Донской поджал губы.
— Ты даже не знаешь, где эта гадина: преследует «ауди» или затаилась здесь.
Сурта ничего не сказал, отведя взгляд — у него не было аргументов на то, чтобы возразить Донскому.
К ним подошла Анжела Маверик. Донской почувствовал движение сзади, обернулся и секунду-другую рассматривал девушку. Та еще только-только приходила в прежнее состояние: грудная клетка вздымалась, глаза, широко раскрытые, неуверенно следили за лицами одногруппников.
Донской произнес, обращаясь к Сурте:
— Хватит торчать всей кучей в одном месте. Тебе бы лучше занять позицию, чтобы ты видел входную дверь и окно кухни. Заодно сможешь контролировать заднее окно.
Сурта молчал, изучая Донского. Его взгляд мог выражать невысказанные вслух вопросы: почему именно он должен находиться в задней части дома или почему Донской командует?
Артем заметил его взгляд и добавил:
— Что? У тебя ведь ружье. Если имеешь что-то против, отдай его мне.
Сурта повернулся и пересек соседнюю комнату, Ольга последовала за ним.
Донской обратился к Анину:
— Ты, Сергей, стой здесь. Твое — эти два окна. Только умоляю, не кричи больше. Вересов уже понял, что дела у нас плохи, все остальное зависит от него. Хорошо?
Донской похлопал Анина по плечу. Тот сбросил его руку, по прежнему следя за «ауди» и человеком, сидящим в ней. Донской какое-то время рассматривал его затылок, чувствуя глухую бесконечную ненависть. В конце концов он сдержался и обратился к Грожину:
— У хозяина было ружье. Значит, есть и патроны. Давай-ка поищем.
Грожин тупо смотрел на него, и Донской направился для начала в кухоньку. Анжела Маверик последовала за ним. За ней — Грожин.
4— Нет тут ничего, — пробормотал Донской и выглянул из кухни.
Анжела Маверик продолжала возиться в захламленном углу возле печки. Грожин, мрачный, безмолвный, непонятный, как темная яма, разогнулся и посмотрел на Донского.
Олег Сурта, на время их поисков следивший за кухонным окном, посторонился, пропуская Донского. Тот встретился взглядом с Ольгой, обернулся к Грожину и Маверик.
— Если патроны есть, наверное, они в той нише. Хозяин там спал.
Маверик пробормотала:
— Сейчас, еще немного.
Донской смотрел в окно. Дом в соседнем дворе заставил вспомнить то, о чем он хотел спросить парней, прибежавших оттуда, спасшихся бегством, но оставивших одного из них.
Донской посмотрел на Грожина.
— Что произошло в соседнем доме?
Грожин смотрел на него, глаза казались бессмысленными.
— Как случилось, что Пиня погиб? — снова спросил Донской.
Грожин молчал, и Донской прошел к Анину. Из кухни вышла Маверик. Все прислушивались к их разговору.
— Объясни, — попросил Донской. — Как богомол пробрался в дом?
Какое-то время Анин молчал, и Донской, повысив голос, добавил:
— Эта тварь, как я понял, перед нападением сидит в засаде. Она еще ни разу не пыталась залезть сюда. Я уверен, она ждет. Как же получилось, что она ворвалась к ВАМ? — пауза. — Нам всем надо знать это, не только мне.
Анин посмотрел на него. В глазах — усталость и боль, и еще что-то, как будто он чувствует за собой какую-то вину.
— Витя и Саша обошли дом, выглядывая в окна. Я смотрел за дверью — она не закрывалась. Потом… Саша не выходил из спальни, Вия звал его, но тот не отвечал. Потом стекло разбилось. И… тварь схватила его.
Донской обернулся к Грожину.
— Ты видел, как это было?
Помедлив, Грожин кивнул.
— Где стоял Пиня? Возле окна?
— Да.
Донской скользнул взглядом по окнам.
— Послушайте, там занавески есть?
Анин покачал головой.
— Нет.
Донской щелкнул пальцами.
— Все ясно. Богомол сидел возле дома и ждал. Остолоп Пиня вплотную подошел к окну, и тварь заметила его.
Ольга Сурта тихо сказала:
— Не говори так про него. Его ведь больше нет.
Донской игнорировал это замечание. Он неожиданно схвати Анина и потянул на себя.
— Не подходи больше к окну ближе, чем на три метра, — он повернулся к остальным. — Слушайте все. Если нам повезет, и тварь не полезет сюда вслепую, есть шанс, что все останутся живы. При одном условии: никто, повторяю, никто не должен подходить к окнам слишком близко. Разве только те, у кого оружие, и то, если держать его перед собой.
Никто не произносил ни слова. Донской бегло осматривал их лица.
— И смотрите за окнами, — добавил он. — Особенно за кухонным. Там ведь нет занавески. Оно — самое опасное.
Грожин отошел к стене, заняв наиболее удаленную позицию от окна комнаты. Анжела Маверик помедлила и направилась к нише. В нескольких метрах от заднего окна девушка остановилась. Чтобы зайти в нишу, ей нужно было приблизиться к окну почти вплотную.
Она колебалась, как будто стояла на ярком свету, а за стеклом была бездна, нечто таившая в своем чреве. Слова Донского возымели эффект.
Ольга Сурта потянула за руку мужа, смотревшего на Донского и Анина, и указала на Маверик. Сурта кивнул и подошел к девушке. Очень медленно приблизился к окну, дуло коснулось прозрачной занавески.
Маверик подождала и полминуты спустя проскользнула в нишу.
Анин вдруг шагнул к окну.
— Зачем? — процедил он.
Донской ринулся к нему и увидел, Вересов вышел из машины.
— Зачем он это делает? — повторил в отчаянии Анин.
Остальные бросились к ним. Последней выбежала из ниши Маверик.
Мужчина держал ружье перед собой и вращал головой, чтобы видеть подступы со всех сторон. Кровь на лице начинала запекаться, но один глаз по-прежнему не открывался. Он отходил от «ауди» медленно, короткими, редкими шажками, словно шел по льду, недавно покрывшему речку.
— Он идет к нам, — сказала Ольга Сурта.
Вересов шел не прямо, он смещался влево от себя, по-видимому, старался оказаться ближе к середине открытого пространства, и его заслонил микроавтобус. Теперь они видели его сквозь салон «фольксвагена».
— Дима, уезжай! — закричал Анин.
— Осторожнее, — Донской попытался отстранить Анина от окна, но тот не поддался, уцепившись окровавленной рукой за стену.
Вересов резко повернулся.
— Нет! — вскрикнул Анин.
Из-за деревьев выпрыгнул богомол. Вересов не успел повернуться и направить ружье в тварь. Богомол поднял его. Раздался выстрел, но он не причинил насекомому вреда.
— Олег! — воскликнула Ольга Сурта. — Стреляй! Он убивает его, стреляй!
Богомол сжал шею и грудь мужчины, и тот задергался в конвульсиях. Не дождавшись смерти своей жертвы, тварь начала пожирать его.
— Не в стекло! — вскрикнул Донской и отдернул штору.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
