этаже пахло кровью и смертью.
– Вы в порядке, Ваше Величество? – потрясенно спросил кто-то из мужчин.
Гвидион вздрогнул. Его никак не могли видеть. Как тогда узнали, что он здесь? Странно… Он открыл рот, чтобы привлечь к себе внимание, но тут до него донесся другой голос.
Хотя нет, не другой… это был его собственный голос.
– Да, я почти не пострадал. Двойник не ожидал, что Харад примет удар на себя. Харад… он пожертвовал собой ради меня.
Гвидион невольно сделал несколько шагов вперед. Его люди обязательно заметят фальшь в голосе самозванца. В нем не звучало ни капли печали или потрясения.
– Предатель! Он за все ответит! – Гвидион узнал говорившего, им оказался один из старых боевых товарищей Харада.
– Не сомневаюсь, – мрачно отозвался человек с его голосом.
Самым простым выходом Гвидион видел спуститься по лестнице, открыться своим людям и там самым разоблачить самозванца, кем бы он ни был. Но что-то его удержало.
Кому они поверят? Да и сумеет ли он доказать, что является настоящим королем?
Вернувшись во дворец всего несколько недель назад, он насколько погряз в политике, что перекинулся со стражниками разве что парой слов. По сути, король ничего не знал о людях, которые защищали его жизнь, в этом отношении он полностью полагался на Харада.
Однако теперь его друг умер. И никогда больше не защитит его, не прикроет спину, не поможет выбраться из трудной ситуации.
Гвидион покосился на оставшуюся в потайном проходе малышку. Ее глаза мерцали в свете луны. Эллин медленно покачала головой, умоляя не выходить. Что станет с ней, если он себя обнаружит? Ее тоже обвинят в измене? Запрут и примутся допрашивать?
Эллин протянула к нему дрожащую руку. «Пожалуйста», – прочитал Гвидион по ее губам.
– Обыщите башню! – послышался приказ снизу. – Убейте всех, кто вам попадется. Остальные за мной.
Воспользовавшись возникшей среди стражников суматохой, Гвидион метнулся обратно в туннель, закрыл вход ковром и затих. Сердце билось как сумасшедшее.
К нему прижалась дрожащая Эллин, и Гвидион положил ладонь на свой кинжал, поскольку меч потерял в бою.
Тяжелые шаги приближались к гобелену. К счастью, стражники двинулись дальше, не обратив на него внимания. В старых частях дворца все стены были завешаны подобным старьем, напоминающим о давно ушедшей моде.
Казалось, прошла целая вечность, пока стражники обыскивали пустующие помещения башни. И все это время Гвидион и Эллин не смели пошевелиться, опасаясь нечаянным звуком выдать свое укрытие. В какой-то момент девочка, которая уже едва держалась на ногах, просто села и уронила голову на руки. Гвидион воспользовался вынужденным бездействием, чтобы немного подумать. Он мысленно перебирал события последнего часа, пытаясь найти во всем этом хоть какой-то смысл.
Все это время он считал Беррона чрезвычайно амбициозным и жаждущим власти князем. Но вдруг Гвидион знал о нем далеко не все?
«Время людей прошло».
Эти слова эхом отозвались в его памяти. Неужели Беррон не считал себя человеком? Может, он просто перешел на другую сторону?
Новые кусочки головоломки встали на места, заставив молодого короля содрогнуться. Судя по всему, Беррон являлся ульфаратцем. Как иначе он буквально играючи одержал победу над Харадом и над ним?
По мере того как Гвидион осознавал, с кем имеет дело, его душу постепенно охватывал страх. И пусть друзья рассказывали о сражении с ульфаратцем в лесу, он не имел ни малейшего представления о том, насколько они сильны.
Возможно ли вообще справиться с древними существами, которые превосходят вас по силе в десятки раз? Которые вдобавок способны менять обличье, превращаясь в ужасных зверей?
Однако если Беррон обладал подобным могуществом, почему ждал так долго? Почему не захватил власть еще много лет назад?
«Потому что люди не последовали бы за ним», – понял Гвидион. Ульфаратцы могли быть невероятно могущественными, но людей все равно больше. И к тому же они очень упрямы. Многие предпочли бы умереть, чем подчиниться чужой расе. Это привело бы к огромным потерям с обеих сторон. Вероятно, поэтому до сих пор ульфаратцы действовали исподтишка, стараясь не появляться на публике.
Беррон пытался узурпировать власть, обманув доверие королевы. По всей видимости, это он стоял за покушением на жизнь Гвидиона и беспорядками в Квессаме. Он все тщательно спланировал, чтобы потом жениться на королеве и стать следующим законным правителем Тимсдаля.
Потрясенный, Гвидион тяжело вздохнул. Коварство Беррона не знало границ, как и его терпение.
Однако своим появлением в Белленторе наследник спутал ему карты. Тщательно подготовленныйза многие годы план начал рушиться.
Тем не менее Гвидион до сих пор не понимал, почему ульфаратцы решили похитить его, а не убить. Почему сделали все возможное, чтобы заполучить его живым.
А потом молодой король вспомнил голос, почти неотличимый от его собственного. О том, как тот отдавал приказы стражникам. И если ни у кого не возникло никаких подозрений, значит, и внешность оказалась максимально похожей. Гвидион прислонился к стене и от шока на мгновение прикрыл веки. Очевидно, его собирались изучить: внешность, мимику, речь. После долгих лет отсутствия даже родная мать не заподозрила бы подмены.
Когда это не удалось, Беррон воспользовался случаем и понаблюдал за ним с близкого расстояния и теперь собирался занять его место. В прямом смысле заменить его. Хотя не исключено, что самого Гвидиона подменял бы кто-то другой. В результате и король, и его ближайший советник встали бы на сторону ульфаратцев. А потом взяли бы под контроль весь Тимсдаль, и никто бы ничего не понял.
Осознав намерения врагов, Гвидион уже не мог просто отсиживаться в тайнике. Королю хотелось поскорее выяснить планы Беррона и остановить его. Предупредить свою мать и свой народ!
Гвидион повернулся к Эллин, которая уже тихо посапывала. Он прекрасно понимал, насколько она измотана, но им требовалось как можно скорее убраться отсюда. Поэтому он нежно потряс девчушку за плечо, и та недовольно замычала.
– Нам пора, – решительно заявил Гвидион, поднимая ее на ноги.
– Они ушли? – зевая, поинтересовалась Эллин.
– Это ты мне скажи. – Все же она обладала более чувствительными слухом и обонянием.
Она прислушалась.
– Да, кажется, ушли. Остались только злой человек, его друг и Эовин. Они до сих пор в той комнате. – Девчушка остановилась. – Надо ведь забрать Эовин?
– Вдвоем не справимся, нужно подкрепление, – с сожалением ответил Гвидион.
Судя по тому, как он сражался, помогал Беррону тоже ульфаратец. Король же не мог похвастаться особыми преимуществами, разве что огнестрельным оружием и численным превосходством. Однако, поскольку второй ульфаратец щеголял в униформе дворцовой стражи, а также учитывая, что эти существа могли принимать любой облик, Гвидион просто не
