нервно перекинула взгляд на меня.
– Рэй, поедешь с нами? – неожиданно спросила она, а я застыл с выпученными глазами.
Рэй?
Меня удивило, как она меня назвала. Я был не шизик, не биполярник, не Стэлфорд и даже не Северус Снейп.
– Я на работе, – выдавил я, бросив хмурый взгляд на хипстера-олуха.
– Отпросись домой, – противно рассмеялся этот болван. – Скажи, что болит живот.
– На твоем месте я не стала бы так шутить со Стэлфордом, а то живот будет болеть у тебя, – выпалила Линдси, закинув свою крохотную сумку под мышку. – Мне нужно в дамскую комнату.
Ее фигура затерялась в толпе, а мой эспрессо давно остыл.
– Приготовить горячий? – спросила Челси, увидев, как я поставил полупустой стакан за стойку.
– Не нужно, спасибо, – бросил я, направляясь в служебную комнату, чтобы, наконец, взять сигареты и покурить, пока мой короткий перерыв не закончился.
Я чувствовал себя жителем башни, наблюдая со второго этажа пожарной лестницы, как вход в клуб активно штурмует прибывшая партия новобранцев. Один из охранников сверялся со списком гостей, пропуская людей в обитель электронной музыки и дорогих коктейлей. Среди многообразия шума толпы, басов и истеричных сигналов машин, паркующихся ближе к клубу, я услышал скрип двери за спиной.
– Стэлфорд, – развернувшись, я увидел напарника. – Я там по камерам глянул. Твоя знакомая блонди раскуривает в туалете.
– И что? – спросил я, делая затяжку. – Половина клуба дымят в толчке, хоть топор вешай.
– Это не сигареты, – он переминался на пороге. – Иди сам глянь.
Я бубнил под нос что-то недовольное, когда шагал в комнату с десятками мониторов. Перед экранами сидел еще один охранник, но судя по его открытой вкладке с сайтом знакомств, он не особо стремился работать.
– Черт, да она совсем с ума сошла! – рявкнул я, увидев на одном из мониторов сидевшую у раковины Линдси.
Около нее стояли девушка и парень, и между ними по кругу ходила самокрутка.
Через пару минут я тянул дверь туалета на себя. В нос ударил запах сигаретного дыма вперемешку с духами и травкой.
– Употребление наркотических средств на территории клуба запрещено, – отчеканил я, заметив, что на меня смотрели, как на умалишенного.
– Приятель, это всего лишь травка, – усмехнулся парень, оказавшийся олухом с бара в футболке AC/DC. Он протянул мне самокрутку. – Расслабься, а то ты весь напряженный.
Выхватив из его рук косяк, я подошел к открытой кабинке. Сделав одну затяжку, я с недовольством кинул взгляд на Линдси и зашвырнул самокрутку в унитаз. Нажимая на кнопку слива, я чувствовал себя в роли предков, внезапно появившихся во время разгара вечеринки.
– Такой сорт загубил, – печально изрек болван, но вдруг резко разразился хохотом.
– Еще раз увижу эту дрянь – вышвырну из клуба, – мой суровый взгляд пробежался по троице, остановившись на Линдси.
Олух и незнакомая девушка выскочили из туалета, оставив ее в одиночестве.
– Ты у всех посетителей топишь косяки в унитазе? – спросила Линдси, насмешливо изогнув бровь.
– Я всего лишь делаю свою работу, – произнёс я, скрестив руки на груди.
– Сказал, как супергерой, – она спрыгнула со столешницы, небрежно кинув на меня прищуренный взгляд. – Вышибаламэн.
Линдси встала у раковины, повернувшись ко мне спиной. Ее тонкие руки потянулись к крану и включили воду, выбрав холодную температуру. Подставив запястья под струю, она с облегчением выдохнула.
– Здесь ужасно жарко, – произнесла она и подняла голову, чтобы посмотреть на себя в зеркале.
Наши взгляды встретились в отражении. Я выглядел хмуро и внешне напоминал своего отца. Нахмуренные брови, напряженные, словно выточенные из камня скулы, поджатые губы и сверкающие гневом глаза.
Один в один Роберт Стэлфорд только с татуировками на руках и шее.
Линдси рассматривала мои татуировки на скрещенных на груди руках, и ее губы приоткрылись, а потемневшие глаза прищурились. От ее чертового взгляда я ощущал себя, словно под гипнозом. Она будто взяла мое тело под влияние, и я шагнул к ней.
Она повернулась ко мне лицом, тряхнув перед собой руками, и на меня полетели ледяные капли. Я почувствовал, как моя кожа горит, и готов был кинуться под кран, где Линдси охлаждала запястья.
– Рэй, – Линдси покачнулась и оперлась ладонями на столешницу, – кажется, я сейчас отключусь.
Прислонившись к стенке, она сползла на пол по скользкому кафелю.
Черт, что с ней?
– С тобой все в порядке? – спросил я, поморщившись от собственного вопроса.
Разве непонятно, что эта ненормальная переборщила с выпивкой и наркотой? Какой к черту "в порядке?"
Я рухнул на плитку, сев напротив Линдси. Ее голова склонилась к груди, и я обеими ладонями обхватил лицо.
– Лин, ты слышишь меня? – я неотрывно смотрел ей в глаза.
Серые радужки терялись в черноте, и по моей спине пробежался холод.
Глава 11. Время не лечит
Линдси
В ушах стоял противный звук, будто надо мной держали пиликающий без конца будильник. Я медленно раскрыла глаза и увидела над собой расплывчатое белое пятно, похожее на светильник. Пытаясь вернуть зрению четкость, я несколько раз моргнула.
– Проснись и пой, – раздался незнакомый мужской голос, и, повернув голову, я наткнулась на размытые очертания лица с темными волосами. – С возвращением в свой новый день.
– Кто ты? Где я? – тихо спросила я, пытаясь оторвать голову от подушки, но тут же ее опустила. Виски пронзила адская боль.
– В больнице. Тебе сделали промывание желудка.
Наконец я рассмотрела, что передо мной стоял тучный мужчина с густой темной шевелюрой. На нем был белый халат поверх зеленой униформы. Но мне так и не удалось прочитать надпись на его бейджике.
– Перед глазами все расплывается, – произнесла я и тут же поморщилась. Каждое сказанное слово отдавалось сильным ударом по макушке, – и голова болит.
– Это пустяки, учитывая, что ты чуть не сыграла в ящик, – строго проговорил доктор, посмотрев на карточку. – Твой парень что-то плел про просроченные таблетки. Но таких, как ты, я вижу насквозь.
– Парень?
– Тот, кто привез тебя и чуть не сломал нос нашему медбрату, – осуждающе сказал доктор.
Тот, кто привез меня?
Я посмотрела в другую сторону палаты, но там никого не было. Только висевшая штора, разделявшая комнату на две половины.
– Наверняка, ты мало, что помнишь о прошлой ночи, – доктор достал из папки бумагу и ручку. Все это он положил передо мной, после чего присел на край кровати. – Пиши.
– Что? – я в недоумении смотрела на доктора.
У меня все еще оставались проблемы со зрением, какая к черту писанина?
– Пиши завещание, – мрачно ответил он.
– Завещание? Серьезно?
– Абсолютно, – он взглянул на меня со скучающей насмешкой. – Если ты дальше планируешь связать свою жизнь с наркотиками, то это вполне логичный шаг…
– Хотите сказать, что я наркоманка? – я перебила его.
– Я это и говорю. У меня здесь таких, как ты, каждый день по десятку. Вы все думаете, что бессмертные. Или, что круто умирать молодыми…
– Я так не думаю, – возразила я.
– Хочешь знать правду? – доктор скрестил руки перед собой на груди. – Что молодые, что старые – все трупы выглядят одинаково.
