Муж молча кивнул, подхватил на руки собственного шиди, уже отбрыкавшегося от демоницы, и вышел с ним в сад. Поклонница с хвостом, естественно, скользнула следом. А-Лей тоже хотел смыться под шумок, но был быстро пойман мной за шкирку, и брату пришлось поработать ассистентом.
Когда мы закончили, А-Лей сбегал и привел всех обратно. Точнее, не всех. Оказалось, что хвостатая поклонница шиди уже исчезла куда-то, отправившись по своим демоническим делам. Но обещала вернуться, о чем красноречиво свидетельствовало кислое лицо Лун Вайера.
Зато у нас появилась возможность обсудить некоторые вещи, которые не стоило озвучивать при посторонних. Принцесса не считается — за что люблю местную фармацевтику, так это за безопасные для беременных и кормящих снотворные снадобья. Гостья уснула после процедур и отвара, а возможный будущий наследник Пурпурного престола сам затих на ее груди, как и положено здоровому младенцу. Так что можно было устроить военный совет.
— Что ж… раз уж все рассказали свои истории, то теперь время для новостей. Скажи, шиди, ты знаешь, что низвергли еще и мастера Бая Юэ? — обратился к брату Юншен, присаживаясь на подушку у небольшого столика.
— Что?! Этого старого торгаша? Не может быть! Да на его грехах весь орден держится! — практически выплюнул шиди. — Пусть он хоть в борделе сутками живет, хоть пьет кровь младенцев — старейшины не посмеют тронуть того, кто выполняет все их меркантильные запросы! В отличие от ме… от нас… — поправился он и стушевался.
— Мой тесть вчера выкупил нашего шисюна с корабля, куда его продали в качестве… сам понимаешь каком, — вздохнул Юншен. — Его внешность даже на фоне остальных небожителей всегда была… выдающейся. И боюсь, это сослужило шисюну Юэ плохую службу.
— Орден пал? — На мой вопросительный взгляд Вайер пояснил: — Ну, просто это единственная приходящая в голову причина, почему золотого Юэ могли продать.
— Нет. Орден благоденствует и процветает по-прежнему. Во всяком случае, снаружи это так выглядит, — покачал головой муж. — А вот что происходит внутри… хотел бы я знать. Может, кто-то решил, что Бай Юэ скопил достаточно и теперь можно жить без его поддержки. Не выпрашивая по частям и под запись, а сразу забрав все.
— Сомневаюсь, что кто-то может добраться до денег шисюна Юэ, — криво усмехнулся Лун Вайер. — Этот лис никогда не клал все яйца в одну корзину.
— А может, наш шисюн стал задавать слишком много вопросов о том, куда уходят деньги за проданных рабов-демонов, — горько вздохнул Юншен. — Он сам, насколько мне известно, никогда не занимался этой частью торговли, поскольку она всегда принадлежала пику Ловцов. Но он не мог не заметить странностей, а также того, что в последние годы эта торговля очень оживилась и выросла. Впрочем, об этом лучше спросить у него самого. Ты ничего не знаешь, это уже понятно.
Лун Вайер явно хотел возразить, у него аж глаза загорелись. Но, к его чести, сдержался и промолчал. Только насупился.
— Ладно, — покачала я головой. — К завтрашнему полудню приведу вашего шисюна Юэ в сознание, тогда и зададим ему все нужные вопросы. А пока займемся вашим здоровьем. А-Лей, помоги пациенту раздеться.
— Опять?! — буквально взвыл Лун Вайер.
— А с Юэ мы будем ту же медитацию практиковать? — внезапно осознал перспективы Юншен.
— Куда мы денемся? — Я вздохнула. — Но это придется к папеньке в покои ночью красться, чтобы нас не засекли. Он не согласен отдать свое сокровище даже мне.
Муж вздохнул, подозрительно посмотрел на меня и все же спросил:
— Как тебе… золотой лорд?
— В смысле? — не поняла я. Потом догадалась: — Ты ревнуешь, что ли? О девять небес… Юншен, я не страдаю педофи… А. Да. Короче, мне не нравятся дети. Даже красивые.
— Девы слагают о Юэ любовные баллады. Его кожа как лучший белый шелк, а уста полны меда. Его глаза феникса сравнивают с…
— Дорогой муж, — мой голос был полон лисьего ехидства и вместе с тем тепла, — иди посмотри в зеркало и успокойся. Красивее тебя в Поднебесной мужчин нет. А насчет моих медицинских практик мы с тобой вроде договорились, м-м-м?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Мы говорили о руках, — вздохнул Юншен, — а не о… — И он красноречиво посмотрел на то, что в здешних землях считалось женской грудью.
— Не принципиально, — отмахнулась я, но к супругу подошла и поцеловала. Надо же утешить и вознаградить.
— Бесстыдство! — пробухтел с кровати Лун Вайер, пытаясь закутаться в простынку. Остальную одежду А-Лей, приученный выполнять мои медицинские распоряжения молча и быстро, с него уже содрал.
— Мне интересно, кто от кого заразился этим «бесстыдством», — хмыкнула я, обращаясь к Юншену. — Ты от шиди, шиди от тебя или вас обоих кто-то третий покусал?
— Янли! — практически хором возмутились оба. О, а младший соученик мужа даже имя мое запомнил? Надо же, что иголка, воткнутая вовремя и в нужное место, делает с девственными мозгами.
Глава 22
Юншен:
Как бы я ни старался казаться спокойным, в глубине души кипели настоящие вулканы мыслей. Неуверенность, опаска, банальный страх…
Янли я доверял. Не зря мы слились в том двойном культивировании, но даже без этого — я чувствовал в ней что-то настолько щемяще родное, что внутри все переворачивалось. И понимал, что, раз выбрав, она не изменит своего отношения.
На фоне этих мыслей и чувств мое опасение за верность супруги казалось глупым и надуманным, но… но я просто слишком хорошо знал Бая Юэ. Если б у этого старого зме… (хм, не будем чернить Шенсана, змеи, как выяснилось, могут быть вполне хорошими напарниками и друзьями) старого афериста была только его богоподобная внешность, мне незачем было бы переживать.
Но лорд Юэ занимал свое место уже несколько сотен лет вовсе не благодаря красивым глазам. Этот заклинатель мог заговорить зубы самому повелителю демонов, обвести его вокруг пальца так, чтобы тот ему еще и должен остался до конца жизни. Единственное, что удерживало его от тотального господства в секте, где даже я как-то оказался должен ему денег, это отсутствие интереса к явной власти. Бай Юэ больше любил заниматься коллекционированием и накопительством, чем управлением.
А еще, в те редкие моменты, когда лорд пика Снабжения не плел свою паучью сеть и не заговаривал зубы, он довольно прямо говорил, что официально руководить скопищем божественно сильных, но глупых недорослей ему не по душе. А уж постоянно решать все их проблемы — слишком хлопотное и дорогостоящее занятие для умного человека.
Так или иначе, я был рад, что первую совместную медитацию с этим лордом в «фамильном бутерброде Тан», как назвала нас Янли, мы провели, пока Бай Юэ был еще без сознания. И горный мастер не мог пустить в ход ничего из своего богатого арсенала уловок.
Кто знает… что он решит сделать, когда поймет, насколько хороша моя жена. И нет, я сейчас даже не про внешность лисы, хотя она очень красивая девушка и нравится мне с каждым днем все больше. Хотя, если подумать, куда уж больше? Но не об этом речь.
Янли со своими нетрадиционными методиками развития разноцветных ядер, с ясным, незашоренным умом и опытом другого мира — по-настоящему ценное приобретение для любого совершенствующегося. Она очень… очень дорого стоит. Для других. Для меня же — просто бесценна. И я не уверен, что старик не захочет присвоить мою драгоценность себе.
Более того, я подозреваю, что это только начало. В тот день, когда А-Лей привел свою сестру на рабский рынок и решил осчастливить ее низвергнутым заклинателем, спокойная тихая жизнь осторожной во многом гостьи из другого мира закончилась. События стали подобны горному ручью, получившему новое течение от обильных дождей в верховьях, и вся наша… семья несется по нему все быстрее и быстрее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
А Янли по дороге еще и пытается спасти всех, кого этот неуправляемый поток смывает с берега. Вот, например, змея. Вместо того чтобы отдохнуть после первого сеанса лечения шисюна Юэ, моя жена до самого вечера готовила сложный состав, в котором Шенсану предстояло отмачивать приросшую шкуру. Даже на пару палочек не присела. Я был вынужден кормить ее с рук, уже не пытаясь отобрать ступку и записи.
