уверен, что выдержишь?
— Я работы не боюсь.
— Не в работе тут дело… Ладно, попробуем, а то тут мужики уже ставки делают, как быстро ты исчезнешь из порта.
— Ого! Ты на кого поставил?
— Пока не определился, но вот посмотрю завтра в море, каков ты, и поставлю. Ха! Да у меня все шансы выиграть. в любом случае. Только вот имя твоё как-то запомнить надо.
— Да не парься. Зови как все — Русо.
— Хм, а не обидно?
— Ну вот я тебя каталаном назову. Обидно?
— От тебя — нет. Я же и есть каталан. Правда, если испанец назовёт… Тут другое дело.
— Так и порешим, во сколько завтра?
— В четыре утра. и так — каждый день.
Испанская зима хорошо воспринимается только на картинках. в феврале море не бывает спокойным, рыбаки выходят и в четыре, и в пять баллов. Температура ночью около ноля. Промозглый сильный ветер и прочие радости.
Утром Семён был послан в холодильник притащить двести килограммов колотого льда, чтобы сохранить выловленную рыбу.
Через полчаса вышли в море…
Пока Хосе вёл лодку к месту лова, Семён с его сыном готовили сеть. Длина сети была два километра, глубина — восемь метров. Всё это нужно было перебрать руками и уложить в огромную бочку.
— Выпускать будем на полном ходу минут за пятнадцать, иначе можно промахнуться от точного места. Если хоть где-то грузовой трос перехлестнётся с поплавками — день насмарку. Попытка только одна, — предупредил капитан.
Каюты или другого укрытия на лодке не было. Только маленькая рулевая рубка на одного человека, поэтому Семёну предстоял суровый день на ветру в солёных брызгах при хорошей качке.
Сеть вышла правильно.
Взошло солнце, и температура стала ощутимо подниматься.
— А теперь самое приятное — завтрак. — Хосе поставил лодку в дрейф, достал приличных размеров непромокаемый ящик, и Семён тоже потянулся за своим бутербродом. — Эй, ты работаешь на меня, и я обязан тебя кормить. Так всегда было заведено, — хитро пророкотал Хосе и принялся раскладывать продукты, количеству и качеству которых позавидовал бы деревенский ресторан, входящий в каталог «Мишлен».
— Эй, это всё съесть впятером невозможно.
— Ха, к вечеру ничего не останется, мы ж только начали ловить.
После перекуса Хосе направил лодку в открытое море, там стояла сеть, выставленная вчера.
Выловив красный буй, с помощью гидравлической лебёдки они начали выбирать сеть. Задача была непростая. Нужно было очень быстро выпутывать рыбу, не повредив её товарный вид, чистить сеть от мусора, запутавшихся кораллов и колючих морских ежей. Лебёдка работала без остановки, всё надо было делать быстро, без перекуров, время жёстко ограниченно.
После трёх часов этой жуткой работы на палубе высилась огромная гора мокрой сети весом более полутора тонн.
— Ну… Пятнадцать минут на обед, и летим обратно в порт, немного мы не уложились сегодня. Так, молодёжь, пока идём — сортируете рыбу по виду и качеству, времени мало, к началу аукциона должны успеть.
— Хосе, а как тебе наш сегодняшний улов? — спросил измученный Семён, чтобы как-то продлить минуты отдыха.
— Ну, так… Средненький… Где-то на пятьсот евро сдадим.
— О как! Ничего себе, это средненький? — быстро умножил в уме Семён. — Десять тысяч в месяц? Круто!
— Нет, я стараюсь ловить на тысячу — тысячу триста евро в день, тогда получается нормально. Затраты большие, содержание лодки, снасти. Скоро сам поймёшь.
— А почему считаешь сразу в евро? Ты что, знаешь, за сколько и чего продашь?
— Приблизительно — да. Да и проще так, чтоб не вдаваться. Вот ты меня спросишь в баре: «Эй, Хосе, как вчера сходил?», — я отвечу. — «Плохо. Нет рыбы, пятьсот всего взял!».
— Так соврёшь, наверное?
— Конечно. Все врут, только… Кто сколько поймал и продал — написано на большом мониторе на аукционе, вот сейчас придём — увидишь.
Аукцион по продаже рыбы есть в каждом крупном порту…
Организация и размещение поразили Семёна. Главный зал похож на небольшой стадион, где на трибунах размещаются десятки покупателей — это представители рыбоперерабатывающих фабрик, владельцы магазинов и ресторанов. Простому покупателю туда вход заказан — только опт.
Всю площадку перерезает длинный транспортёр, по которому постоянно движутся ящики с рыбой и морепродуктами.
Всё максимально компьютеризировано. Каждый покупатель имеет свой профайл в общеиспанской базе данных и может покупать на любом аукционе страны. Также все лодки зарегистрированы в этой базе, и владелец пользуется такими же правами на всех аукционах.
К примеру: ушла лодка ловить тунца и в поисках рыбы оказалась у побережья Африки. Нет никакого смысла возвращаться с уловом в Барселону, капитан ведёт судно в ближайший порт — допустим в Малагу — не тратя топливо и время и сохраняя рыбу свежей.
Начало своё рыбный транспортёр берёт в большом помещении, куда рыбаки свозят сегодняшний улов. Когда подходит очередь, достаточно сказать контролёру, сидящему за компьютером, название лодки и начать выставлять ящики на ленту. Они тут же уезжают в торговый зал, по пути автоматически взвешиваются и определяется сорт и тип улова. Информация по каждому ящику в чётко определённое время появляется на десятках больших экранов, висящих перед покупателями.
И сразу же начинает крутиться цена. Ценообразование организовано непривычно. Цена крутится от большего к меньшему, а не наоборот. у каждого покупателя есть свой пульт с одной кнопкой «Купить», его задача — нажать её раньше других, если он сильно заинтересован в этом конкретном товаре. Чуть опоздаешь — купит кто-то другой.
Продажа продлится не более пятнадцати секунд или прекратится с первым нажатием. На табло сразу появится информация: «Лодка — „Солнышко“, владелец — Педро, рыба — хек, вес 10 кг, продана ресторану „Бешеный кролик“ за 8 евро/кг».
Ящик без остановки продолжает путь к концу ленты, где уже в нетерпении подпрыгивает грузчик из «Кролика», чтобы утащить свежую рыбку в машину и лететь к своему шеф-повару, в Испании ужин начинается в двадцать часов.
Сразу уточню: покупается всё, даже разнокалиберная мелочь, вы ведь не думаете, что испанскую паэлью делают из стокилограммового тунца.
Принадлежит аукцион частному лицу — как почти и всё в Испании — который имеет один процент со всех продаж. За это он предоставляет рыбакам всю портовую инфраструктуру, стоянки, ремонтную базу, топливо, лёд и другие расходные материалы. Бар с копеечными ценами — тоже его.
Аукционы начинаются два раза в сутки: в девять утра — для судов ночного лова, а в семнадцать часов — для дневного. Опоздав на свой аукцион, рыбак рискует лишиться дневного заработка, рыба, хоть и пересыпана льдом, теряет товарный вид и уже почти ничего не стоит.
