Очевидно, нет. Сегодняшний случай тому подтверждение. Скорее, его вообще не беспокоила возможность самоубиться. Он воспринимал данную вероятность… как должное? Выходило, что так. От этой мысли Рене напряглась, и это не скрылось от пальцев, которые как раз аккуратно надавливали на место ушиба
– Больно?
Только сейчас она заметила, что незнакомец так и не снял своего шлема. Кажется, ему вообще не требовались глаза, и он улавливал все нюансы по одному лишь едва ощутимому отклику. Любопытно.
– Вам не мешает? – спросила Рене вместо ответа и махнула рукой в сторону головы.
– Ощутить крепитацию15 может даже слепой, – ровно проговорил безусловно странный малый, а затем с нажимом повторил вопрос: – Больно?
– Немного. И часто вы так наезжаете на людей или только по вторникам? – Рене хотела сказать это лёгким, весёлым тоном и хоть немного разрядить слишком уж серьёзную обстановку, но вышло почему-то наоборот. Взгляд карих глаз на секунду словно прошил до мозга, отчего улыбка сама сползла с её лица, а затем вернулся к многострадальным рёбрам.
– Нет, – последовал сухой ответ, и длинная, точно река Святого Лаврентия, пауза. Наконец, мужчина снизошёл до злого продолжения. – Это вышло случайно. Объезжал бесконечный в этом проклятом городе ямочный ремонт и не рассчитал манёвр.
Он кивнул в сторону дороги, где оранжевой змейкой меж мелких выбоин в асфальте действительно протянулся с десяток конусов.
– Извините, – пробормотала Рене.
– За что? – Карие глаза демонстративно закатились, а мотоциклист перестал ощупывать бок и сделал шаг назад, скрестив на груди руки. – Если на то пошло, вам уже давно следовало бы вызвать полицию.
– Зачем?
– Я вас едва не сбил! – рыкнул он, словно общался с идиоткой. А Рене лишь пожала плечами. Право слово, она не видела в случившемся проблемы.
– Но не сбили же. Просто задели.
– Это всё равно считается дорожным происшествием. – Кажется, ещё немного и помощь придётся оказывать уже этому пациенту. Неврологическую. Ибо терпением, как и все мотоциклисты, этот человек явно не отличался. Тем временем незнакомец уже достал телефон. – Давайте действовать по правилам. Я виновен и готов понести наказание…
– Но у меня нет к вам претензий, – перебила Рене, а затем искренне улыбнулась. – Вы же сами сказали, что это случайность. А у меня нет ни одной причины вам не верить. Со мной же всё в порядке?
– Да.
– Значит, конфликт исчерпан, – поставила она окончательную точку. – Спасибо за помощь и простите, что задержала.
В знак раскаяния Рене слегка склонила голову и вновь повернулась к рассыпанной на мостовой земле, пытаясь решить, как поступить дальше. За спиной послышался шумный выдох, после чего наступило молчание. Наклонившись, Рене быстро подобрала черепки горшка, выбросила их в ближайший мусорный бак, а затем осторожно присела рядом с цветком.
Первой мыслью было донести бедную герберу прямо в руках, но Рене немедленно отмела эту идею. Чемодан, автобус, белое платье и целый час дороги плохо сочетались с поломанным стеблем. Возможно, стоило найти прочный пакет или что-то вроде того… Но где его взять посреди дороги? Разве что поискать в том же мусоре. Ну и, конечно, Рене даже не подумала, что можно было вслед за осколками отправить и растение в бак.
– Встаньте. Вы пачкаете платье, – раздался уже знакомый голос с нотками если не вселенской, то всегалактической усталости точно, и Рене оглянулась.
Так и не представившийся незнакомец уже успел надеть обратно перчатку и теперь стоял совсем рядом, небрежно перекатывая между ладоней большой картонный стакан. Неожиданно мужчина резким, но слишком метким движением выплеснул из него остатки чьей-то газировки прямо на близлежащий газон, наклонился, легко подхватил злополучный цветок, чтобы нарочито аккуратно засунуть в импровизированный горшок, а затем с хмыканьем припечатал сверху парой комьев влажной земли.
–Voilà. – Буркнул мотоциклист таким тоном, словно факт добровольной, а не вынужденной помощи, кажется, вызвал у него острый приступ зубной боли.
– Я… Ох, огромное вам спасибо, – радостно начала она, но её прервали.
Подхватив валявшийся неподалёку чемодан с такой лёгкостью, точно это была корзинка с вязанием, спаситель цветов продолжил:
– Вам следует знать, что раз в конфликте участвуют две стороны, то умаление прав на извинение одной из них будет для неё весьма унизительным. Тем самым своим великодушием вы лишь провоцируете усугубление чувства вины вместо решения проблемы. Весьма эгоистично, не находите?
– Что? – Рене удивлённо захлопала глазами, а потом поднялась и попробовала забрать из его рук злосчастный цветок. Наверное, они странно смотрелись рядом друг с другом – полностью чёрное и совершенно белое.
–Нельзя всегда получать то, что хочешь16, – напевно процитировал странный парень, прежде чем отпустил герберу. – Нельзя всегда оставаться святой, даже если считаете, будто несёте исключительное добро. Это утопия.
– Но у меня и в мыслях не было…
Она захлопнула рот, стоило мужчине повернуться и впиться в неё раздражённым взглядом. Солнечный луч в попытке успокоить снова скользнул по чёрному шлему, подсветив будто бы изнутри золотом радужку, и мотоциклист покачал головой.
– Только это вас и оправдывает, – пробормотал он неожиданно, а затем махнул рукой, чтобы подозвать показавшееся за перекрёстком такси.
– Похоже, вы привыкли к беспрекословной правоте.
– В моей работе споры часто заканчиваются плачевно, – пришёл тихий ответ, а она удивлённо воззрилась на возвышавшуюся рядом фигуру.
Господи, какой странный тип! Что внутренне, что внешне… Эти длинные ноги… эти длинные руки, которые тот скрестил на груди, будто хотел казаться чуть меньше, разворот плеч шириной минимум в две Рене и огромные ступни в таких же огромных ботинках! Всё это очень плохо сочеталось с отточенностью, даже скупостью движений. Рене нахмурилась. Обычно такие люди размахивали конечностями, словно мельницы, не в состоянии совладать с данным природой телом. Но этот был не такой. Сжатый, собранный, будто в любой момент готовая взвиться в воздух стрела. И словами он бил не для того, чтобы ранить, а сразу убить. Непонятный. Сложный. Хорошо, что они больше не встретятся.
– Присматриваете себе мотоэкипировку? – неожиданно бросил он, не повернув головы. – Могу подсказать адрес хорошего магазина.
Рене вспыхнула и мгновенно отвела взгляд, прижимая покрепче многострадальный цветок. Действительно, так разглядывать людей было очень… очень невоспитанно. Тем временем напротив остановился жёлтенький «Форд», щёлкнул замок багажника, а перед носом Рене открылась пассажирская дверь.
– Куда вас отвезти? – послышался приглушённый шлемом вопрос.
– Монреаль-Нор. Перекрёсток Эбер и Жан, – немного смущённо пробормотала Рене и встретилась с удивлённым взглядом вновь золотистых глаз.
– Дайте угадаю, – медленно начал горе-мотоциклист, – вы собирались тащиться туда на автобусе?
– Ну да, – она пожала плечами. – А что?
Ответа не последовало. Только тёмные брови сошлись на переносице, а после незнакомец повернулся к садившемуся в машину водителю.
– Проследите,
