Это должно было остановить ревнивую даму, но если бы...
Она вцепилась в меня, я в нее.
Начался настоящий бедлам. Мы словно в весенних котов превратились, делящих территорию. Визжали, царапали друг друга и дергали за волосы. Упали на деревянный пол и переворачивались.
Наверное, это могло продолжаться долго, но нас прервали.
— Что вы здесь устроили?! — в мой дом ворвался Аллан, Маккей и Ава. — Разойдитесь.
Возглас мы обе услышали, но плохо понимали, что нам говорили. Адреналин, общая неприязнь, злоба выходили наружу. Мы бы в жизни не перестали, но старик и брат лэрда разняли нас.
Тяжело дыша, я смотрела на свою противницу, удерживаемую руками брата главы клана. Та тоже вздыхала и бросала на меня ненавидящий взгляд. Растрепанная, с порванным платьем и царапинами на руках, она проклинала меня. Я тоже выглядела плачевно. Волосы как воронье гнездо, в них застряла пыль, травинки и разный мусор, на предплечьях глубокие царапины.
— Ах ты, безродная сука, — кинулась в мою сторону мать моей обидчицы, но вперед вышел пожилой мужчина.
— Не подходи к ней!
— Ты видел, что она сделала с моей дочерью? Рабыня сделала со свободной жительницей.
— А твоя дочь не осталась в долгу, получили они на равных, — говорил Маккей. — И я был свидетелем, что Давина обидела Лису первой.
— Она рабыня!
— Наши законы велят не обижать и не бить рабов, если те ни в чем не виноваты.
Ключница оглянулась на Аллана в поисках поддержки. Как ни странно, воин принял мою сторону.
— Маккей прав, Ава, — вручил он потрепанную Давину в руки родительницы. — Пусть твоя дочь идет ко мне в покои...
— Но господин? — возмутилась глава прислуги в замке.
— Я неясно выразился? — оборвал ее фразу мужчина. — Лиса не будет виновна в глазах Брюса. Она не смеет отказать ему, а Давина не первый день живет на этом свете и не первый день в своей роли. Если она хочет закончить эти отношения, Брюс не будет против.
— Мерзавка и вас околдовала! — ахнула пожилая женщина. — Я пожалуюсь друиду.
— Пожалуйся, — согласно кивнул Аллан, — но перед этим исполни мой приказ. Давину ко мне, сама уходи, и оставьте нас. — Он имел в виду, чтобы и старик Маккей вышел.
А я даже не успела поблагодарить его за оказанную помощь. Да и, признаться честно, брата лэрда я побаивалась.
— Ничего, девочка, — подмигнул мне Маккей, — если что, я буду свидетельствовать в твою пользу.
Благодарно улыбнувшись, я села на стул и стала ждать, когда все уйдут. Аллан, видимо, ждал того же.
Удостоверившись, что все ушли, он подошел ко мне, пальцем поднял мой подбородок и произнес:
— Лисичка, ты меня удивляешь. Подралась за Брюса? Правда?
Я виновато огляделась, смахивая его руку. Своим поступком не гордилась, но что мне оставалось делать?
— Не подралась, а защищалась, — тихо сказала я. — Или мне надо было стоять и ждать, когда Давина убьет меня?
— Или попросить Маккея тебя защитить, — парировал воин. — Он хоть и в возрасте, но силен как бык. Возможно, даже я проиграю ему в схватке, но ты отказалась. Благодари его, за то, что тот побежал ко мне, а не к Брюсу, — бросил мужчина. — Или на то и был расчет? Встать перед моим братом побитой и пожаловаться на его давнюю любовницу? Ее выгонят, тебя оставят...
Ужаснулась его словам.
— Я не жалуюсь и не доношу. Если бы она была умнее, то никогда бы не напала на меня.
— Можешь быть уверена, больше она тебя не тронет. Расскажешь ли ты о ней?
Я завертела головой. Не хотела дальнейших разборок.
— Хорошо, я рад, что мы друг друга поняли, — лениво заговорил Аллан. — Помалкивай об этом случае, никому не говори, а я научу Давину уму-разуму.
— Спасибо, — с трудом выдавила из себя. — Спасибо, что пришел и вступился.
— Не мог отказать себе в этом удовольствии. Новая рабыня, ведьма, любовница Брюса. К тебе столько вопросов, а он запретил их задавать. Но ты смотри... — мужчина сделал эффектную паузу, — я слежу за тобой.
А вот это было плохо. Мне ведь каким-то образом требовалось встретиться с Анной.
Глава 7. Лиза.
Прошло несколько дней.
Два раза я приходила к лэрду, два раза делила с ним постель, а потом сама, по своему выбору, уходила. Таким образом, я хотела провести черту, отстраниться, обозначить самой себе, что мужчина мне безразличен.
Но чем больше я сопротивлялась, тем настойчивее становился Брюс. Он злился, ругал меня, один раз сломал деревянный стул, стоящий поблизости, потому что я никогда не оставалась ночевать. Ревновал ко всем подряд, да так, что я устала оправдываться. По странному стечению обстоятельств глава клана хотел, чтобы я всегда была рядом, но не приказывал.
Он и от Давины отдалился. Не звал ее к себе, если верить сплетням, которые мне регулярно приносила Хелен. Просто удивительно, как легко он отказался и от других рабынь, и от своей любимой фаворитки.
Про драку я промолчала, Аллан, действительно, постарался, чтобы никто ни о чем не узнал и, похоже, поговорил с бывшей любовницей о ее поведении. Рыжеволосая стерва обходила меня стороной, но это не мешало девушке пускать про меня грязные слухи.
По истечении шестого дня, если отсчитывать день, когда я получила проклятую записку, я занималась хозяйством, прибиралась в доме, но никак не могла найти предлог, чтобы завтра отправиться к реке.
Не могла не замечать, что внимание ко мне усилилось. Пусть я заслужила доверие, но воины, женщины, старики стали усерднее приглядываться. Часть из них подобным образом проявляли дружелюбие, а часть все-таки опасались безродной, потерявшей память ведьмы.
Подруга отметила мою нервозность. С некоторых пор она трудилась рядом, вызвавшись мне помогать. Естественно, Брюс разрешил, а супругу Тавишу пришлось смириться.
— Лиса, что с тобой? — возмутилась она, когда я пропустила мимо ушей очередной ее вопрос.
— Задумалась.
— О чем же ты задумалась? Неужели это важнее того, о чем я говорю?
Не придумав ничего лучше, я выпалила совершенное безумство.
— Хочу пойти к порогам завтра, — посмотрела на Хелен исподлобья.
— Зачем? Это далеко, возьми провожатых, — нахмурилась она.
— В этом и состоит сложность, — я удрученно вздохнула. — Мне нужно набрать там земли, некоторых трав и ягод...
Скучающее выражение на лице у Хелен вмиг преобразилось. В отличие от других местных, дружбой с колдуньей она гордилась, даже вызвалась уговаривать меня на всякие сомнительные ритуалы. Но пока я твердо отвечала отказом. Я сама в своей магии не уверена, куда мне колдовать для других.
— Думаешь погадать, выяснить, кто тебя толкнул? — дыхание у нее стало прерывистым, голос любопытным.
— Да,да, — я быстро подхватила ее предположение. — Именно это я и хочу сделать.
Я думала, она скажет, что нет ничего проще. Мне же не запрещено туда ходить, но моя наперсница, напротив, замолчала.
— Увидит тебя кто-то из аркартов, все равно к друиду побежит жаловаться, а тот к лэрду. Брюс тебя, конечно, защитит, но будет недоволен. Может, забудешь об этом случае? Вполне возможно, что тебе солнце напекло, и ты свалилась.
— Нет, вот это совершенно невозможно, — замотала я головой и забормотала: — и забыть не в силах.
Еще несколько минут Хелен думала, а потом просияла.
— Я могу отвлечь остальных, свистнуть тебе, если кто-то увяжется за нами, подойдет?
— Ты сделаешь это для меня? — с надеждой воззрилась на девушку. — А у тебя не будет проблем?
— Какие проблемы? — она отмахнулась. — Ты ведь не делаешь ничего крамольного. Я буду рада тебе услужить.
Под ложечкой засосало. Хелен ко мне по-доброму, искренне, а я не только лгу, но и планирую встретиться с той, которую все считали мертвой и предательницей.
Я недолго страдала от мук совести. В конце концов, я не предназначена для этого мира, он слишком суров для меня, и я не очень хочу здесь находиться. Так что уже утром, после завтра, мы осуществили задуманное.
