— Пф! — высказала я именно ему. — Разберемся. Пап, ты иди. Я еще не закончила с этим господином на сегодня. — И изобразила им улыбочку Ганнибала Лектора, чтоб не особо зазнавались.
— Ох, — засуетился отец, у которого раньше регулярно приключались приступы радикулита, из-за которых он с этой моей ухмылкой и познакомился. — Не буду мешать! Здоровье господина Юэ прежде всего.
Он бросил на «феникса» всего один сочувствующий взгляд, после чего испарился.
— Почему мне кажется, — неуверенно пробормотал Юэ, натягивая одеяло на нос, — что я еще вспомню пыточную ордена с умилением?
Глава 26
Юншен:
— Юэ хороший союзник. Наверное, лучший из тех, кого мы могли заполучить, — сказала Янли, когда мы уже возвращались в жасминовый павильон.
— Хм, тогда, может, не стоило его так интенсивно… м-м… лечить? Мне и то меньше досталось, — вздохнул я. — По-моему, шисюн мог… затаить на нас легкую обиду.
— Не-а, — хмыкнула лиса. — Он сделал правильные выводы. Во всяком случае, из его взгляда исчез тот энтомологический интерес, который меня по-настоящему взбесил. Теперь этот «феникс с золотыми яйцами» трижды подумает, нужно ли ему такое сокровище.
— Если бы. — Я не сообразил, что еще на это ответить. Возможно, сейчас из-за болезни энтузиазм шисюна Юэ и притих, но лорд пика Снабжения всегда был знаменит тем, что способен использовать буквально все, что могло принести ему выгоду.
— Ладно, проблемы будем решать по мере их поступления, — зевнула жена. Под ее глазами наметились темные круги, выдавая усталость. — Пойдем проведаем наш детский сад перед сном и…
Я кивнул и повел лису в обход нашего собственного дома в глубину сада.
М-да, Янли как в воду глядела, решив проверить, все ли в порядке у «детишек».
— Убирайся отсюда, тварь рогатая! — гневно неслось из гостевого павильона. — Ты можешь обмануть слабохарактерного шисюна и его хозяйку, но я никогда не поведусь на твои лживые речи!
— Какой ты страстный и импульсивный. — В мурлыкающем голосе демоницы слышалась насмешка пополам с нежностью. — Настоящий демон.
— Как только я смогу встать на ноги, я перережу тебе горло! — продолжал угрожать Лун Вайер.
— М-м-м… звучит заманчиво. А если ты попробуешь и у тебя не получится, я могу получить одно желание взамен? — не сдавалась демоница.
— Ты! Ты ненормальная! Какое тебе еще желание? — Из дома послышался шум роняемых предметов. Или, скорее, брошенных.
— Я очень нормальный демон, не говори глупостей, цветочек. Обычное желание. — Кажется, она решила взбесить «любовь всей своей жизни» до смерти.
— Какой еще «цветочек»?! Не смей меня так называть! — Голос шиди слегка охрип, но был все так же непреклонен.
— Ядовитый и плотоядный, естественно. Лучшие цветы мира демонов умеют за себя постоять, их свирепости позавидуют даже некоторые монстры. Как и красоте. Хочешь, чтобы я сейчас ушла, цветочек? Подари мне один поцелуй — и я оставлю тебя отдыхать до утра. — Тут даже моя жена, которая сама любила словесно пытать своих пациентов, неодобрительно покачала головой. Пусть я и не понял, по какому именно поводу.
— Да ты! — Шиди взвыл так, словно демоница его не целовать собиралась, а уже откусывала ему ногу.
Мы с Янли переглянулись и рванули на шум.
— Если бы не женщина с ребенком, пусть бы препирались, для тонуса полезно, — на бегу заметила жена. Но, легко взлетев по ступенькам, строго высказала совсем другое: — Что за шум, а драки нету? Шиди, ты чего орешь как потерпевший? Забыл, что ты в комнате не один?
— Уа-а-а-а-а! — Ребенок, словно нарочно дождавшись появления заступницы, завизжал так, что расписной шелк в рамах ширмы затрепетал.
— Ух ты, может, заклинателем будет? — спросила Янли, убирая с кровати ширму и быстро подавая явно усталой на вид молодой матери бутылочку с прикормом.
— Нет! — почему-то перепугалась третья принцесса.
— Особам императорской крови нельзя учиться заклинательству, — пояснил я страх женщины, — «ибо не может тот, кто отказался от мирских забот и чаяний, вести народ». Но на самом деле я думаю, что все гораздо проще. Мало кому понравится отдавать власть в стране в руки бессмертному императору и ордену, который его обучил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ладно, разберемся, — отмахнулась жена и строго цыкнула на шиди и его демоницу: — Дети, угомонитесь. Нельзя шуметь в комнате, где спит младенец.
Гостья, сидевшая на полу у кровати, моментально сложила руки на коленях, обернула гибкий хвост вокруг себя, спрятав боевое жало под полами ханьфу, и приняла вид примерной невинной девочки. Лун Вайер, посмотрев на это, а потом на строгую Янли, буквально задохнулся от негодования:
— Вы… да как вы… ну ладно, твоя девка, шисюн! Она всего лишь глупая смертная и демонов только на картинках видела, потому и верит своим бредовым фантазиям об их непогрешимости! Но ты! Неужели ты правда готов якшаться с врагами? Тебе не хватило одного выжженного ядра и обвинения в предательстве?! Ты и правда… — Тут, наконец, мой шиди понял, что он несет, и испуганно замолк.
В комнате стало тихо-тихо. Только младенец на руках притихшей принцессы сыто причмокивал, а остальные застыли, как мухи в древней смоле с берегов северного моря.
— Ах ты, поганец, — спокойно как-то, даже ласково сказала Янли, но я почувствовал, как по спине у меня потекла струйка пота. — Супруг мой… я очень тебя прошу. Выйди, пожалуйста, на пять минут в сад. И козу рогатую с собой забери. Мне тут с твоим шиди поговорить надо.
Моя нежная, заботливая, веселая и добрая жена в этот момент выглядела так, что не только у меня мысли не возникло протестовать, но даже демоница с коротким писком подскочила с пола, сама схватила меня за руку и рванула из гостевого павильона на крыльцо, а потом по дорожке дальше, дальше, за поворот.
Остановились мы только после того, как жасминовые кусты совсем скрыли павильон для гостей.
— Она же его не убьет, нет? — Робкий и жалобный голосок совершенно не подходил к образу этой дикарки, но мне даже в голову не пришло, что демоница притворяется. Я только отрицательно помотал головой и не очень уверенно успокоил:
— Нет. Не убьет… наверное.
— Я его спасу! — И с места не тронулась.
Кажется… кажется, лиса в гневе способна впечатлить даже высшего демона. Я на секунду забыл об обжигающем холоде, что опалил душу после необдуманных слов шиди, беспокоясь о том, что с ним может сделать моя жена.
Но если подумать… Янли никогда не причиняла серьезного вреда. Тем более своим пациентам. Скорее всего, это будут лишь несколько горьких настоев да дополнительное иглоукалывание, не больше.
Или… ох, нет. Или она вывернет душу Лун Вайера наизнанку одними словами так, что его потом придется собирать по кускам. И размажет тонким слоем по всем поверхностям сознания.
Шиди — импульсивный идиот. Язык впереди головы. Брат опять сделал мне так больно, что дыхание перехватило. И хуже всего, как всегда, было от его недоверия и неприятия. От нежелания задуматься.
Так почему мне теперь за него по-настоящему страшно?
Глава 27
Янли:
Я старательно и медленно дышала, чтобы не начать просто и тупо орать как базарная баба, во весь голос и с подвизгиванием. Очень хотелось, но я понимала, что нельзя.
У меня еще хватило выдержки аккуратно прикрыть испуганно моргающую на меня принцессу одеялом. После этого я забрала у нее ребенка и уложила его в специальную корзинку, которую мы приспособили вместо колыбели.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Отдыхайте, ваше высочество, вас наши разборки не касаются, — пожелала я ей шепотом, опять устанавливая на кровати ширму и отгораживая пациентку от окаменевшего под моим ледяным взглядом Лун Вайера.
— А ты его не убьешь? — таким же шепотом спросила вдруг молодая мамочка.
— Ащ… посмотрим. — Я оглянулась на дверь и прикинула, как далеко ушел мой муж. Надеюсь, достаточно далеко и в то же время не слишком…
