А если бы Амарго попробовал мне запрещать, – вдруг пришла в голову мысль, – что бы я сделал? Да ничего, я же телепортироваться не умею. А если бы умел? Совершенно верно. Именно то же самое. Показал бы ему два пальца и нагло телепортировался на фиг у него на глазах. И не потому, что без нее жить не могу, просто из вредности, чтобы не лез в личную жизнь. Но мне он почему-то не запрещает, а даже, похоже, поощряет. Все надеется, что уйду? Не дождется. Не уйду. По крайней мере пока не победим… или пока не убьют.
Что же мне сказать нашему обиженному лидеру? Что «сам знал, куда шел»? Что «раньше думать надо было»? Что «теперь все на него завязано и отступать поздно»? Как-то все это неубедительно. Если бы мне такое сказали, я б наглядно продемонстрировал, что вовсе не поздно, и никто меня силком не заставит. А, между прочим, кое в чем Амарго прав. Нашел же наш дорогой предводитель, где свиданки устраивать – в королевском дворце! Эти его похождения продлятся ровно до тех пор, пока его величество не оклемается и не начнет наводить порядки. И тогда моментально заметит, что у его дамы имеется загадочный любовник, которого никто не видит, а только временами слышит. Взыграет у его величества любопытство, а уж если его что-то заинтересовало – точно Шанкар говорил – и сам изведется, и окружающих замучит. Не поленится ведь лично засесть у этой самой дамы и проверить, кто к ней тайком по ночам шастает, не шпион ли какой. И что тогда скажет наш идеолог? «Здрасте, ваше величество, будем знакомы – ваш будущий коллега»? С него станется…
К счастью, Ольга была дома. Но, к сожалению, не одна. На кухне кто-то возился, кажется, Жак.
– Ой! – обрадованно воскликнула девушка. – Как ты быстро вернулся! Вот здорово! Заходи, мы тут с Жаком борщ варим. Пообедаешь с нами? Осторожно, у меня руки грязные…
– Но губы-то у тебя чистые? – пошутил Кантор, обнимая ее и целуя в растрепанную челку. Присутствие Жака вдруг показалось ему совершенно излишним, равно как и какой-то там обед.
– А как же! – согласилась Ольга и чмокнула его в щеку. – Заходи на кухню.
Сегодня в ее жилище царил необычайный порядок. Не иначе, что-то большое-пребольшое в лесу сдохло… Дракон, к примеру.
– Привет! – весело сказал королевский шут, когда Кантор вошел на кухню. – Ты чего это элмаровы тапочки напялил? Свои пора бы завести. А то, не ровен час, увидит его высочество…
– Заведу, – кивнул Кантор. – Хотя должен сказать, что его высочество – большой и щедрой души человек, и не верю, что он бы пожалел тапочек для товарища.
– А вы с ним товарищи? – усмехнулся шут-кулинар.
– Мы с тобой одного класса, ты и я! – провыла Ольга, присаживаясь к ведру с картошкой. Поскольку фраза была исполнена явно не ольгиным голосом, это, видимо, была цитата.
– А, ты в этом смысле, – понимающе кивнул Жак. – Да я шучу, вообще-то. Работа у меня такая.
Кантор присел на свободный стул и оглядел гору капусты на столе, которая стараниями королевского шута постоянно увеличивалась. Жак выглядел совсем не так, как в тот воскресный вечер, и теперь вполне соответствовал своей профессии. Вот, значит, какой он на самом деле, если его не огорчать и не пугать до смерти. Веселый, улыбчивый, общительный и наверняка большой шутник, раз достиг таких высот в своей профессиональной деятельности. А кто бы мог подумать… и Огонь у него слабенький, хотя для шута большего и не надо. Но когда они виделись впервые, он больше походил на вора. Тень у него солидная, неплохой должен быть вор. Да и Луч не хилый такой. С таким Лучом, да еще и с магическими способностями, из него вышел бы особо образованный и хитроумный вор, цены б ему не было. И чего ему пришло в голову избрать путь барда? Или именно из-за своих воровских талантов он так по-крупному встрял в Мистралии, что навеки зарекся этим заниматься?
– А что вы такое интересное готовите? – поинтересовался Кантор, утаскивая пару кусочков капусты.
– Борщ, – пояснил Жак. – На Ольгу напало хозяйственное настроение. Она устроила грандиозную уборку, а затем решила вдариться в кулинарные эксперименты. Ты как, насчет незнакомых блюд, рисковый парень?
– Обожаю экзотические кухни, – заявил Кантор, принюхиваясь к ароматному мясному запаху из кастрюли. – Это что-то из другого мира? Где-то я уже слышал такое название. Ах да, помню, был у меня один знакомый переселенец, который жаловался, что какого-то овоща не хватает для борща.
– Это наше национальное блюдо, – пояснила Ольга. – Только придется свеклу заменить тарбой, а помидоры – вельбой. Посмотрим, что получится.
– Получится борщ по-ортански, – хихикнул Жак. – Принципиально новое блюдо. А если хотела чего-то совсем домашнего, надо было щи сварить.
– Я не люблю щи, – заявила Ольга.
– Ты их просто не умеешь готовить, – возразил шут. – И вообще, раз уж это борщ по-ортански, он должен быть с плютом, а не со свининой.
– Вареный плют – это испорченный продукт, – не согласилась Ольга. – Плютов надо жарить.
– Видал специалиста? – хихикнул Жак, подмигивая Кантору и кивая на девушку. – Кстати, единственная из переселенцев, кто ест плютов. Я, если ты не слышал, обычно занимаюсь их адаптацией. Не плютов, а переселенцев. Так я с ними всегда экспериментирую: сначала кормлю плютами, а потом показываю, как это блюдо выглядело при жизни. После этого обычно все шарахаются, кричат: «И я съел эту жуткую ящерку?» – и больше в рот не берут.
– Не понимаю, – пожала плечами Ольга. – Ну и что? Ну, ящерка, ну, жуткая, так вкусная же. Мне гораздо труднее есть кроликов. Они симпатичные, и их жалко. А что, Тереза тоже плютов не ест?
– Даже смотреть не может, когда их ем я.
– И Марк тоже? Он вроде как-то попроще…
– Марк полагает, что ящерку можно есть только тогда, когда больше нечего. А поскольку он не голодает, то до плютов дело не доходит.
– А ты и госпожу Гольдберг плютами кормил? – не отставала Ольга.
– Нет, знаешь, ей я сразу показал. Не рискнул. Женщина пожилая, вдруг ей плохо стало бы. И Терезу не кормил. Жалко стало. Мне как-то и в голову не пришло над ней подшучивать. Зато видела бы ты Дика… Он мне чуть морду не набил. До сих пор не понимаю, почему иностранцы так не любят плютов. Диего, ты не объяснишь?
– Нет, – откликнулся Кантор. – Сам я плютов люблю. И прочие экзотические блюда других стран. Даже хинскую печеную змею.
– Я смотрю, ты парень без предрассудков! – засмеялся Жак. – Любишь плютов, змей, «Пинк Флойд», а также девушек в джинсах и кроссовках?
– Девушек – особенно, – согласился Кантор. – А насчет музыки… Не знаю, куда смотрят местные барды? У них под боком пропадает совершенно не разработанный новый стиль, а они ушами хлопают.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
