подкатывает к горлу комом тошноты.
«Ты плохо стараешься, Эйра. И начинаешь меня и наших братьев расстраивать. Или, наоборот, радовать: так твоя милая сестричка быстрее станет нашей. Во всех смыслах, конечно.
Ты должна максимально сблизиться с королем. Если ты раньше пыталась быть незаметной, то теперь он должен видеть только тебя, слышать только тебя, доверять только тебе. И мне все равно, как ты этого добьешься.
Мне нужны его тайны.
А иначе… В слезах Мару будешь виновата ты.
Не думай, что сможешь обмануть меня. Я слежу за тобой».
Зажимаю рот, чтобы не вскрикнуть. Сердце замирает, а потом сжимается в комочек, который отказывается перекачивать кровь. Поэтому пальцы немеют, а в глазах плывут разноцветные круги.
Дышать. Эйра! Дыши! Ты справишься. Надо только… Только что? Соблазнить Керни? Залезть к нему в постель?
К своему ужасу, я не вижу в этом ничего плохого. Совсем лишилась стыда и мозгов.
Сминаю записку, закидываю ее в ками и раза с пятидесятого умудряюсь его зажечь. Несколько раз подкидываю дрова, чтобы убедиться, что записка точно сгорела, что этой дряни в моей комнате не будет.
Но, Пресветлый, когда?! Когда эта записка оказалась в моем кармане? Кто-то ведь должен был совсем близко оказаться ко мне! Он… Он следит за мной.
От этого холодок пробегает по моей спине, а волосы на затылке встают дыбом.
Обед и ужин после этих новостей кажутся совершенно безвкусными, хотя выглядят потрясающе… Я даже запаха почти не чувствую.
Чай, который так и не смогла заставить себя выпить в обед, все же выпиваю на ночь и только после этого засыпаю глубоким, спокойным сном.
— Госпожа, — заставляет меня выплыть из марева сновидений голос служанки.
Тихий, нежный. Мне даже не хочется возмущаться, что меня будят, настолько ласково она это делает.
— Его Величество сказал, что времени терять нельзя. Церемония должна пройти сегодня, и вы тогда отправитесь в столицу, — когда я открываю глаза, говорит служанка и покачивает в руке расческу. — И он настаивает, чтобы вы присутствовали.
Я киваю и поднимаюсь с кровати, отмечая, что раны все зажили полностью, а во всем теле легкость и спокойствие. Как будто это не я вчера бегала по городу и собирала ссадины.
У Керни церемония? Какая? Перебираю в голове варианты. Но… их не так много. И наверное, единственное действительно подходящее — это брачная церемония.
Ох…
— Может, я смогу подождать в комнате? Мне Его Величество не разрешил покидать комнату. Да и чувствую я себя не очень, — предпринимаю попытку я.
Просто понимаю, что особенно после вчерашнего поцелуя, который поднял со дна моей души такие чувства, которых я никогда не знала, даже не думала, что я на них способна, я совсем не горю желанием смотреть, как Керни женится.
— Вам позвать лекаря? — обеспокоенно спрашивает служанка. — А насчет покидать не беспокойтесь! Его Величество выделил вам два самых лучших стражника.
Понятно. Доведут под конвоем, хочу я или не хочу.
Качаю головой и сдаюсь в ловкие руки служанки. Она быстро причесывает меня, помогает надеть тяжелое синее бархатное платье с золотой отделкой и передает из рук в руки двум бравым гвардейцам.
Так и подмывает сбежать или заартачиться и не пойти. Но чувствую, что ребята непростые и словят меня через пару шагов.
Пройдя петляющими коридорами и узким воздушным переходом, мы попадаем в небольшое и очень светлое помещение, отделанное розовым мрамором с золотыми прожилками и с прозрачным потолком в виде купола, подпираемого колоннами.
Пахнет чем-то хвойным, а в воздухе в лучах утреннего солнца клубится дымок от развешанных на колоннах лампад. Даже если бы я волновалась до этого, тут, в абсолютной тишине и безмятежности, я бы точно обрела спокойствие.
Я просто в этом уверена. До момента, когда в глубине зала, у алтаря с постаментом, на котором лежит раскрытая книга, я не замечаю Керни в белоснежном мундире и рыжеволосую Эрнетту в ярко-алом платье. Король держит невесту за руку и улыбается.
Сердце начинает бешено стучать, а единственное желание, которое у меня остается — кинуться на рыжую и попортить хорошенько ей прическу.
Глава 15. Ритуал
Пресветлый! У меня настолько замутняется сознание тем, что на секунды кажется, что я вот-вот действительно кинусь на Эрнетту. Но потом за алтарем появляется священник и что-то серьезно говорит Керни.
Тот переводит на меня взгляд, окидывает им мое тело с головы до ног и обратно, и на его губах появляется ухмылка, которая слишком ярко напоминает мне о вчерашнем поцелуе. Настолько ярко, что губы начинают гореть, и я, не выдержав, касаюсь их кончиками пальцев.
В глазах Керни зажигается огонь, который, кажется готов опалить и меня. На секунду возникает ощущение, что это не мои пальцы дотрагиваются до губ, а его. И от этого перехватывает дыхание. Что за игра воображения? Или что-то было все-таки во вчерашнем чае?
Какого демона, оборотень?! Ты собираешься жениться!
От этих мыслей меня отвлекает появление в храме всей толпы прибывших девушек… И еще нескольких, которых я не видела. Все одеты в синего цвета платья, по цвету похожие на мое, но более простого покроя и из более дешевого материала. Девушки внешне так схожи, что если бы не разного цвета волосы, я бы подумала, что они совсем одинаковые.
Они вереницей уверенно проходят через весь зал и выстраиваются полукругом около алтаря, отрезая меня от Керни.
Что вообще тут происходит? Я пячусь и упираюсь спиной в одного из охранников. Похоже, мне не удастся улизнуть.
— Милая, что же вы там стоите? — женщина с невероятно добрым и теплым взглядом в белых свободных одеждах подходит ко мне и берет за руку. — Идемте сюда.
Она меня проводит вперед и оставляют с краю череды девушек. Керни, видя это, хмурится, собирается что-то сказать, а потом усмехается, поднимает брови и что-то шепчет священнику. На это брови священника тоже ползут вверх, но потом он всматривается
