В общем, мы обсудили всё, что я вспомнила, заключили договор. По нему я числилась помощницей на ферме, разнорабочей. Трудовую мне следовало самой приобрести в канцтоварах. Оформили договор прямо с сегодняшнего дня. Пока на испытательный срок в три месяца. А вот зарплату прописали минимальную по закону плюс премиальные. Три месяца я даже не успею отработать. Портить трудовую? Ведь в ней должны будут указать мою учёбу в университете сперва.
Решила, не морочиться. Куплю трудовую, пусть вносят запись. А там может даже задержусь, если на выходных никаких других забот не будет.
Мне выдали две книжки и отправили восвояси. Мол, до завтра может что прочитаю, а так за трудовой отослали. Вот я и поехала в соседний городок, по дороге читая новые книги.
Неделю я привыкала к животным, училась с ними общаться, изучала, что каждое из них любит, научилась ездить верхом, а потом мне привели первого клиента - девочку лет шести. Она ничего не говорила.
Хозяйка - Наташа - сказала, что я сама должна определить, что с девочкой и попробовать улучшить её состояние. От этого зависит дальнейшее взаимодействие с ней. По сути - сейчас рекламная акция наших способностей.
Мда!
Я спросила, хочет ли погладить лошадку девочка, но та не отреагировала. А вот предложение покататься восприняла с большим энтузиазмом - лёгкий наклон головы я расценила как согласие. А потом я учила девочку правильно держаться в седле, выполнять кое-какие упражнения, и даже под конец мы вместе угостили животное яблоком. И пока лошадь брала кусочки лакомства, девочка смеялась, хотя, по-прежнему, не проронила ни слова.
- Замечательно! - сказала мама девочки. - Нам во сколько можно завтра подъехать?
Похоже, испытание я выдержала.
Затем в этот же день было ещё двое детишек с разными проблемами. Все после общения с животными заключили договора, а мне заплатили первую премию.
- Ой, спасибо, - вымолвила я, обнимая Наташу.
- Ты честно заслужила.
И потекли клиенты. Я не знала, как они пускают рекламу, поскольку услуги анималотерапии предоставлялись незаконно, но клиентов было много, как повторных, так и нет. Хорошо, если после очередного ребёнка мне предоставляли часовой перерыв. Всё же переключиться с одного на другого оказалось не так-то просто. Да и о проблемах мне не говорили. Есть клиент - работай с ним. Некоторые дети даже не ходили. Паралич или что у них?
К вечеру я просто валилась с ног. На работе телефон приходилось отключать, а вечером меня Андрей заваливал сообщениями.
"Привет! Как работа? Нравится? Я устроился работать в зоопарке. Чищу вольеры. Пока общался со слонами и обезьянами, к хищникам не пускают. А ещё сегодня один малыш свалился в вольер к обезьянам. Вот написано, что нельзя ставить на парапет, так без толку..."
Я пробежала глазами сообщения и выключила телефон. Даже ответить не было сил. Днём так себя не ощущала, как сейчас. Наверное, слишком устала. Надо поговорить с Наташей, клиентов слишком много...
На утро, на удивление, звонков пропущенных не значилось. Стало даже немного обидно. Не позвонил...
Придя на работу, я поговорила с Наташей.
- Сейчас лето, сезон, никуда не деться. Если нанимать ещё кого-то, то премиальные у тебя будут вдвое меньше, - ответила она. - Иди, тебя уже первый клиент ждёт. Возле огороженного пространства, где паслись лошади, уже стояла мама с девочкой.
Пришлось поторопиться.
Трудности возникли с четвёртым на сегодня ребёнком, на счастье или нет, оказавшимся неходячим, когда он вдруг завизжал, и лошадь понесла.
Страху я натерпелась, пока пыталась на другой лошади догнать строптивицу. И хоть ребёнка я успела перехватить, но разразился скандал. Мама мальчонки перепугалась больше него самого, и на меня серьёзно так наехали. Наташа забрала маму с сыном в свой дом отпаивать успокоительным, а я села на землю. Руки-ноги дрожали. Похоже, на этом моя работа окончена. Виновница скандала подошла ко мне и толкнула в плечо. Я погладила наглую морду, но настроения это не прибавило.
- Как ты могла меня так подставить? - спросила у разумного существа.
Она заржала и вновь потёрлась о меня.
- Я не сержусь, но не делай так больше. И какая муха тебя укусила?
Лошадь фыркнула.
И, на удивление, мы сидели с нею больше часа, я объясняла, что так нельзя поступать. Как бы не визжали дети, даже если больно, никаких финтов ушами.
Она, казалось, всё понимала.
Всё это время меня не беспокоили. Я достала телефон и позвонила. Не ответит.
- Да, милая? - ответил он.
А я не могу ничего сказать. Просто слёзы текут из глаз.
- Ланочка, ну что ж ты так... И я очень скучаю, - шепчет.
Где-то неподалёку слышится: "Андрей, на работе не разрешают разговаривать по телефону!"
Звук же меняется, будто он вошел в вольер к рычащему медведю.
- Не серчай, косолапый, - это явно не мне. - Как ты, солнышко моё?
Нежность, с которой он говорил... она пробила все барьеры, и я стала слово за слово рассказывать свои тревоги, поглаживая морду лошадки.
- Мама, хочу к конячке! - послышался голос ребёнка. Я обернулась. А малыш лет пяти, которого мама держала на руках, хотя ей явно тяжело было, тянул ручонки к лошади.
- Это Звёздочка! - обиженно буркнула я, продолжая трепать своего друга за морду и гриву.
- Рад, что ты повеселела, любимая, - услышала на той стороне трубки. - Благодарю, косолапый.
- Я пойду, начальство пожаловало, - прошептала я.
- Я вечером позвоню. Писать тоже буду.
- Хорошо, - и я отрубилась.
- Лана, желание клиента - закон! - показала на лошадь Наташа.
Похоже, меня увольнять не собираются. Погладила Звёздочку, а она взяла и опустилась на колени. Я её даже обняла и поблагодарила. Усадила мальчонку и сама позади него села. А вокруг ушей лошадки представила защитное поле, чтобы она на резкие звуки не реагировала.
Катались мы долго, до самого вечера. Приходили другие клиенты, но мальчишка не хотел слезать, пришлось маме оплачивать не просто почасовой тариф, а двойной.
Но, похоже, проблем с деньгами у неё не было.
Когда же мой рабочий день завершился, Наташа заплатила двойную премию, попросила ещё хотя бы с одним малышом поработать. Сверхурочно. Оплачивается отдельно.
- Только один час.
Сама даже на обед не прерывалась. Лишь тот час отдохнула маленько, пока со Звёздочкой сидела да с Андреем поговорила.
Когда же освободилась и брела домой, позвонил Андрей.
Пришла домой я с трубкой в зубах. И так же, не кладя оную, занялась переодеванием и полезла в ванную. Прерывать любимого не хотелось, да и общались мы прекрасно. Всё же соскучились. Откуда только темы брались. Вот и болтали, пока ванна наполнялась, я в неё залезала и блаженно в ней лежала. Пока связь не отключилась. Оказалось, телефон разрядился в ноль. Намёк на то, что хватит? Грустно вздохнула, убрала трубку и полежала ещё пару минут. Блаженства, правда, не испытала больше, поэтому помыла голову и вылезла.
Телефон включила на зарядку, но стартовать он не захотел.
Я ведь хотела только попрощаться...
- Лана, ужинать будешь? - спросила мама.
- Да, - хотя есть не хотелось.
Поклевала чуть еды, рассказала родителям про новую работу и заработанные премиальные.
- Ты не перегружай себя, - сказал отец. - Не в деньгах счастье.
Думали мы одинаково, вот только Наташа ясно дала понять, что легче не будет. Появилась мысль: а что, если Андрея пригласить совмещать мою должность? Но эту идею отринула тут же. Было несколько препятствий: работать вместе не очень хорошо, как бы не надоели друг другу; где ночевать? В областной центр не намотаешься. У меня? Готова ли я к этому?
И поняла, что нет.
Выходные я пока не знала, как проведу, но Наташу предупредила, что ничего не знаю, а в субботу и воскресенье работать не буду. Иначе - пусть ищет себе другого сотрудника на мою должность.
С Андреем этот момент тоже не обсуждали, но увидеть его хотелось. Мы чаще созванивались, например, в обеденный перерыв, который удалось выбить, хотя он и не был прописан по трудовому договору.
