Итак, ему оставалось только проводить ее взглядом до джипа, на котором она тут же укатила прочь. Впервые в жизни Бишоп на собственном примере познал истину, что не все сломанное по неосторожности можно исправить. Не все и не всегда.
— Если мамочки об этом пронюхает, она живьем сдерет с меня кожу, — сказала Эми Фоулер, хихикнув.
Стив Пенман усмехнулся в ответ:
— Так давай сделаем так, чтобы она не пронюхала. И чтобы твой папаша тоже ничего не узнал. Иначе со мной он поступит еще круче.
Он поиграл верхней пуговичкой на ее миленькой блузке, а другой рукой уже принялся вытаскивать подол своей рубашки из-под брючного ремня.
— У нас не так уж много времени, моя сладкая. Сет говорил, что его босс иногда наведывается сюда после церкви и воскресного обеда.
Эми оглядела грязную, пропахшую смазочным маслом заднюю комнату в гараже Кобба и легонько вздохнула. Обидно было потерять девственность в таком неромантическом месте, но еще обиднее встречаться со Стивом только здесь или в подобных мерзких углах, рекомендованных Стиву его дружками, на протяжении целых двух месяцев.
— Стив, ты не думаешь, что…
Он заткнул ей рот поцелуем, обрывая в самом начале серьезный разговор, который она все чаще затевала, когда они оставались вдвоем. Слышать о каких-то проблемах, а тем более их решать он не имел ни малейшего желания. Во всяком случае, не сегодня. Может быть, завтра или на следующей неделе он уделит этим проблемам толику внимания, а пока она была для него лишь вещью, обладание которой доставляет большое удовольствие, забавляет и развлекает, соблазнительной куколкой, которую кто-то смастерил из живой плоти специально, чтобы Стив мог опробовать на ней знания, почерпнутые из журналов, припрятанных у него под матрацем.
Она позволила ему уложить себя на топчан, стащить с плеч блузку, расстегнуть спереди пряжку на симпатичном беленьком бюстгальтере и обнажить груди. Он прилег на нее сверху. Его тело окрепло и налилось силой после минувшего футбольного сезона. Эми закрыла глаза и погладила ему затылок, наслаждаясь прикосновениями его губ, влажного рта и языка. Но это длилось недостаточно долго, чтобы довести ее до той степени возбуждения, какой достиг он почти сразу же. Так было всегда. Чересчур спешно он задрал ей юбку и спустил трусики ниже колен.
Эми старалась замедлить процедуру, долго возясь с «молнией» на его ширинке, а потом сжимая в пальцах горячий и твердый член. Она предпочитала ласкать его нежно, но Стив считал, что грубые прикосновения возбудят их обоих сильнее, и требовал этого от нее. Он во многом ошибался насчет своей партнерши, не понимал, что каждый раз, ложась с ним, она представляла его в своем воображении таинственным прекрасным незнакомцем — нежным, внимательным и сексуальным. Стив в нетерпении зарычал и крепко обхватил ее руками, просунул язык глубоко ей в рот и сдернул вниз до щиколоток брюки и трусы.
— Помедленнее! Не торопись! — почти беззвучно умоляла Эми, но он уже раздвинул ей ноги, подался вперед и невнятно пробормотал какие-то слова, выражающие то ли любовные чувства, то ли требование кончать с ерундой и заняться делом, то ли вообще нечто не имеющее смысла.
Она решила, что он, возможно, запамятовал, однако в последнюю минуту Стив полез в карман за презервативом и успел натянуть его, а уж потом вошел туда, где, по его расчетам, его уже ждали. Эми обвила его ногами, все еще пытаясь продлить увертюру, которая нравилась ей больше, чем сама опера, но по багровому лицу Стива, по его глазам, подернутым мутью, она поняла, что сегодня он не расположен потакать ей, а хочет закончить все в темпе.
Она приготовилась к такому завершению любовного акта и не очень расстроилась, когда он, дернувшись разок и пару раз простонав, быстренько кончил.
Она лежала под ним — блузка распахнута, лифчик распался на две половинки, юбка скаталась под подбородком, трусики неизвестно где, и никаких чувств, кроме ощущения тяжести его тела, навалившегося на нее, Эми не испытывала. И немного раздражал ее бьющий в нос запах бензина и смазки, а также бесчисленные пылинки, пляшущие перед глазами в солнечном луче, чудом пробившемся сквозь грязное оконное стекло и осветившем скопившуюся в каморке грязь.
Наконец Стив соизволил чуть пошевелиться и спросить:
— Как ты, детка? Все в порядке?
Это был его традиционный вопрос, сопровождаемый самодовольной улыбочкой, предвосхищавшей ее ответ.
Эми не стала его разочаровывать.
— Мне хорошо, Стив. — Она запустила пальцы в его густые вьющиеся волосы, поиграла с ними.
Он посмотрел на часы.
— Нам пора двигать отсюда. Ты же сказала мамаше, что проведешь время с Бонни.
— Иначе она бы меня не отпустила. Она помешалась на том, что случилось с Керри Ингрэм и Линет.
Стив промычал что-то, приподнимаясь на колени и стаскивая использованный презерватив. Он швырнул его в щель между топчаном и цементной стенкой. Эми было любопытно, сколько же там скопилось таких штук. Они наверняка сморщились, их греховное содержимое со временем ссохлось, только они служили напоминанием, пусть робким и ненавязчивым, о других девушках, распростертых на этом же скомканном шерстяном одеяле с задранными на голову юбками и спущенными трусиками. Она впервые почувствовала себя безжалостно выставленной напоказ. Но Стив даже не взглянул на нее. Поторопившись прикрыть юбкой бедра, Эми так же поспешно принялась застегивать лифчик и пуговицы на блузке.
— Бонни говорила, что шериф может объявить комендантский час. Тогда подросткам запретят появляться на улице после того, как стемнеет.
— Все может быть, — философски заметил Стив, вставая с топчана и заправляя рубашку в брюки. — Кстати, неплохая идея — относительно вас, девчонок, в особенности.
Его отсутствующий тон задел ее, и, возражая ему, она слышала себя как бы со стороны и улавливала в своем голосе ненужные истерические нотки и неожиданную враждебность.
— Почему ты так уверен, что только мы в опасности? А как насчет Рамсея?
— Насколько я слышал, никто не верит, что его прикончил тот же подонок, что и девчонок.
— А ты видел агентов ФБР, говорил с ними?
— Пока не видел и не говорил. Давай, малышка, сматывайся поскорей отсюда. Ты что-то закопалась.
Эми справилась со всеми пуговицами на блузке, и оставалась лишь нерешенная проблема ее трусиков. Где же они? Ей не хотелось спрашивать об этом Стива. Обращаться к недавнему партнеру по сексу с вопросом: «А куда ты дел мои трусики?» — было унизительно и не соответствовало хорошим манерам.
Стив, проявляя нетерпение, едва дождался, когда она наконец застегнет блузку и поднимется с топчана. Он тут же вытащил из дверной ручки какую-то железку, используемую в качестве засова, схватил Эми за руку и повел, вернее, поволок через пустынный темный гараж.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
