жена поняла всё без слов. Вилея придавила ступнями мои ладони, обеспечив слабый, но всё же прямой физический контакт. Первая часть моего безумного плана была завершена. Вот со второй сразу возникли проблемы — энергия сопряжения не желала двигаться в безжизненные руки. Словно семя червоточины отталкивала её, не позволяя войти в тело Вилеи. И, соответственно, не отпускала энергию Вилеи в меня. Жена вновь продемонстрировала чудеса понимания — неожиданно страх и тряска пропала. Семя червоточины скрылось в ящике из металла древних.
— Запускай! — послышались слова Вилеи и все контуры сопряжения разом окутали наши тела, словно только того и ждали. Два великана стояли друг напротив друга какое-то время, после чего Вилея вздохнула:
— Я не могу достать семя. У меня нет реального мира…
Пришлось обрывать сопряжение и возвращаться обратно, однако, когда мои руки вновь свело судорогой, энергия всё же прошла дальше. Да, это было крайне тяжело, круги энергии появлялись не сразу, а друг за другом и с огромной задержкой. Меня начало трясти — казалось, что семя приблизилось ко мне сразу со всех сторон. Страшно было так, что мне с трудом удавалось сохранить сознание, однако дело было сделано — мы сумели войти в сопряжение. Когда появились великаны, моё реальное тело уже тряслось во всю, словно в него постоянно било мощной молнией. По-хорошему, нужно было обрывать сопряжение, чтобы себе не навредить, но я поступил иначе — воплотил на себя несколько крупных мешков с едой, прижавших меня к земле. Тело дёргаться не перестало, но это было уже не важно — с места оно сползти не сможет.
— Что дальше? — поинтересовалась великанша с лицом Вилеи. Вместо ответа я закрыл глаза и представил в её руке опасное оружие, против которого нет защиты даже у зародыша бога. Вилея даже ойкнула, когда в её руке появилось семя червоточины. Причём сила этого предмета была такой, что мне невольно пришлось отступить даже от проекции семени. Страх был не только в реальном мире, но и в режиме сопряжения.
— Так, пробовать пробить проход? — Виля оглянулась. — Прямо отсюда? От наших плотин?
Нет, от плотин делать этого не стоило. Вновь пришлось заниматься воплощением того, что запечатлела моя память. Наши дамбы исчезли, сменившись точной копией пространства, в котором мы начали сопряжение. Букашки, птицы — я воссоздал всё, что помнил. За одним исключением — здесь ничего не двигалось. Картинка оставалась статичной. Но на этом останавливаться я не стал. Рядом с нами появилась полупрозрачная стена из непробиваемого стекла, а за стеклом появилась площадь перед администрацией гильдии искателей второго пояса. То самое место, что было разрушено разозлившимися горожанами, жаждущими выместить на бесполезных искателях все свои страхи и переживания.
Закончив с проекциями, я отступил в сторону. Всё, что было в моих силах, сделал. Дальше работа Вилеи. Причём у меня не было ни малейшего понятия, что ей нужно делать. Приходилось надеяться на подсознание и инстинкты моей жены. Они должны ей подсказать правильную последовательность.
Вилея вопросительно посмотрела на меня, но, не найдя ответа, лишь кивнула. Девушка всё поняла и молча подошла к стеклянной стене. Подняв семя червоточины перед собой, Вилея начала накачивать его энергией. Причём брала её не из нашего мира. Из мира изнанки — это было нечто серое, тягучее, опасное и совершенно бесполезное для любого живого существа. Это я как энергетический вампир говорю. Энергия изнанки не предназначалась для живых. Она служила только своим творениям. Таким, как семеня червоточин.
Предмет в руках Вилеи постепенно начал светиться. Сила этого свечения оказалась такой, что Вилея в реальности начала стонать — боль пробивалась даже через сопряжение. Чтобы ноги девушки случайно не соскочили с моих онемевших пальцев, я воплотил ещё несколько мешков с едой. Только на этот раз завалил ими свою жену. Нам ничто не должно мешать творить безумие. Наконец, свет достиг такой интенсивности и яркости, что пробивался сквозь плотно закрытые глаза. Даже отворачиваясь спиной к источнику, я всё равно ощущал его тягостное влияние. Вилея, хрипя, словно на последнем издыхании, поднесла сверкающее семя к стеклу. Выбрав острый кончик предмета, моя жена начала царапать им преграду между двумя локациями.
Засверкали искры. Причём не только в мире сопряжённых великанов, но даже в реальности! Пространство ощущало силу изнанки и пыталось сопротивляться. Вот только сопротивляться сил у него не было, вот и сверкало. Искры падали на землю и проделывали в ней огромные дыры — их температура была запредельной. Вилея кричала, но продолжала царапать, формируя начинающуюся от земли арку. Закончив с первым периметром, девушка отступила на шаг и ударила по стеклу ногой, пытаясь проделать в нём дыру. Пространство дрогнуло, но выдержало удар — семя недостаточно глубоко процарапало преграду между двумя местами. Требовалось повторить.
Второй круг дался нам ещё тяжелее, чем первый. Тела в реальности тряслись так, что мешки с едой уже не спасали. Пришлось придавливать нас с Вилеей бочками с водой. Из ушей и носа Вилеи шла кровь, но она тут же исчезала, впитываясь в сверкающее семя в руках. Закончив с вторым кругом, Вилея отступила на шаг от преграды и едва не упала — девушку заметно шатало. Словно ей пришлось пройти двухнедельную тренировку у Герлона за пару минут. Однако сейчас сдаваться права у моей жены не было. Закричав, Вилея одним прыжком очутилась у стены и бросила себя в центр вырезанной арки. Бить ногой было бесполезно. Слишком слабо.
Хруст пространства был сопоставим с хрустом сломанных костей. И без того яркое семя червоточины в руках Вилеи вспыхнуло ещё ярче и, как только в стекле появилась дыра, испарилось, чтобы воплотиться в виде контура проёма. Творение изнанки превратило себя в плотную рамку, не позволяющую стеклу схлопнуться и замкнуть образовавшуюся дырку. Каким образом стекло могло схлопываться, я не понимал. Но чувствовал — если бы не семя, то дыра заросла бы за считанные мгновения.
Вилея обернулась ко мне и на её измучанном лице появилась довольная улыбка. Вот только сразу после этого глаза великанши закатились, и она рухнула на землю без чувств. Я разорвал сопряжение и, закинув все грузы в хранилище, попытался вскочить на ноги, но сделать этого не сумел — силы меня оставили. Что говорить, если я даже дёрнуться не мог! Вилея в реальности не двигалась. Кажется, даже
