способен оставлять на коже страшные, гниющие язвы.
— Только кусается или ещё плюётся?
— И кусает, и плюется, — «обрадовал» венатор. — Поэтому я рекомендовал заготовить воду с содой. Она помогает смыть яд. Ещё гидра может сотрясать землю вокруг себя. Впрочем, когда мы подберемся ближе, монстр уже ослабнет. Есть несколько способов гарантированно убить гидру. Про расположение внутренних органов говорить не буду. Слишком важны сноровка и опыт. Просто срубите ей все головы.
Мы с ним стояли на камнях древней арены в сопровождении небольшого отряда. Основная армия поодаль приходила в себя. Раненным оказывали помощь. А мы пока собирались немного поохотиться. У меня осталось ещё пятнадцать минут поглощенного подавления. Собираюсь использовать их на всю катушку.
— Возможно, мне опять стоит использовать «единство»? — спросила Орина. — Это, конечно, не слон, но четыре или пять громовых сфер должны уложить чудовище.
— Конечно, уложат, — кивнул я. — Но нет. Это не сражение, а охота. Для развития моего оружия я должен убить монстра сам, этим мечом.
Можно было, конечно, парой зарядов ослабить чудовище. Однако я хотел, чтобы Ноций лично участвовал в охоте. Моё заимствованное подавление справилось с одной из кер. Гидру то мы точно одолеем.
— Пойдём я, Гинд, Лецит, Ган, Луна, Ноций. Орина, ты прикроешь нас с дистанции. Плюс поставим два расчета скорпионов.
— Может быть, лучше полибол? — поинтересовался венатор Лецит.
— Нет, — возразил ему Гинд. — Тяжелые скорпионы будут мощнее и надежнее. Стрелять следует в верхнюю переднюю часть туловища. Примерно на пять пальцев ниже хребта. Ни в коем случае ни в брюхо. Могильные гидры практически не страдают от кровотечения и боли не ощущают.
— Оно смердит, — пожаловалась Луна, наблюдая как гидра семью головами пожирает одновременно трупы лошади и макаракетуса.
— Могильные гидры не переваривают пищу в нормальном понимании, а сгнаивают ее, — прокомментировал Гинд. — В больших желудках этих монстров даже обитают насекомые. Когда могильная гидра засыпает, то сотни мух могут…
— Гинд, избавь нас от ненужных подробностей, — произнес я. — Предварительный план такой — заходим с двух сторон. Луна, Ган и Лецит отвлекают на себя внимание. Луна — твоя главная задача с помощью ветра рассеивать потенциальные плевки ядом. Только по нам не попади. Мы же зайдем чуть с боку и перейдем в ближний бой, чтобы задеть тварь подавлением и добить. Все ясно?
— Только предупреждаю, уважаемый триумвир. — взял слово Гинд. — У этой твари нет слепых зон.
— Догадываюсь. Но вторая группа должна отвлечь на себя хотя бы часть голов.
Я смерил чудовище взглядом. Здоровое, конечно. Белая чешуя целиком покрывала грузное тело с четырьмя колоннообразными ногами. Пучок голов держался на длинных гибких шеях с мелкими черными пятнышками по бокам. Основное тело двигалось достаточно медленно. Ступало в развалочку, волоча за собой толстый хвост. А вот головы были юркими и стремительными. Из-за этой рассогласованности они и тело казались совершенно разными существами, которых безумный ученый сшил между собой.
«Выдвигаемся», — мысленно приказал я, и шестеро охотников начали свой путь к славе или п#здюлям.
Мы с Ноцием и Гиндом принялись обходить гидру справа по широкой дуге. Все трое вооружились скутумами, чтобы прикрыться от летящих брызг яда. Нижняя часть лиц защищена повязками. В качестве наступательного вооружения у меня был меч, а вот коллеги предпочли копья. Разумный выбор.
Гидра довольно долго игнорила нас. Видела, но просто не придавала значения. Головы то трапезничали, то будто бы ссорились между собой, принимая угрожающие позы и даже обозначая атакующие выпады. Такой вот внутренний конфликт многогранной личности. Ничего. Сейчас начнётся конфликт внешний и головы гидры позабудут о ссорах.
«Так, чуть помедленнее», — приказал я другой группе. — «Мы должны зайти на позиции синхронно».
— Оно довольно глупое, — шепнул мне Ноций. — И совсем не умеет бояться.
Не умеет бояться это хорошо. Значит не станет убегать.
«Раз, два, три, вперед!»
Обе группы резво дали по газам. Заходили с противоположных сторон, а между нами в метрах ста сорока от чудища стояла Орина при двух скорпионах и охране. Гидра наконец-то соизволила обратить на нас внимание. Её головы резко встрепенулись, забросив трапезу и склоки. Несколько мгновений они не могли определиться кто куда смотрит. Это хорошо. Я ускорился и тоже самое приказал другой группе.
Но вот к нам повернулось три головы. Столько же обратили внимание на другую группу. Ещё одна то проглядывала на Орину, то на противоположную, сторону. Похоже головы гидры инстинктивно стараются контролировать все направления.
До твари оставалось метров шестьдесят, когда она начала плеваться. Две головы выдали в нашем направлении длинные струи грязно-зеленого яда. Боги. Вроде бы не первый день занят мрачным ремеслом, но такую вонь не встречал даже среди гниющих тел.
Тут же присел, закрывшись щитом, так чтобы ни капли не попало. Однако мне аж щипало глаза. Благо я мог наблюдать ситуацию через камеру от третьего лица. Товарищам сочувствую. Им явно приходилось тяжелее.
Две головы плевались, а вот третью будто корежило. Она дергалась вверх вниз, издавая неприятно-булькающие звуки. Не собирается ли эта дрянь…
Боги! Собирается. Точнее уже собралась.
Третья голова гидры атаковала нас не просто плевками яда. Она отрыгивала куски полупереваренной, а в ее случае полусгнившей добычи. Причём шмотки в нас летели не малые. Килограмм по пять, наверное. Мясо, отдельные фрагменты костей и целые тушки мелких животных наподобие обезьянок. Шерсть их слиплась. Кожа отчасти лопнула, обнажая косточки.
Бррр! Ну и гадость.
Одновременно с этим туловище гидры поднялось на дыбы и резко опустилось вниз. Я едва удержался на ногах. Причем вибрация камней не стихла сразу после удара. Гидра не просто саданула со всей дури по арене. Чудище использовало стихийную магию, заставляющую камни дрожать.
Надо было это перетерпеть. Одновременно я следил за мясными плевками, стараясь от них уклоняться и предупреждать товарищей. Не словами, но своей волей предлагать им сместиться в сторону. Многозадачность — одно из главных качеств стратега.
«Стрельни-ка пару раз по этой твари», — бросил я Орине.
Слишком уж плотно по нам плевалась гидра и снова начинала подниматься для сотрясения арены. Однако двум болтам из тяжёлых скорпионов удалось отвлечь зверюгу.
«Вперед! Вперед! Вперед!»
Оставалось бежать,
