Антон людей, пострадавших от действий Галины, и тех, кто принял это близко к сердцу и пытается помочь.
Кажется, это первая ночь в сознательной жизни Ковальского, когда он с надеждой отвечал на любой звонок, даже с неизвестных номеров. Он никому не озвучил своей надежды, настолько она была нелепой. Но вдруг… Чего не бывает. Вдруг Галя, которая все же попала в зависимость к какому-то разбойнику, сумеет сбежать, оставив у него свой телефон, спасти все украденное и позвонить с чужого телефона Антону, понимая, что только он попытается все уладить. Хоть как-то.
Полунины звонили по очереди и вместе. Суть сводилась к вопросу:
— Ну что?
Егор Гусев с обязательностью человека, взявшего на себя главную ответственность, докладывал Антону всякий раз после того, как набирал номер частного детектива.
— Звонил опять. Все еще вне доступа, Антон Казимирович. Наверное, на деле. К примеру, в засаде. Ну вы же знаете, как это у них бывает…
В шестой раз Антон даже рассмеялся:
— Да, Егор, я именно тот человек, который знает, как это бывает. Спасибо большое. Но тебе, конечно, нужно немного поспать. Перед тем как лечь, может, пришлешь мне этот телефон?
— Да я бы сразу дал… Только режиссер сказал, чтобы я сам звонил. Типа у них договоренность — всем не давать. Насчет меня режиссер написал ему сообщение. Но вы не беспокойтесь за меня. Мне не привыкать, у меня постоянно ночные съемки. И вообще, я бы и не смог уснуть при таких делах. У моей мамы тоже есть сиамка. Мама в шоке от того, что случилось.
«Детский сад какой-то, — почти в отчаянии подумал Антон. — Не исключено, что сериальный мальчик решил поиграть в «сыщиков-разбойников».
Звонили Влад, Юлия, фотограф Виктор. Все в надежде на информацию.
Часа в четыре утра позвонила Даша.
— Ради бога, простите, Антон, если разбудила. Я тогда сразу положу трубку.
— О чем ты, Даша. Какой там сон. Бегаю с телефоном. Егор дозванивается детективу, но там всю ночь вне доступа. Я так рад слышать твой голос…
— Мы с Тамарой не спим, все пытаемся что-то придумать, как-то помочь. Я к тому, может, нам хоть завтрак вам привезти? Прямо сейчас, раз все не спим.
— Велик соблазн — устроить теплые посиделки, поесть, выпить. И забыть хоть на час всю эту дикую историю. Но ведь не забудем. Лапки несчастной Норы скребутся даже в мое заскорузлое сердце. Что говорить о ваших, нежных. А я все еще надеюсь, что в любой момент может появиться полезная информация и нужно будет действовать. Так что оставайтесь дома, попытайтесь поспать. Как бы я хотел тебя увидеть…
Антон походил по квартире, прижимая к груди телефон. Он еще теплый от Дашиных слов, от ее голоса. Его можно ласкать и баюкать.
И в такое никто бы не поверил, но через пару часов Антон понял, что Даша выполнила свою миссию. Она же и есть надежда во всех случаях, даже в тех, которые к ней не имеют отношения.
Он уже был почти уверен, что до позднего утра никто не позвонит. Людям нужно отдохнуть, поесть, собраться… И тут раздались два звонка: один — долгожданный и второй — совершенно невероятный.
Егор сообщил следующее:
— Нашел! Антон Казимирович, я вызвонил Сергея! Он, правда, сейчас не в Москве и точно не знает, когда приедет. Но! Он уже в работе, можете считать. Я рассказал, что мог, он сейчас связывается со своими айтишниками, и они начинают поиск по всем направлениям. Они будут с вами связываться по поводу конкретной информации. Она же есть у вас?
— Да, конечно. Я взял дело Галины, там что-то есть, я сам даже не мог от волнения читать. Но адрес регистрации точно имеется. Ее телефон назову… Не знаю, что еще может понадобиться.
— Да они только по телефону все смогут пробить, думаю. Вдруг и его найдут.
— Хорошо, не будем занимать линию. Даже не знаю, как тебя благодарить.
— Не стоит благодарности, — солидно произнес Егор. — Хорошо мы с вами поработали. Ночь прошла не зря.
Антон написал сообщение Игорю Полунину, постоял под холодным душем, выпил кофе. И тут раздался второй звонок. Звонил Никита Соколов, владелец ресторана и друг.
— Антон, — сказал он. — Тут что-то странное. Ты должен это знать. Мне сейчас нужно в ресторан, приедет новый серьезный поставщик из другого города. А водитель Ваня должен отвезти мать на операцию. Я решил ехать сам. Открываю гараж своим ключом, а там… Ты не поверишь. В моем гараже на диване спит твоя Галина. Я сначала испугался, вид жуткий, дыхания не слышу, но потом пощупал пульс — она дышит, но в отключке. Посмотрел вокруг — на полу пустые упаковки от снотворного.
— Никита, что еще есть рядом?
— Какие-то набитые пакеты, они наверняка ее, у нас такого в гараже сроду не было. Что делать, Антон?
— Ты даже не представляешь, как много ты уже для всех нас сделал. Галину в ближайшее время начнут разыскивать все. Она подозревается в преступлении. Никита, прежде всего ее надо там изолировать, чтобы не смогла выйти. Ты можешь запереть дверь снаружи, чтобы она не открыла изнутри?
— У нас несколько замков на двери гаража. Обычно закрываем на один. Я уже звонил Ване, спросил, как она могла сюда попасть. Ваня сказал, что Галя как-то попросила его дать ей ключ на тот случай, если она опоздает на электричку и ей негде будет ночевать. Попросила, чтобы мне не говорил, боялась, что рассержусь. Он ее пожалел, говорит: «Она же вообще доверенное лицо Ковальского». Короче, я могу закрыть на все ключи снаружи. Но, в общем, не дело, наверное, оставлять человека в таком состоянии без помощи. Она под такой дозой, что может слюной или рвотой захлебнуться.
— Я мчусь. Помощь соберу на ходу. Если нам постоянно быть на связи, мы можем пересечься, ты дашь мне ключи.
— Да нет. Я тогда просто подожду снаружи, у гаража. Честно скажу: рядом с ней мне жутко. Тебе же недалеко ехать. А на ходу расскажешь, что там приключилось. Может, смогу быть полезен.
— Это точно. Никита, у меня нет слов.
— Да и не надо.
Антон был у гаража Соколова через двадцать минут. Никита передал ему ключи, собрался уехать. Машина уже стояла во дворе.
— Нет, останусь, — вдруг решил он. — Не могу ни о чем другом думать после того, что узнал. Сейчас пошлю к поставщику своего юриста. Он справится.
Но они сразу не стали открывать гараж: Антону с дороги звонили Полунины, Егор, Влад. А Даша взволнованно проговорила:
