безумно захотелось, чтобы она обняла меня, погладила по шее. А глаза! Огромные, ясные, космические, в которые так и хочется провалиться. Она как будто живет в другом мире. А губы… как бы я хотел…
Ну, все. Хватит! Я резко остановил свои мечтания.
Надо узнать побольше об этой девушке. И кстати, расследование не завершено! В четверг опять пойду на танцы.
Вот Вадим удивится. Впрочем, в четверг ему будет не до меня, он совещание проводит, а вот потом, если я буду продолжать, могут возникнуть вопросы. С ним-то ладно, мне до его мнения дела нет, а вот если Марго узнает и поймет, что там у меня интерес какой-то, то голову откручивать будут уже мне. Хотя, как она узнает?
Я еще немного поработал, почитал отчеты по всем клубам, ответил на пару писем, и заснул, предвкушая, как снова увижу Настю в четверг.
Глава 20. Такая долгая среда
Всю среду я работал, как проклятый. В клубе «Лира» сауна сгорела и одна клиентка там потеряла сознание — угорела. Ездил к ней в больницу, просил, чтобы она не заводила уголовное дело. Естественно, оплатил ей пребывание в стационаре. Доктор сказал, ничего страшного, просто давление сильно упало. Больше страхов у неё, чем реальной проблемы. Но сам факт, что это случилось в моем клубе, меня очень напряг. Это же удар по репутации, которая до настоящего момента была безупречной.
Вернувшись в офиз, я вызвал управляющую "Лирой" Олесю. Она работает уже семь лет и за это время с должности администратора доросла до управляющей. Хорошая девочка, трудолюбивая.
Вошла в кабинет, с виноватым видом. Я отметил отличную осанку, строгую чёрную юбку-карандаш и голубую блузку, подчеркивающую силуэт. Олеся была в прекрасной физической форме и демонстрировала это. Молодец! Так и надо. Лицо клуба. Должна показывать собой, как нужно выглядеть. Всем она была хорошо, только вот эти губы. Капец. Все как одна у нас сделали. И Марго туда же. А ей это совсем не шло. Маленькие глазки казались ещё меньше из-за пухлых сексуальных губ. У Олеси ещё так, более-менее, не ужас-ужас.
— Ну что там, Олеся? Как так? — я откинулся в кресле, всей позой демонстрируя недоумение большого начальника. — Олег Сергеевич, я не знаю! У нас техник все каждый день осматривает, говорит — проверял накануне, все нормально было! — она умоляюще смотрела на меня. — Ну как нормально? Если сломалось? Может, он накосячил и не признается? — Олег Сергеевич, он ответственный, ручаюсь. — Ладно, иди. Премию не жди в этом месяце. Она робко кивнула и скрылась за дверью. Теперь землю носом будет рыть, чтобы все работало как часы.
Я задумался. Не нравится мне все это. То отчёты левые, то сауна сгорела. Конечно, у нас и раньше были косяки, но не так чтобы сразу все. Хрень какая-то. Надо разобраться. Я подошёл к окну. Шёл мелкий снег и даже отсюда я почувствовал, какой он колючий.
В дверь вошли без стука. Я обернулся, чтобы наорать. Терпеть не могу, когда вот так сзади подкрадываются. Но сдержался. — Олег… это я, не кипеши. — Привет! Что там у тебя?
Маргоша подошла ко мне и достала из папки документы. — Я думаю, раз эта сауна сгорела, то и другие тоже надо заменить, пока не поздно. Вот тут новые поставщики нам предлагают… — она протянула мне бумаги, — и печки более современные, и в обслуживании они проще…
Я глянул смету: — И дороже в два раза… — Ой, Олег, не мелочись, — Марго поморщилась. — вот тут подпиши. Я сел за стол. Она подошла поближе и обняла меня одной рукой за плечо так, что мой взгляд сам собой упёрся в вырез декольте. — А а может, встретимся завтра? А то до пятницы так долго ждать… — промурлыкала она.
Я протянул ей документы. — Завтра я не смогу, — сказал сухо. — у меня работы много. Она вскинулась, чтобы поспорить или узнать, что за работа у меня после работы, но я покачал головой. — В четверг точно нет. — Ну ладно, — она слегка поджала губы. — тогда до пятницы? — Угу, — изображать вежливость не было сил. На душе было как-то тошно, почему, понять не мог.
Вечером мы всей семьей ужинали в столовой, где уютно трещал камин и также уютно трещали обе мои дочки, рассказывая о своих школьных делах. Одя, наш обожаемый всеми таксик, сидел у моего стула в надежде что-то выпросить. Он знал, что никто ему не даст вкусняшку без моего разрешения, поэтому решил дружить с самым главным. Я незаметно отшипнул ему кусочек мраморной говядины и опустил руку вниз. Одя неслышно взял кусочек и практически не жуя, проглотил.
За окном шёл мелкий снег, а в доме было тепло. Первый раз за десять лет я подумал, что в этой идиллической картине чего-то не хватает. Что-то болело в области сердца, может, невралгия? Я отгонял мучительную мысль, но она назойливо возвращалась. За столом сидели мои родители и тёща, две мои дочки и я. Боль накатила внезапно, я словно увидел картинку откуда-то сверху. Место рядом со мной пустовало. А я бы хотел, чтобы оно было занято. Той, кто станет моей женой, а моим детям — мамой.
Первый раз эта мысль пришла мне в голову, и сначала я даже мотнул головой, чтобы отогнать ее. Но она не уходила, и я понял — я действительно этого хочу. Хотя и скрываю от самого себя.
Глава 21. Четверг
Рабочий четверг прошел как в тумане. Я что-то подписывал, отдавал приказы, днем поел в нашем ресторане, совсем не чувствуя вкуса еды. Конечно, я не смотрел на часы каждые пять минут, забот и дел хватало, но мыслями возвращался к сегодняшнему вечеру часто. И даже немного нервничал: а вдруг она не придет?
В семь вечера я снял свою рубашку от Лагерфельда и надел «шпионский костюм» — футболку и джинсы. Правда, джинсы были от Louis Vuitton, но надеюсь, Настя не слишком хорошо разбирается в марках. Я бы и попроще вещи носил, мне это вообще без разницы, но, как говорится, положение обязывает. И чтобы Марго меня не пилила и не придиралась к моему внешнему виду, когда идем куда-то на неформальную встречу, я покупал только самые дорогие вещи.
Вызвал Антона и в 19–25 был уже в клубе. Только увидев администратора, вспомнил, что хотел ей задать несколько вопросов по поводу танцевальных групп. Я напрочь забыл, что мне надо вести расследование, я думал только об
