Я явно была на своем месте. Служила эдаким семейным врачом. Пусть и не я выбрала специализацию, но вселенная за меня все решила. Я испытывала удовольствие, когда помогала.
К вечеру в мой дом пришла Хелен.
Ворвалась ко мне со смятым платьем, закрылась и расхохоталась. Ее супруг был против нашего сближения, но присматривать за мной просил сам лэрд, прознав про нашу странную дружбу. Тавиш ей больше был не указ, чему она необычайно радовалась.
Я незаметно вручила ей вожделенный пузырек, о котором она упорно просила. Не гордилась, но и не осуждала за ее решение. Сама отпила немного.
— Скоро ужин, — обозначила девушка, сидя со мной рядом. — Тебя будет ждать лэрд с отчетом. Ты идешь?
— Да, — я, поморщившись, кивнула, — Пора собираться, — а потом потянула с тоской, — я так не хочу.
Опять на меня будут смотреть и оценивать. Между собой смаковать подробности о новой любовнице лэрда. Снова встречусь с Авой и получу от нее какой-нибудь нагоняй, а про Аллана, Лиама и других мужчин предпочитала не вспоминать. Это будет не ужин, а настоящая пытка для моего самообладания.
В отличие от других, Хелен проявила невиданную скромность и терпение. Она не вызнавала подробности ночи, хотя... я видела, что ее трусит от любопытства.
— А ты не ходи, — предложила она неожиданно и подмигнула мне.
— Чего? — удивилась я. — Ослушаться приказа?
Судя по лицу и поведению лэрда, мне легче смерть принять.
— А что такого? — девушка накрутила локон возле плеча. — Не убьет он свою спасительницу, зато придет к тебе. Ты как маленькая.
— Хелен, а ничего, что я стараюсь избежать его внимания? — затянула свою стыдливую, лебединую песню.
На что Хелен отреагировала по-своему, со странной житейской мудростью.
— Лиса, — похлопала она меня по плечу, — бери, пока дают, иди, в смысле пользуйся, пока зовут. Женский век короток, а ты... — она скривилась, — рабыня, но всегда можешь упрочить свой статус.
И опять попахивало какой-то продажностью.
— Не таким способом. Лучше оставаться в ошейнике, чем...
Договорить не успела, Хелен меня перебила.
— Ты чересчур умная для рабыни и гордая, — заявила она твердо. — Так их не воспитывают. Я почти уверена, что ты дочка или сестра какого-нибудь лэрда. Внешность твоя примечательна, — она провела ладонью по моим волосам. — Ты образованна, а еще... — она замолчала на миг, но потом продолжила, — ты никого не боишься. Я помню, как тебя привезли, я видела. Голову ты не склонила. Рабы не такие. Нет, ты точно к ним не относишься.
Конечно, мой мир куда более адекватен.
Странно, но я решила послушаться ее совета.
Это не было объявлением о моем неповиновении, просто я отчего-то неистово захотела, чтобы Брюс сам пришел ко мне.
Романтичная идиотка.
Возможно, во мне говорил крепкий эль, который мы пили с подругой, возможно, нежелание общаться с его братом. А может все в купе.
Я отправила Хелен домой, чтобы она следила за малолетним сыном, а сама занялась огородом и зельями. Руки дрожали из-за нетерпения, я же знать не знала, какие эмоции сейчас испытывает глава клана, но подозревала, что не самые положительные.
Собрала травы, подвесила часть из них на веревки, натянутые возле окна. Совсем скоро я буду собирать богатый, ароматный урожай. В голове рождались рецепты твердых духов, простейших лекарств от простуды, известных мне, и, черт возьми, блеска для губ.
Вселенная, ты издеваешься?
Вряд ли он будет пользоваться популярностью.
Постепенно стемнело. Солнце зашло за горизонт. Сверчки вовсю стрекотали, а гуд цикад оповещал, что ночь полностью завладела сутками.
Лето в этом мире было ни прохладным, ни жарким, но уютным, звучным, крикливым.
Внутри образовался ком, состоящий из страха и отчаяния. Обычно меня успокаивал гримуар, но сегодня и он не помогал. Я боялась открыть ведьминскую книгу, постоянно ожидая посетителей. Вроде меня не боялись, но подтверждать опасения, показывать, что я ведьма, не стремилась.
Как и у жителей, у меня тоже в сознании отложилось, что это колдуньи — злые существа. Известные сказки и фильмы действовали на сознание. Кто бы знал, что я примкну к ним?
Когда в небе отчетливо виднелись созвездия, все пошли спать, и я основательно зевала, в мою дверь громко постучались.
— Да? — я отмерла.
До этого момента я делала нехитрые ароматические свечи. Нашла несколько емкостей, опускала в них уже готовый воск и добавляла травы. Занятие было медитативным, отвлекающим.
Моя дверь распахнулась. В ней застыл... зверь... чудовище... животное. Или все вместе.
— Ты посмела противоречить мне? —ворвался в помещение разъяренный лэрд. — Любовалась с моим братом?
Из-за его громкого голоса и рыка, который он издавал, вторую часть фразы я не расслышала.
Не так я видела его приход, зря я послушалась Хелен.
Сжавшись, метнувшись в угол, я задрожала. У меня мало опыта общения с мужчинами. Практически никакого. Я гуляла с ними, училась, шутила и болтала, но флиртовать не умела. И абсолютно не понимала, как капризы, неповиновение помогут мне с Брюсом.
Но час назад идея казалась отличной, а сейчас я сильно жалела. Мда, как говорится: не умеешь, не берись. Не выйдет из меня томной, манящей женщины. Я скорее робкий зайчонок.
— О чем ты? — вырвалось у меня.
— А ты не знаешь? — гневался лэрд, ничего порядком не объясняя.
Он вошел в мою скромную обитель, оглушительно хлопнул створкой, что я подумала, что косяк и дверь разрушатся.
На подобный эффект я точно не рассчитывала, и в мыслях встал образ, как я тяну зубастого,хищного, опасного, саблезубого тигра за усы.
Какая же дура! Конченая идиотка!
Это мне не менталитет моих скромных однокурсников. Брюс судил по-иному, а я навлекла на себя его гнев.
— Я забылась, видишь, — пододвинула к нему свечи в стаканах и чуть ли не плакала, — забылась. При чем здесь твой брат?
— Тогда почему он хвастался, что навестит тебя? — прищурился мужчина.
Брат предводителя хотел ко мне прийти, намеревался, собирался расспросить меня, но остался в замке, здоровый или не очень.
Хвастался? Да пробыв со мной минуту, он раздраженно выбежал наружу, потому что его выбесила ведьма и заставила извиняться.
— Это запрещено? Он говорил, что и ему нужна помощь?
Хотя на больного Аллан был непохож.
— Какая помощь? Такая же, какую ты оказала мне? — Брюс повысил голос и стукнул по столу.
Пожалуй, у меня хватило бы храбрости праведно возмутиться, съязвить, ответить так, чтобы лэрд никогда больше не выказывал подобных подозрений. Но...
Мне бы это не помогло. Я быстрее бы лишилась милости мужчины. Мне не нравилось молчать, но следовало или оправдаться, или терпеть отвратительное отношение.
— Я ничего не сделала, чтобы ты обвинял меня, — прикусила до боли губу. — Прости, что ослушалась приказа, и что твой брат что-то наговорил обо мне. Но ты сам поставил меня целителем, мог просто оставить на кухне. Мне нельзя с ним разговаривать? Я не буду.
К чему спорить? Я даже рада буду.
— Хорошо, — бросил Брюс холодно. — Так и поступишь. Я предупредил его и других, чтобы они держались от тебя подальше. Мне не нравится, когда ты общаешься с мужчинами.
— Общаюсь? — истерика вышла на новый уровень, я подавляла хохот и зачем-то принялась защищать брата лэрда. — Я бы и слова никому не сказала. А Аллан волновался о тебе. Боялся оставить чужачку одну и следил за до самого конца. Твоя ревность не обоснованна, — говорила таким тоном, словно превратилась в учительницу.
— Ревность? — поморщился лэрд. — Какая ревность? Ты рабыня, — попытался он указать мне на мое место.
В другие дни я бы, наверное, обиделась, но я хорошо помнила про смирение и принятие.
В этом мире я ко всему относилась легче.
— Значит, не она — послушно согласилась и выпрямилась, встав возле проема.
За мной расположилась разобранная кровать. И хоть я была в одежде, но все говорило о том, что я готовилась ко сну.
