействовать.
Благодаря осознанию, что аддиктивный голос не представляет опасности, Джереми теперь стало не так важно, слышит он его или нет. Да, он предпочел бы, чтобы голос умолк навсегда. Но, как бы там ни было, теперь Джереми всегда был способен отмахнуться от таких мыслей, если они возникали.
Любое душевное смятение он стал воспринимать как ясное указание на то, что он погрузился в свои мысли. Если его натуре свойственна ясность, то смятение может быть только признаком мимолетных мыслей. Когда Джереми охватывал страх и в голове бурлили идеи, как не остаться без заработка и больше скопить, он мысленно отстранялся и наблюдал за своим страхом, не поддаваясь ему. Страх уходил не сразу, но Джереми понимал, что на самом деле происходит.
При взгляде под таким углом страх не мог охватить Джереми с прежней силой. Мужчина понимал, что это просто аддиктивный голос, проявление его привычки, и это очень помогало ему избавиться от ужаса.
Сейчас Джереми тоже иногда посещают пугающие мысли о финансовой незащищенности, но они уже не воздействуют на него так, как раньше. «Вы не поверите, – доверительно сообщил он во время нашей последней встречи. – Мне теперь почти нравится, когда возникают эти страхи. Даже забавно наблюдать, насколько они эффектны и упорны. Ведь теперь я знаю, что это просто старые никчёмные привычные мысли. Странно, но я им очень благодарен: они показывают, насколько далеко я ушел вперед».
Может быть, вам кажется, что испытывать благодарность и приятные чувства к тому, что раньше вызывало боль и смятение, уже чересчур. Но это вполне реально. И если это удалось Джереми, то может получиться и у вас.
Глава 8. Все мысли временны и мимолетны
Вся жизнь – это последовательность мимолетных переживаний.
Некоторые из них вы воспринимаете как явно отделенные от вас самих. Вас застигает гроза, вы заболеваете гриппом, вас кусает комар, и все это – не вы, оно происходит вокруг вас или с вами. Но бывают переживания более глубокие, и грань между ними и вами представляется менее отчетливой. Мысли, проносящиеся у вас в голове; эмоции, которые вы ощущаете; побуждения, от которых вы отмахиваетесь и которым подчиняетесь, – это тоже переживания.
Они – не больше вы, чем гроза или комариный укус, но могут ощущаться, словно они – это вы сами, потому что находятся словно бы у вас внутри. Тем не менее вы свидетель всех своих переживаний, как внутренних, так и внешних.
Любые переживания временны. Вы – не они, они – не вы, и никакое переживание не длится очень долго. Оно текуче: к тому моменту, как вы его замечаете, оно уже начинает меняться.
Этот непрерывный поток, составляющий жизнь, похож на реку. Новые мысли, эмоции и другие переживания все время текут к вам и затем прочь от вас. Исток этой реки лежит за пределами психологического, человеческого мира. Нефизическая, духовная сторона жизни – вот исток наших физических, человеческих переживаний.
Временами из реки на берег выплескивается вода, но всегда возвращается обратно в русло. Вода то прибывает, то убывает в согласии с потоком. Река в своем естественном состоянии, ниже поверхностных волн, спокойна и прозрачна. И вы в своем естественном состоянии тоже ниже любых поверхностных волн (то есть мыслей, эмоций и других переживаний), спокойны и прозрачны, и ваш разум всегда безмятежен и ясен.
МЫСЛЬ – ЭТО ВСЕ, И ВСЕ – ЭТО МЫСЛЬ
Несмотря на то что наши переживания чрезвычайно разнообразны, все они начинаются в мыслях.
Все, что вы переживаете, чувствуете, видите, слышите, вкус чего ощущаете, доходит до вас посредством мышления. Это оно определяет ваши переживания в каждый конкретный момент. Вы поймете, что это так, если поразмыслите, насколько переживания личностны и субъективны.
Любые два человека всегда увидят разное в одном и том же фильме, услышат по-разному одну и ту же песню, отреагируют хоть немного по-разному на одно и то же событие. Мы всё переживаем посредством своего мышления. Таким образом, оно создает картину жизни, которую мы принимаем за объективную реальность.
Чтобы увидеть, как это работает, понаблюдайте за своими переживаниями в момент изменения мыслей. Допустим, вы обедаете, а ваша сестра со всеми подробностями описывает, как некий мстительный официант плюнул в тарелку шеф-повара, – внезапно то, что вы едите, покажется вам не таким уж и вкусным. Еда в тарелке та же, но ваши мысли повлияли на то, как вы ее воспринимаете.
Или представьте, что вы в кинотеатре, поглощены происходящим на экране и уже готовы зарыдать, глядя, как умирает герой, – и вдруг где-то позади раздается трель мобильного телефона. Ваши мысли тут же меняются. Вам напомнили, что это всего лишь кино, и чувства, которые вы испытывали, вдруг утратили остроту.
Мы не переживаем внешнюю «реальность» непосредственно – мы вбираем чувственную информацию об окружающем мире, и наш внутренний калейдоскоп составляет из нее картинку, о которой мы потом говорим: «Такова жизнь». Вот почему у каждого человека, когда-либо ходившего по земле, всегда было свое, уникальное представление о реальности.
Можно провести аналогию между тем, как работает наше мышление в течение дня, и нашими снами; на мой взгляд, она очень удачна. Очевидно, что во сне мы воспринимаем только свой внутренний мир – не совпадающий с внешним, физическим. Сознание показывает нам картинки и события, которые в состоянии сна представляются нам реальностью, между тем как в физическом мире мы крепко спим в своей постели.
Во сне мы ощущаем страх, радость, смятение. Мы, как и наяву, воспринимаем цвета и видим яркие, реалистичные картинки. Бывает даже, что мы просыпаемся с колотящимся сердцем, в поту, отбиваясь ногами от воображаемых негодяев. Все это кажется реальным, пока мы окончательно не проснемся и не поймем, что видели лишь сон. В
