осталось неизвестным, «незафиксированным». Честно говоря, писать об этом, сидя ночью в пустой квартире, жутко. Как теперь гулять по любимому Лефортову? Мало ли – призраки, порталы во времени, туман. Интересно, почему нам не рассказывали об этом на уроках истории? Да, может, и хорошо, что не рассказывали.
Ученые объясняют такое поведение Петра стремлением унизить духовенство, насолить церковникам, посмеяться над бесконечными обрядами, сложившимся укладом, закоренелыми нравами и предрассудками. Кто-то считает, что таким странным способом Петр искал самых преданных пьяниц, узнавал секреты, держал все под контролем. Психологи говорят, что «соборы» помогали императору преодолеть неуверенность и страх, выплеснуть разрушительную энергию.
Но мне эти оправдания кажутся надуманными. В данном случае я готов верить в абсолютное зло или обыкновенное безумие.
* * *
Из главы «Алкоголь и власть» сделаем внезапный вывод.
Все мы люди.
В 1859 году Эдуард Мане представил в парижском Салоне свою первую крупную работу «Любитель абсента». Все были фраппированы, каноны – нарушены, моральные ориентиры – растоптаны.
Глава 4
Алкоголь и музыка
Кводлибет
Взрослая, адекватная, с высшим образованием и карьерой женщина рассказала мне историю: в 2003 году, еще будучи совсем молоденькой, пила она вино в одиночестве. По телевизору показывали клип Филиппа Киркорова «А я и не знал, что любовь может быть жестокой». Грустная песня, слезливая. Вот и знакомая моя растрогалась, а вино в бутылке уже заканчивалось, подползла она к телевизору и давай целовать черно-белого Киркорова, целовать экран и плакать, плакать до тех пор, пока ее легонько не шарахнуло током. Вот что делает музыка и алкоголь с людьми.
Я тоже, выпив немного бутылок вина, хочу слушать песенки, а иногда и того хуже: начинаю петь. Думаю, это у человека уже на подкорке, предки ведь во время своих ритуалов и пели, и пили. Прямо вижу этот крестик на ДНК – спирали, где «пить» пересекается с «петь».
Пришли мы недавно с друзьями в бар. Я, естественно, пронес две бутылки крепкого под курткой, чтобы незаметно подливать и всех таким образом выручать. В баре – людно, в основном какие-то студенты первых курсов или около этого. Все орут. Музыка играет так, что самого себя не слышишь. И мне захотелось подойти к администратору и прямо в лицо ему завизжать: «Я все знаю, знаю – для чего вы так громко врубили русскую попсу.
Ученые проводили исследование в небольшом французском городе, наблюдали за двумя барами, в одном тихо играл джаз, во втором – громко включали дикий пoп. И знаете что? Знаете? Во втором баре пили в разы больше!
Так исследователи доказали, что вам просто хочется меня напоить и слупить побольше денег. Ведь быстрая музыка, звучащая на больших децибелах, возбуждает человека, мешает говорить; человеку остается только напузыриться!»
Шумно было и на средневековых пирах. Именно там зародился жанр кводлибета, что с латинского означает «что угодно». Кубок-другой, то ли тоска навалилась, то ли веселье – в любом случае надо спеть. Голоса у всех разные, слуха у некоторых вообще нет, как лебедь, рак и щука – тянули собравшиеся мелодию, создавали многоголосую полифонию. Такая музыка часто теряла гармонию, превращалась в веселую перебранку, анекдот и пародию.
Впервые термин «кводлибет» встречается в песеннике «Доброе, необычайное и искусное немецкое пение» 1544 года. В сборнике 25 произведений, и 12 из них подписаны новым словом. А одна песенка называется «Как пили они».
Вот Бах, казалось бы, серьезный мужчина, но самый известный кводлибет эпохи барокко, «свадебный кводлибет», написал именно он. Десятиминутное произведение сплошь состоит из шуток, карикатур и отсылок к известным мелодиям. Этакая смесь фуги и чаконы, но кто из вас, дорогие читатели, сможет отличить фугу от чаконы.
Вивальди наш драгоценный, извилистый и золоченый тоже был не без чувства юмора. В первой части «Осени», которая входит в цикл «Времена года», есть забавная зарисовка «Подвыпившие». Скрипка отвечает за вино, оркестр изображает нетвердую походку селян. Речь пьяниц ускоряется, превращается в гам, хохот, становится неразборчивой. Все заканчивается сном, когда скрипка пять тактов замирает на одной ноте.
Иногда кводлибет как принцип смешения разных мелодий использовался и без иронии. Один из магнификатов (песнь Богородицы) испанского композитора Себастьяна де Виванко (XVI–XVII века) включает в себя помимо стандартной формулы самого магнификата несколько песнопений, посвященных Деве Марии. При этом песнопения и магнификат звучат на разных ладах.
Вообще словом «кводлибет» можно щеголять. Носить его в тайном кармане и доставать изредка, блистать эрудицией. А иногда можно и обзываться.
Напился человек, впал в сентиментальность: слезы, вздохи, всхлипы.
Вокруг, может быть, весна, а он пьян в доску, лежит на сырой земле, не может встать. Какая в этом может быть гармония? Никакой. Вот эту дисгармонию и записал Малер в пятой части вокальной симфонии «Песнь о Земле».
Пятая часть называется «Пьяница весною». Там, с одной стороны, оркестр разливается птичками и ручейками, с другой – старается тенор. Старается собраться с мыслями, постоянно прерывается, чуть ли не икает.
Что мне до весны?
Оставь мне мое опьяненье.
Не видит алкоголик красоты природы-матушки, не чувствует ее мощи. Трагично.
Записать весну по нотам в XX веке пытался и американский композитор Джон Кейдж. Его струнный квартет завершается кводлибетом, но от буйства, экзальтации и опьянения ничего не осталось, музыка скорее напоминает похмельное утро: вяло течет, даже не течет – а как-то вздрагивает, настораживает и пугает.
Вернемся в бар, где нас пытались споить под действием быстрой и громкой музыки. Мы, в общем, ушли в отдельную комнату, спрятались от орущих малолеток, заказали по пиву, а сами пили принесенный мной коньяк. За дверью звучали нетленные хиты русской эстрады, мы пели «черного ворона» и «группу крови на рукаве». Тоже, можно сказать, получился кводлибет.
Бетховен, Моцарт, слухи и домыслы
Некоторые доморощенные психотерапевты утверждают, что классической музыкой можно с успехом лечить депрессии, тревогу, повышенную агрессивность, другие нервные расстройства и даже алкоголизм. Мол, послушал несколько часов классику – и уже похож на человека. От алкоголизма спасают «Аве Мария» Шуберта, «Лунная соната» Бетховена, «Лебедь» Сен-Санса и «Метель» Свиридова.
Я, конечно, верю во всепобеждающую силу искусства, но Бетховен наверняка миллион раз послушал свою сонату, а трезвенником так и не стал.
Медальон с несколькими прядями волос Бетховена уже двести лет путешествует по всей земле. Композитор умер 27 марта 1827 года в Вене. Оттуда драгоценные волосы улетели в Веймар, потом в Париж, потом в Данию. В 1994 году американский маклер Айра
