К тому моменту мои усилия по наведению чистоты были замечены. Рыцари, оруженосцы и слуги всей толпой ринулись выяснять, у кого я должен убираться первым. Дело доходило до вооруженных стычек, но, так как жара все еще не думала спадать, то выглядели эти бои весьма своеобразно. Разморенным жарой рыцарям было лень вставать, и они, дотянувшись до мечей, просто махали ими в сторону противника. Те, у кого оружие валялось слишком далеко, кидались песком и обзывались. Причем безобидные выражения типа «сам дурак» соседствовали с такими изощренными проклятиями, что мне как Темному Властелину у них только учиться и учиться.
После пятой тачки я чувствовал себя как выжатый лимон и, опрокинув ее содержимое в яму, понял, что больше не смогу сделать ни шагу. Для виду потыкав в месиво черенком лопаты, что должно было обозначать «тщательное перемешивание», я побрел в замок, шатаясь на ходу. От меня воняло, я весь был покрыт потом, сажей и грязью и мечтал только об одном — лечь и не шевелиться. А ведь мне надо было еще решить одну важную проблему — где взять нужное количество жертвенных животных?
Видок, наверное, у меня был еще тот потому, что мое отражение только на миг мелькнуло в зеркале и тут же поспешило спрятаться за раму, закричав оттуда:
— Не выйду! Ни за что не выйду, пока ты не приведешь себя в порядок!
Невидимые слуги сразу догадались, что нужно их господину. В ближайшей же комнате я обнаружил бадью с горячей водой. Пока я отмокал, постепенно приходя в себя, моя замызганная одежда исчезла, а вместо нее появилась чистая. В довершение всего на краешек бадьи невидимая рука пристроила бокал с вином.
Я сделал глоток, и тут же стены замка сотряс первый удар — к вечеру рыцари пришли в себя и возобновили еженощные атаки. От неожиданности я вздрогнул, и вино пролилось мне на руку, стекая по ней в бадью, словно капли крови.
И тут меня осенило. Ну конечно же вино! Им можно заменить требуемую для магического заклинания «кровь жертвенных животных» В винном подвале, который я исследовал еще в начале заключения, я обнаружил три огромных бочки с надписью «Бычья кровь». В каждой было не менее ста ведер — по моему мнению, достаточно для эксперимента.
Залпом допив вино, я выскочил из бадьи, оделся и поспешил в погреб.
— Не пущу! — попыталось остановить меня отражение, высунувшись из-за края рамы. — Это раритет! Его больше нигде не производят! Его даже нюхать нужно с благоговением, а ты его в жертву! Нет! Нет и нет!
— Да! — Я затормозил в дверях. — Да и еще раз да! Да пойми ты, я все равно один столько не выпью, даже если каждый день буду надираться до поросячьего визга!
— Где один, там и двое! Пригласи кого-нибудь!
— Кого? Тех рыцарей например? Отметить торжественно взятие замка и усекновение главы Темного Властелина? Ты не хуже меня знаешь, что будет! И вообще мне некогда!
Отражение еще что-то завопило вслед, но после того, как я пропал из поля его зрения, оно утратило энергию и временно отключилось.
Бочка с «Бычьей кровью» оказалась тяжелая и вдобавок прибитая к полу, поэтому, пока я отдирал ее, взмок и вымотался так, что мои телекинетические способности оказались на нуле. Я едва смог пролевитировать ее к крыльцу. Дальше мне пришлось ее катить вручную, используя в качестве рычагов камни и собственные ноги.
На мое счастье, местность слегка понижалась в сторону ямы, но заметил я это не сразу. Постепенно бочка пошла все быстрее и быстрее. Какое-то время я радостно пинал ее ногами, труся следом, но вскоре она увеличила темп так, что вместо того, чтобы толкать ее, мне пришлось ее тормозить. Последним отчаянным рывком я запрыгнул на нее и вцепился в обручи, надеясь, что это заставит ее остановиться.
Ага, разбежался! Бочке мой маневр придал такое ускорение, что она ласточкой пролетела оставшиеся ярды и шлепнулась как раз посередине вонючей лужи. От толчка что-то треснуло, и вино начало вытекать наружу. Теперь к вони примешались винные пары, образовав такую смесь, что я чуть не лишился чувств.
Тем временем треснувшая бочка стала погружаться, и я запаниковал. Ведь шпаргалка с заклинанием осталась в старой одежде и сейчас уже, наверное, была выстирана. А оригинал был в книге, достать которую у меня не было сил. Мама дорогая! Что же мне делать?
Но не зря говорят, что отчаяние способно толкнуть на неожиданные поступки. Выпрямившись, насколько мог, я изо всех сил затараторил первое, что пришло в голову:
— Огонь к огню, земля к земле, воздух к ветру, вода к воде. Плоть от плоти, кровь от крови. Да будут воины — и ничего кроме!
Сознаюсь, рифма та еще, но больше я ничего не успел придумать. В недрах месива что-то перевернулось, словно его мешали изнутри большой ложкой, и бочка перевернулась. Я заорал и шлепнулся в разбавленную вином грязь, погрузившись в нее по шею. Оттолкнувшись от дна, я отчаянным усилием выплыл и забултыхался на поверхности, но выбраться был не в силах. Рядом тонули остатки бочки. Я ухватился за обломок доски и повис на нем, понимая, что только отсрочиваю свою гибель. В довершение всего внезапно что-то снизу схватило меня за ноги.
— Помогите! — заорал я. — Кто-нибудь!
Вокруг меня стали всплывать пузыри, лопаясь и освобождая едкие газы. Вместе с ними начали подниматься какие-то тени. Заслоняя собой свет, они стали окружать меня.
— Спасите, — прошептал я, и тут же сразу несколько рук схватили меня и приподняли над грязью с явным намерением разорвать на сувениры.
— Стой! Назад! Осади! — заверещал я не своим голосом, отчаянно дергаясь в их руках. — Положи на место!
Руки тотчас разжались, и я плюхнулся обратно в жижу, погрузившись с головой. Еле вынырнув, я снова оказался в окружении незнакомых существ. Они опять тянули ко мне руки!
— Не трогайте меня!
Руки тотчас же опустились.
— Нет! Трогайте! — сориентировался я. — Вытащите меня отсюда!
Опять на моих запястьях и лодыжках сомкнулись чудовищные пальцы, и меня выволокли на край ямы. Почувствовав под ногами твердую почву, я успокоился настолько, что обратил внимание на свой внешний вид. К сожалению, привести в порядок замызганную сверх всякой меры одежду не представлялось возможным, поэтому я недолго думая разделся догола, стараясь не обращать внимания на то, как это будет воспринято окружающими.
Окружающие и глазом не моргнули, когда я предстал перед ними в весьма пикантном виде. Они толпились вокруг и молча хлопали глазами. Я запрокинул голову, осматривая их. Интуиция подсказала, что это и есть мои творения.
Глава 7
Только с перепугу мне вначале показалось, что их три сотни, — на самом деле их было всего полтора десятка. Высокие, мощные, с буграми мускулов и сидящими прямо на широченных плечах круглыми лысыми головами. Венчали эти головы почему-то рога, а ноздри приплюснутых носов были вывернуты наружу, что придавало им сходство с обезьянами. В довершение всего их спины и плечи были плотно утыканы чем-то вроде колючек — как выяснилось впоследствии, наконечниками для стрел, попавшими в месиво с пеплом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
