Они выглядят ужасно. Но трупы наркоманов самые отвратные.
Я с трудом проглотила застывший в горле ком.
– «Спасибо» за подробности. Долго мне здесь лежать?
– Принудительно здесь держат психов семьдесят два часа, – доктор встал с кровати, засунув руки в карманы халата.
– А сколько пролежу я?
– Ну ты же не похожа на чокнутую, – с этими словами он покинул палату.
– Кто знает, – пробубнила я себе под нос.
Не успела я прийти в себя после сумасшедшего доктора, как дверь снова раскрылась. В проеме показалась голова со взлохмаченными черными волосами.
Рэймонд.
Увидев, что я таращусь на него, он молча переступил порог и подошел к кровати. Так и не сказав ни слова, он скрестил перед собой руки и, как обычно, смотрел на меня хмурым взглядом. От его пробирающих темных глаз становилось не по себе, и я натянула одеяло до кончика носа.
– Это ты привез меня сюда? – мой вопрос был тупым, но кому-то нужно нарушить затянувшееся молчание.
– Нет, Папа Римский, – рявкнул Рэймонд. – Ты хоть понимаешь, что могла не очнуться? Твой коктейль из травы, алкоголя и долбаных таблеток рискнул стать смертельным?
Я опустила глаза, не выдерживая его тяжелый взгляд. Через секунду рядом со мной продавился матрас, и к носу подкрался знакомый аромат парфюма Рэймонда.
– Что ты молчишь? – строгим тоном вновь спросил он. – Ты понятия не имеешь, что я пережил. Я не знал: очнешься ли ты? Что с тобой будет? Вызвать службу спасения или отвезти тебя самому? Как быстрее добраться до больницы?
Я подняла на него взгляд. Рэймонд расселся на кровати, опираясь на руку и согнув одну ногу перед собой. На нем все также была накинута черная косуха, от которой пахло табаком и кожей.
Интересно, Рэймонд действительно переживал за меня? Или просто беспокоился, чтобы в его смену не было трупов?
– Я до сих пор не могу понять, – он продолжал хмуро смотреть на меня. – Почему ты так убиваешь себя? Что случилось в твоей жизни, раз ты не можешь справиться со своей болью?
Я чувствовала, как кирпичики в моей крепости начали трескаться и сыпаться вниз. Крепость, которая была непробиваемой для кучи психологов, оказалась уязвимой для Рэймонда.
– С чего ты решил, что мне больно? – язвительно спросила я.
Рэймонд выдвинулся вперед, сократив между нами расстояние. Я почувствовала его теплое дыхание на своем лице.
– Линдси, когда люди хотят повеселиться, они не мешают все подряд в надежде, что какой-нибудь из ингредиентов отправит их на тот свет. Ты хочешь покончить жизнь самоубийством?
– Это не палата, а какая-то пыточная! – возмутилась я. – Сначала док с завещанием, теперь ты с суицидом. Что дальше? Явится оркестр и сыграет похоронный марш?
– Наверное, я зря проскочил на несколько красных и нарушил правила, – Рэймонд разочарованно вздохнул. – Я не знаю, что произошло в твоем прошлом, что ты так разочаровалась в людях. Но не все предают и причиняют боль. Есть те, кто хочет тебе помочь.
– Ты про мистера Гранта сейчас говоришь?
– Про себя, – Рэймонд закатил глаза, видимо, поражаясь моей "сообразительности".
– Парень с биполярным расстройством хочет помочь наркоманке, – хмыкнула я, но Рэймонд не оценил мой черный юмор. По тому, как сверкнули гневной вспышкой его глаза, я поняла, что Рэймонд был на пределе. Но своим извращенным умом мне почему-то нравилось доводить его до взбешенного состояния.
– Я польщена твоей заботой. Ты меня сюда привез, чтобы я не откинулась в твою смену на работе?
– Где же я так накосячил, что судьба подкинула мне тебя, – пробубнил Рэймонд и снял с себя куртку. Повесил косуху на изголовье кровати, он обернулся ко мне. – Двигайся.
Не церемонясь, Рэймонд отодвинул в сторону мои ноги, отчего мне пришлось их согнуть в коленях под простыней. После этого он нагло развалился поперек кровати, закинув руки за голову.
Мой взгляд задержался на его надписи, которая тянулась на крепком мускулистом предплечье.
– Tempus non sana, – раздался спокойный голос.
– Северус Снейп прочел заклинание? – я отвела глаза от надписи, столкнувшись с его взглядом.
– Это латынь, – Рэймонд слегка приподнял вверх уголок рта. – Время не лечит.
Я откинулась на подушку, предательски краснея. Значит, он заметил, как я пялилась на его тату. Помимо этого, в моей голове пронеслось воспоминание, как Рэймонд крепко сжимал своими сильными руками мою талию во время танца в пансионате. К щекам тут же подбежал жар, быстро разогнавшись по всему телу.
Лин, ты выбрала самое "подходящее" время для подобных мыслей – на больничной койке и с птичьим гнездом на голове.
Интересно, а что Рэймонд может еще сотворить с моим телом своими руками?
Нет, нет, нет! Не думай об этом!
– Тебе пора домой, – я толкнула Рэймонда в бок ногой. – Сколько ты уже торчишь в госпитале? Наверняка, устал.
– Тебя выписывают сегодня, – он принял вертикальное положение, – кто-то же должен отвезти тебя домой.
– Я могу вызвать такси, – сказала я, хотя мне было приятно его предложение.
Я заметила на его шее край рисунка еще одной татуировки, и мне стало интересно, как она заканчивается на его крепком поджаром теле…
«Лин, не смей думать в этом направлении!», – я мысленно себя отругала и поспешно отвела взгляд.
– Ты не в том состоянии, чтобы ездить с незнакомцами, – заметив, что я снова рассматриваю его руки, Рэймонд накинул косуху обратно, заставив меня в очередной раз покраснеть.
Но я не могла ничего с собой поделать, его разрисованная кожа была магнитом для моих глаз. Меня спасла появившаяся в палате медсестра с документами для выписки. Судя по всему, с такими, как я, здесь особо не церемонились. Девушка в синей форме впихнула в мою ладонь ручку, заставив поставить подпись в конце листа.
Через пару часов на пункте мне выдали вещи, и я переоделась. Боюсь представить, как округлились глаза Рэймонда, когда он увидел меня в уродливой больничной сорочке. Хотя, меня это не должно волновать.
Я схватила сумку и обнаружила, что верхнюю одежду мне так и не выдали.
– А пальто? – я с непониманием посмотрела на работницу.
– Его нет, – пожала плечами она.
Я вышла в коридор и вопросительно уставилась на Рэймонда, сидевшего в приемном покое.
– Ты привез меня без пальто? – я посмотрела на него в упор.
– Я не стал тратить время на поиск верхней одежды, – он встал с места и направился на выход. – Каждая минута была на счету.
От услышанного мои брови поползли наверх. Выходит, Рэймонд действительно волновался за меня?
Я последовала за ним, пытаясь вспомнить вчерашнюю ночь. Что было перед тем, как я потеряла сознание? Кажется, я была с двумя коллегами из отдела рекламы, а потом в туалет залетел Рэймонд и вырвал косяк. Что было дальше?
Последние шаги дались мне с трудом, и я прислонилась к стене. Рэймонд уже подходил к выходу и, обернувшись, заметил мое отсутствие. Он обвел взглядом холл, и когда наши глаза встретились, Рэймонд подошел и обеспокоенно спросил:
– Что случилось?
– У меня
