— Где моя жена? — взревел граф.
— Вы не можете найти леди Леннокс? Значит, именно это привело вас в ярость? Если бы вы были вчера вечером дома, то она сообщила бы вам, что я останусь на ночь в ее спальне. Все дело в том, что в Лондоне сейчас орудуют воры.
— Что за бред вы несете? — возмутился граф.
Однако он прекратил попытки нанести Финну новый удар.
— Скажите честно, Руфус, разве я похож на человека, который предавался этой ночью любовным утехам с вашей женой?
Финн потер пальцы, на которых была запекшаяся кровь.
Граф снова склонился над ним, и Финн отодвинулся подальше. Протянув руку, граф потрогал шишку на голове Финна.
— Похоже, кто-то воспользовался вашей неосторожностью, — с довольной ухмылкой заявил граф.
— С моей осторожностью все в порядке, — буркнул Финн. — Хотя признаю, что хитрый вор переиграл меня. — Финн махнул рукой в том направлении, где находился сейф для драгоценностей леди Леннокс. — Проверьте четвертую полку. Держу пари, что ожерелье исчезло.
Руфус подошел к туалетному столику и выдвинул несколько полочек сейфа.
— Но почему вор не прихватил остальные украшения? — изумился он. — Некоторые из них в десять раз дороже ожерелья. — Руфус снова бросил на Финна подозрительный взгляд. — Черт возьми, все это странно! Что вы на это скажете, а?
Финн чуть не застонал. Вся эта история ему очень не нравилась. Она не просто дурно пахла, она граничила с абсурдом.
— Это длинная история, к тому же пока не все можно разглашать. — Он спустил ноги с кровати. — Давайте лучше поищем леди Леннокс.
Руфус почесал подбородок.
— Возможно, она в столовой.
Гвен и Руфус были женаты уже лет шесть, но он до сих пор не знал распорядок дня своей жены.
Финн встал и, зашатавшись, ухватился за столб кровати.
— Помогите мне, — попросил он Руфуса.
Граф, поддерживая Финна под руку, провел его по дому. Они спустились по парадной лестнице, миновали анфиладу комнат и, наконец, оказались в залитом светом помещении, стены которого были оклеены яркими обоями с цветочным узором. Это была столовая для завтраков.
Гвен сидела за столом и намазывала вареньем гренок.
— Ты сегодня рано вернулся, Руфус, — сказала она и с улыбкой повернулась к Финну. — Ну что, вы поймали преступника… — Внезапно Гвен осеклась, увидев лицо гостя. — О Боже…
Финн подошел к зеркалу и ужаснулся. Его лицо было перепачкано запекшейся кровью.
— Да, я поймал проклятого вора, однако затем упустил его. — Он убрал со лба прядь волос и осмотрел огромную шишку, которая была размером с мяч для гольфа. — Прикажите оседлать моего коня.
Граф с удивлением посмотрел на него.
— Ваша лошадь стоит в моей конюшне?
— Я же уже объяснял, что мне нечего скрывать. Похитителя драгоценностей разыскивает Скотленд-Ярд. Мы хотим избавить город от этого вора. Простите, но больше я ничего не могу сообщить вам.
Лицо графа заметно смягчилось. Он послал слугу на конюшню.
Финн тем временем долго осматривал и ощупывал свой лоб.
— Я спешу на деловую встречу, — наконец снова заговорил он.
— Деловая встреча в столь ранний час? — удивилась Гвен.
Встав из-за стола, она подошла к буфету и смочила салфетку водой из кувшина.
— Вот, возьмите, это поможет.
Гвен наложила холодный компресс на лицо Финна.
— Я испачкаю вашу салфетку кровью.
Она улыбнулась.
— Ну и что? Ничего страшного.
Доброта Гвен всегда скрашивала ее скандальное поведение. Когда она прижала влажную салфетку к его разбитому лбу, Финн с шумом втянул воздух.
— Вам больно? Простите.
Финн полез в карман за часами.
— А сколько сейчас времени? Мои часы остановились.
Гвен взглянула на часы, стоявшие позади него.
— Половина восьмого. И кого это вы собрались побеспокоить в столь ранний час?
Финн поставил время и завел свои карманные часы.
— Мне необходимо побеспокоить мисс Катриону де Довиа Уиллоуби.
— В самом деле, Финн? Неужели вы едете к этой балерине?
— Вы ухаживаете за ней? — спросил граф, выглядывая из-за плеча жены. — Вы хотите явиться к ней с такой шишкой на лбу? — Руфус поправил пенсне на носу. — Хотите я пошлю за доктором Мерфи? Кстати, я хочу пригласить его в качестве секунданта для дуэли с вашим братом.
— Мне не нужен врач, — заявил Финн. — Что же касается секунданта, то попросите его связаться со мной.
Леди Леннокс вернулась к столу.
— Может быть, отведаете гренков, Финн? Вам нужно подкрепиться.
Он, не присаживаясь, плеснул себе чаю в чашку и залпом выпил его. От одной мысли о мисс Кейт Уиллоуби у него еще сильнее начинало стучать в голове. Каждый раз, когда он встречался с этой женщиной, его колотило то от наслаждения, то от боли.Неужели она действительно перехитрила его? Финну было трудно в это поверить. Слишком уж коварно и продуманно вела себя эта балерина. И действительно, у Кейт было прекрасное прикрытие. Кем бы она ни являлась — иностранной шпионкой или пособницей анархистов, — Кейт могла свободно, не вызывая ни у кого подозрений, передвигаться по всему миру вместе с труппой. Этой воровке, этой воинственной амазонке удалось одурачить его!
Яркие лучи утреннего солнца освещали переулки между высокими домами Белгрейв-сквер. Выйдя на улицу, Финн зажмурился, снова почувствовав ноющую боль. Обшарив карманы сюртука, он нашел в одном из карманов очки с синими стеклами. Такие очки раздавали солдатам, служившим в Египте и Индии, для защиты глаз от палящего солнца.
Надев их, Финн вздохнул с облегчением. Ему стало намного лучше.
Взглянув на фасад одного из высоких домов, Финн вдруг подумал о том, что Кейт, оказывается, умеет взбираться по стенам и проникать в дом через окна. Он вспомнил ее отважный прыжок во время выступления в театре. Ему было ясно, что она решила играть по своим правилам, чтобы вернуть драгоценности из наследства дядюшки. Хотя, возможно, опись была сфабрикована анархистами.
Проскакав на своей гнедой лошади несколько кварталов, Финн убедился в том, что боль не отпускает его. Повернув за угол, он направился к Итон-сквер. Если Кейт Уиллоуби возомнила, будто ей сойдут с рук дерзкие выходки, то она сильно заблуждается.
— Аппер-Белгрейв-стрит, девять, если я не ошибаюсь, Сержант Макгрегор, — сказал Финн своему скакуну.
Конь зафыркал, опустив голову. Он был умен и отважен, к тому же обладал выносливостью и недюжинной силой. Эту породу специально вывели для кавалерии. Финн привязал скакуна к столбу коновязи и направился к крыльцу дома номер девять по Аппер-Белгрейв-стрит.
