9 августа
Уже бои за Клетскую, Котельниково, Армавир, Кропоткин! Волга рядом! Наши отходят. Отходят, истекая кровью...
По данным китайского командования, правительственные войска в провинции Чжэцзян вернули Суйчан и нанесли ряд поражений захватчикам в районе города Линьчуаня.
Японцы сеют в Маньчжурии провокационные слухи о якобы существующем секретном договоре между СССР и союзниками, направленном против «Страны Восходящего Солнца». Идеологическая обработка населения перед нападением на СССР идет вовсю.
В Маньчжурию непрерывно прибывают маршевые команды из Японии.
* * *
Кан Шэн настраивает членов ЦК против союза с Гоминьданом, стремясь любыми способами спровоцировать вооруженное столкновение. Возникает мысль, не является ли он японским агентом. Он решительным образом выступает против активной борьбы с оккупантами и подталкивает Мао Цзэ-дуна на отвод всех войск с японского фронта в тыл.
Отношение к нам со стороны местных руководящих работников пренебрежительное, а сейчас, в пору отступления советских войск, едва ли не враждебное.
Кан Шэн запретил своим работникам какие-либо связи с нами. От нас скрывают все стороны местной жизни, не допускают в театр на музыкально-литературные вечера, скрывают даже наличие в Яньани московских газет.
Кан двуличен, внешне по-прежнему вежлив, много обещает, но ничего не выполняет. Меня по «старому знакомству» Кан Шэн встречает неизменным шипением и улыбками. [68]
Алеев не выдержал сегодня и разразился целой речью. Мы сидели после завтрака за столом.
«У нас громадное количество мелких и крупных фактов, подтверждающих то, что мы во вражеском окружении! И нет ни одного штриха или факта, которые можно было бы рассматривать как дружеские!»
Черт побери, есть от чего потерять душевный покой!
* * *
После стакана байгара и сытной закуски Сяо Ли проболтался о приказе своего патрона. Кан Шэн заявил работникам, прибывшим из СССР: «Забудьте, как вы работали там! У нас Китай, и я заставлю вас работать по-китайски! Вас там не учили, а портили! Запрещаю водить дружбу с советскими!..» С каким презрительным высокомерием Сяо Ли держит себя с нашими сяо гуями.
Мы под неослабным внутренним и наружным наблюдением службы Кана. Будь то очаровательная преподавательница русского языка или десятки других соглядатаев вплоть до нашего бывшего повара. Молодчики Кан Шэна поспевают всюду. Их присутствие замыкает рты всех, к кому мы намереваемся обратиться. Кан Шэн сам назначает, кому и с кем надлежит беседовать. Разумеется, эта публика соответствующим образом обработана.
* * *
Измученный трагическими сообщениями из Советского Союза и глумливой яньаньской действительностью, я брожу и брожу в перерывах между передачами сводок Информбюро по двору.
Небо угольное. И крупные чистые звезды. И весь мир привлекательно дорог. Мир, не испакощенный насилием, предательством, подлостью. Воздух редкостно прозрачен. А приходишь в себя — и лихорадит тревога. Днем и ночью в сердце тревога, непрерывное ощущение опасности.
Кричат шакалы в горах. Порой крик подступает совсем близко к дому. Последнее время шакалов тайком постреливают на мясо...
На сердце тревога, боль. А видеть ее, угадывать ее никто не смеет. Мы здесь частицы той правды, за которую гибнут на Дону и на Волге.
И мы должны быть, как сама эта правда, уверенны, горды. [69]
13 августа
Наши отступают. Бои за Черкасск, Майкоп, Краснодар! Одна огромная битва на Дону и Кубани! Половина европейской части страны в руинах...
В Краснодаре на рабфаке в 1929 году я познакомился с Марией. В Краснодаре мы поженились. Там родина Марии. Кто бы мог подумать, что фашисты дотянутся до Кубани!
Какой враг злее и ненавистнее фашизма!
Бой за Линьчуань. В районе Суньяна японцам не удается сбить китайцев со своих позиций. У города Гуанфын бои на окружение китайских войск.
* * *
Цены на товары ширпотреба в Особом районе только за 1941 год возросли в 30–35 раз, а на самый дешевый продукт питания — чумизу — в 12 раз.
С 1939 года питание населения строго нормировано.
* * *
Мао Цзэ-дун в присутствии Южина вдруг вспомнил о Ма Хай-дэ: «Ма Хай-дэ — иностранец, изъявивший желание бескорыстно служить китайской революции. Мы приветствуем иностранных волонтеров. К этому нас обязывает интернациональный долг».
Судя по коротким замечаниям, коими мы неизбежно обмениваемся с Ма Хай-дэ, он знает всю яньаньскую подноготную.
* * *
Вдруг отчетливо представил Москву, мирную Москву. Отсвечивает под фонарями влажный асфальт. Родной русский говор. Поток «эмочек» и «зисов».
Даже ощутил запах бензина в весеннем сыром воздухе.
И радостные детские крики за окном. Возвращаясь с работы, я всегда стучал в окна квартиры...
* * *
Членов политбюро ЦК КПК весьма приблизительно можно разбить на четыре группы:
1. Мао Цзэ-дун, Кан Шэн (могущественнейший человек в Особом районе и КПК) и Лю Шао-ци (член политбюро, который постепенно «забирает власть» и начинает играть заметную роль).
2. Ван Цзя-сян, Чэнь Юнь, Чжу Дэ — более или менее придерживаются принципов марксизма-ленинизма, но слабо [70] подготовлены теоретически и слишком часто не способны аргументировать свои взгляды.
3. Так называемая «московская группа» — главная оппозиция оппортунизму Мао Цзэ-дуна и его сторонников: Ван Мин, Бо Гу, Ло Фу.
4. Жэнь Би-ши — «болото»: и нашим и вашим — чья перетянет.
Дэн Фа старается придерживаться нейтралитета.
Чжоу Энь-лай представляет КПК в Чунцине и фактически поставлен вне партийной борьбы.
Ван Цзя-сян родился в 1907 году в провинции Аньхой. Закончил в Москве институт имени Сунь Ят-сена на Волхонке. В мае 1930 года вернулся в Китай. Начальник политуправления войск КПК.
Чэнь Юнь родился в 1905 году в провинции Цзянсу. После школы работал в Шанхае продавцом газет. Учился в СССР. Начальник объединенного финансово-экономического управления Особого района. Заведующий орготделом ЦК КПК. Его псевдоним — Ляо Чэнь-юнь.
Чжу Дэ родился в 1886 году в провинции Сычуань в бедной крестьянской семье. Окончил военную школу, В 1922 году уехал в Германию. Учился в Гёттингенском университете. Там же за границей познакомился с Чжоу Энь-лаем. За политическую деятельность был выдворен из Германии в Китай через СССР. В 1927 году участвовал в Наньчанском восстании, командуя войсками. В 1928 году в горах Цзинганшаня соединился с крестьянскими отрядами Мао Цзэ-дуна и возглавил объединенную армию — зародыш китайской Красной армии.
Ло Фу (Чжан Вэнь-тянь). Родился в 1900 году в провинции Цзянсу в семье зажиточного чиновника. Закончил инженерную школу «Хэхай» в Нанкине и на собственные средства учился в Калифорнийском университете в США. По возвращении из США увлекся переводами классиков западной и русской литературы. По рекомендации Чэнь Юня в 1925 году вступил в КПК. В 1926 году приехал в СССР, учился в институте имени Сунь Ят-сена. В 1930 году вернулся в Китай. С января 1931 года член политбюро. В Яньани — главный лектор ЦК в высшей партшколе. Способный журналист. Как генеральный секретарь ЦК КПК Ло Фу является официальным заместителем Мао Цзэ-дуна в партийном руководстве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
