котором вы трое тоже будете присутствовать.
– И я? – Удивлённо спросил Виктор.
– Конечно, если у тебя нету других срочный дел.
– Нет, конечно, нету, господин старейшина. Для меня большая честь присутствовать на собрании.
Закрин говорил совершенно спокойно и глядя ровно перед собой: – Ну тогда дальнейшее обсуждение этого не имеет смысла.
Все замолкли и в тишине продолжили подниматься наверх, где уже виднелся свет, попадающий в почему-то приоткрытую шахту лифта.
Весь путь до залов совета и даже во время ожидания начала процесса ни Альберт, ни Виктор не издали ни звука. Леонард, сидя рядом с ними за трибуной, иногда пытался завязать какой-то разговор, демонстративно поднимая указательный палец, но останавливался лишь, приоткрывая рот, когда замечал их пустой задумчивый взгляд, направленный в центр зала, по которому неспешно ходили члены совета. Ещё бы чуть-чуть и у него лопнуло терпение, но резкое появление Закрина буквально посреди трибун сразу его утихомирило. Пространство по всему залу пошатнулось от раскрывшегося разлома, мощности которого бы хватило, чтобы прыгнуть прямо из-за внешнего круга.
– Прошу всех садиться на свои места. Я объявляю заседание совета открытым. – Громко сказал он, пока брешь в воздухе прямо за его спиной затягивалась, словно быстро заживающий надрез. Разлом схлопнулся как раз к тому моменту, когда все заняли свои места. – Как вы все знаете, … – тут же продолжил старейшина, стоило членам совета невозмутимо, словно они ничего и не видели, рассесться. – … я отсутствовал на протяжение долгих пяти лет, после того самого инцидента. Но на самом деле для меня прошло времени намного больше, чем можно себе представить. И вернулся я с отнюдь не добрыми вестями для нашего дома. Могу точно судить о наличии двух глобальных проблем, которые безусловно приведут к неминуемой катастрофе как во внутреннем круге, так и за его пределами. К счастью, по последним новостями, в третьем мире пока нет абсолютно никаких изменений, но неизвестно как долго это может продлиться… – Он говорил, расхаживая по центру зала, заведя руки за спину, и, услышав шепот, остановился, и направил взгляд на его источник. Тихие голоса разом исчезли, и только тогда старейшина продолжил. – Я начну с объяснения, как и почему я пришёл к таким выводам: Последние пять лет моя душа провела в ужасном, тяготящем, пустом месте, в котором время фактически не существовало. После пробуждения от векового заточения я заметил, что мои способности существенно возросли.
Один из членов совета посмел его перебить: – Простите, господин старейшина… вы сказали «векового»?
Закрин спокойно обернулся и ответил на поставленный вопрос: – Да, вы не ослышались, коллега. Проведя анализ всей ситуации, я оглашаю вам первую проблему, с которой мы столкнёмся. Мятежники выходят из тени, в которой они провели более полутора тысяч лет!
Зал резко зашевелился от такого заявления. Советники начали переговариваться друг с другом, а один из них поднялся и задал вопрос: – Закрин, но какие доказательства вы можете предоставить нам? Вы, как никто, должны четко понимать, что без каких-либо явных причин мы не можем бросать все наши силы на поиски решения возможно несуществующих проблем.
Закрин, ничего не ответил. Он молча приподнял левую руку и начал медленно сжимать ладонь так, что казалось он ломает что-то невероятно крепкое. В воздухе появилось напряжение. Энергия кольцами закружились над ним, а пустое пространство в руке водоворотом втягивало её со всего потолка. Вихрь продолжал усиливаться, от чего по залу загулял ветер, сдувающий капюшоны с голов членов совета. Виктор уцепился за стол глядя на это, но всё резко закончилось. Ветер утих, а потоки пространственной энергии сжались до крохотного каменя, образовавшейся в руке старейшины.
– Всё это время я находился в заточении… в темнице одного из владык. Меня мучили видениями как пылает наш дом, как солдаты бессмысленно погибают от рук еретиков, а дети наши бегут от тех, что вновь посмели отринуть волю создателя! Вот моё доказательство! – Он протянул вперёд черный камень, будто втягивающий в себя лучи света. – «Ибо лишь тот, кто вышел из забвения может образовать кристалл мрака из теней ему подручных!».
Весь зал, включая Альберта подскочили с места, будто их ужалила огромная пчела: – Что вы творите?! Разве стоит рисковать всеми нашими жизнями ради того, чтобы доказать свою правоту! Вы можете разнести весь совет, даже если это нечаянно зацепить пальцем!
Закрин убрал кристалл, показывая, что никакой опасности вовсе нет: – Уверяю вас, она абсолютно стабильна, а я, благодаря этим трём людям, уже далеко не сумасшедший, чтобы уничтожить зал совета своими же руками. – Он, подошёл к столу и положил переливающийся камень на поднос, видимо и предназначавшийся для него. – За сим не буду долго концентрировать внимание на первом и перейду ко второму пункту. – Продолжал он вести спокойную речь, держа весь зал совета в полном замешательстве. – К счастью здесь я не могу ручаться за верность своих суждений, но в связи с тем, что произошло пять лет назад, из-за чего меня и отправило в забвение, я могу судить, что в наших рядах вновь появился представитель ныне запрещённой специальности.
Тот же советник промолвил: – Однако, как и сказали сейчас, вы не можете быть уверены. Тем более, что «пятый» в оговорённых вами условиях может стать отличным подспорищем в борьбе против мятежников…
– Не смейте! – Вдруг резко крикнул на того старейшина. – Не смейте даже думать о таком в моем присутствии! Я не допущу повторения скорбящего восхода!!
Этот мужчина замолчал и медленно сел назад на своё место, а другой член совета в свою очередь обратился: – Простите, но по нашим данным ни одного происшествия на территории академии, которые были хотя бы похожи на проявления такой силы, зафиксировано не было за всё время вашего отсутствия…
Альберт подтвердил: – Господин старейшина, я лично проводил тщательные наблюдения за потенциальными личностями и ни один из них не проявил никакой аномальной активности.
Вот только в ответ на такое заявление Закрин подошёл чуть ближе к трибунам и его голос приобрёл резкий и повышенный тон. – Не ожидал, что глава административного холла будет пытаться ввести старейшину совета в заблуждение…
Греций сморщил брови: – Простите? – Переспросил он.
– Таких «потенциальных личностей» всего один, и в данный момент он находится прямо здесь! – Взгляд старейшины буквально накинулся на Звонаря, спокойно сидящего за трибуной. Тот даже и не догадывался о чём сейчас вообще идёт речь. Только что объявили о возможном начале войны, а теперь его ещё и в чём-то обвиняют… Парень удивлённо посмотрел на Закрина и растерянно поднялся с места: – А…это… – Запинался он. – Простите сэр, но я
