— Ваша Милость, позвольте представить американскую художницу Анну Шахову, подругу Джулии Келли, которая не смогла явиться в замок по уважительной причине, она серьезно больна, — сказала экономка и взяла паузу.
После чего виконт, который смотрел исключительно на свои руки, ободряюще кивнул и она продолжила:
— Мисс Шахова, позвольте Вам представить виконта Блумчестерского сэра Стефана Уильяма Кента.
— Добрый вечер, мистер Кент, — сказала я ссохшимися губами и почтительно опустила голову вниз.
— Добро пожаловать в замок Блумчестер, мисс Шахова, — сказал виконт, бросив на меня еще один быстрый взгляд.
Видимо я не заслуживала того, чтобы меня пристально оценивала титулованная особа. Кто я? Челядь. Вот и хорошо, что не рассматривает, подумалось мне, может, не заметит на лице побои, которые бы, несомненно, вызвали у него вопросы.
Зато я его хорошенько рассмотрела и готова поделиться с вами тем, как выглядит современный виконт. Помимо длинных темных волосы без единого седого волоска, у него на лице отросшая темная щетина, плотно сжатые тонкие аристократичные губы, великолепной формы нос, пронзительно-голубые глаза и широкие брови. На вид ему около тридцати пяти лет, но я уверена, что если ему сбрить бороду, он скинет еще пяток лет. Он был в костюме, который выглядел достаточно просто, но по крою одежды я поняла, что одежда дорогая. Черная рубашка под пиджаком довершала образ мрачного нелюдима.
Я настолько увлеклась разглядыванием Стефана Кента, что не сразу услышала, как ко мне обратилась Генриетта.
— Вы можете сесть за стол, — громче повторила она.
Ужин, в отличие от завтрака и обеда, был обильным. Мне наскучит перечислять, чем был богат стол виконта Блумчестерского в тот вечер. Ужинали мы вдвоем, Генриетта куда-то испарилась. Заводить с ним беседы я остерегалась, так как боялась, что разговор свернет к тому, что он попросит у меня удостоверение личности.
Видимо ужин в молчании нисколько не напрягал мистера Кента. Я же дышала через раз и нервно накалывала вилкой еду, которая никак не желала накалываться на острие. Должно быть, он заметил мою нервозность и если достаточно умен, то догадался, что девушка впервые ужинает в компании настоящего виконта и немного волнуется. Мне было нестерпимо жарко в свитере, но не могла же я снять его, повесить на спинку древнего стула и как ни в чем ни бывало продолжить трапезу! Приходилось терпеть неудобства и пыхтеть.
В зале горело множество свеч, хотя в замке было проведено электричество, но хозяин явно предпочитал ужинать в полутьме. У меня невыносимо болела губа и рука. Не в силах больше держать лицо, встаю и говорю:
— Прошу меня извинить, мистер Кент, я бы хотела отправиться в свою комнату. Я неважно себя чувствую. Ужин был потрясающе вкусным, спасибо.
Не глядя на меня, он кивнул и ответил:
— Завтра Вам доставят художественные принадлежности и фотографию. И если будете достаточно здоровы, можете начинать писать портрет.
— Благодарю Вас, — сказала я и чуть ли не бегом устремилась в свои покои.
Там я, наконец, смогла перевести дух и оценить свое положение. Что ж, кажется, виконт поверил в наскоро придуманную нами легенду, иначе бы мне не поздоровилось. До сих пор не могу отойти от впечатления, которое он на меня произвел! Весь его облик внушал страх, опасение, уважение и трепет. Лорд он и есть лорд. Не выказал ко мне вообще никакого интереса, но это к лучшему. Сделаю работу и по-тихому отсюда свалю.
Мне казалось, что я ни за что не усну сегодня ночью, слишком уж яркими были мои эмоции. Но сама того не заметила, как погрузилась в сладкую дрему едва голова моя коснулась подушки. «Не надо было наедаться мяса на ночь», — сказала моя совесть голосом брата вегетарианца.
Глава 14
Утром следующего дня я поглощала завтрак в одиночестве. К обеду в мою комнату принесли огромный чемодан с художественным реквизитом. Все было наивысшего качества. Только бы не разочаровать мрачного виконта, подумала я.
Беру в руки фото, с которого нужно рисовать портрет и рассматриваю девушку. С фотографии на меня смотрит симпатичная блондинка с алебастровой кожей и печальными карими глазами. Это бывшая жена Стефана Кента. Лиззи, с которой я успела найти общий язык, сказала по секрету, что мистер Кент любил Морин и впал в печаль после ее смерти. Но кто ж их, мужчин, разберет? Может, любил, а может и убил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Стефан — угрюмый и немногословный мужчина. Он может пригвоздить к месту одним только взглядом острых пронзительно-голубых глаз. В его компании я ежусь от страха и забываю английский, который прокачала до средне-продвинутого уровня всего за месяц. Просто жуть!
Но если все пойдет как надо, моя работа будет висеть на стене в старинном замке. Разве я могла мечтать о подобном?! Конечно, нет! Если не считать того, что меня грызла совесть, то в целом мое настроение было приподнятым. Даже порезы и ссадины не сильно беспокоили.
Писать портрет красавицы Морин было занятием увлекательным, и я сама не заметила, как простояла за мольбертом до самого обеда. Ровно в полдень в дверь моей комнаты робко постучала Лиззи:
— Мисс Шахова, хозяин приглашает Вас на обед.
— Сейчас спущусь, — отвечаю я, откладываю кисть, делаю два шага назад и оцениваю качественный набросок портрета.
Опускаю глаза вниз и вижу, что мои джинсы напоминают шкуру леопарда — сплошь покрыты пятнами краски. Интересно, Виконт сочтет возмутительным тот факт, если я появлюсь в помпезной столовой в таком виде? Не буду испытывать его терпение. Облачаюсь в трикотажное платье с длинным рукавом. Оно простое, но отлично сидит по фигуре.
Спускаюсь вниз по лестнице и вижу незнакомого молодого человека. Он сидит в кресле, подперев щеку пальцем, и качает ногой. Заметив меня, гость насмешливо вскидывает бровь, поднимается и застегивает пуговицы на пиджаке.
— Здравствуйте, прекраснейшая! Вы и есть та самая художница, чье имя на слуху во всем мире?
Я оробела, однако взяла себя в руки и ответила:
— О, Джулия Келли, моя хорошая подруга. Едва ли найдутся люди, у которых мое имя будет ассоциироваться с портретами.
— Не скромничайте, вряд ли бы сюда отправили бездарность. Меня зовут Чарльз Кент, — парень взял мою руку и поцеловал ее.
— Кем Вы приходитесь мистеру Кенту? — поинтересовалась я. — Вы очень похожи.
Чарльз не ответил. Лицо его из смешливого превратилось в холодную маску. Я проследила за его взглядом и встретилась с глазами со Стефаном, который в этот момент заходил в комнату. Виконт хромал и опирался рукой на трость.
— Этот непревзойденный болтун мой племянник, — сказал Стефан. — Вы правда считаете, что между нами есть схожесть?
— Да, определенно есть, — киваю.
— Раз уж ты здесь, Чарли, то прошу к столу.
— Я не собирался с тобой обедать, — ответил парень. — Просто хотел поговорить.
— Тогда тебе придется подождать. Я не намерен обсуждать дела на пустой желудок.
Виконт сел во главе стола, Лиззи тотчас вбежала в гостиную и принялась суетиться вокруг него. Он был раздражен, я чувствовала это кожей. Неужели он что-то узнал про меня? Страшно-то как.
— Мисс Анна, — Чарльз отодвинул передо мной стул. Я благодарно кивнула и села. Племянник хозяина обошел вокруг стола и устроился напротив меня.
— Как жизнь в Америке? — обратился ко мне он.
— Да нормально, — пожимаю плечами. — Все, как всегда. Магазины, пробки, выставки…
Буду немногословной, решила я, иначе они меня раскусят. Я в красках представила, что когда Стефан узнает, что я русская самоучка, вляпавшаяся в нехорошую историю в его стране, и выдаю себя за другого человека, то возьмет меня за шкирку и, как котенка, выбросит на улицу.
— Из какого Вы города? — продолжал допрос племянник виконта.
Лос-Анджелес или Нью-Йорк? Какие там еще есть города? А штаты?
— Из Сиэтла, — ляпнула я.
— Чарльз, оставь Анну в покое. Ты не даешь ей проглотить ни куска, — вмешался Стефан.
О, как я благодарна ему за это! Я сосредоточилась на еде, будто ничего интереснее на свете не было. Они оба как-то странно на меня поглядывали. Я умерила пыл и принялась медленно с достоинством поглощать обед.
