Мне претила эта лаконичность. Безликое и мрачное пространство — такое же, как душа Блейка.
От острой тоски кольнуло сердце. Почему люди не ценят то, что у них есть? И лишь потеряв, осознают, как это было дорого?
Отогнав унылые мысли, я подошла ближе и поставила перед Блейком стаканчик:
— Без сахара, как ты любишь. Сойдет за достойную причину?
— Польщен твоей заботой, — он с недоумением изогнул бровь, но кофе все-таки взял. — Так чего ты хотела?
Когда-то хотела его. А теперь…
Я не смогла сформулировать — вид стола отвлекал. Вместо проверки я представила себя лежащей на нем с ногами на плечах Блейка. Так ясно, что спина ощутила холодок отполированного дерева, а соски сжались в предвкушении.
— Долорес? — он сделал глоток, но я не почувствовала запаха кофе — тестостерон в воздухе зашкаливал.
— Я просто хотела… — я с трудом подавила порыв расстегнуть пуговицу на блузке. — Рассказать о стройке в Бруклине.
И проверить реакцию на фамилию Маклански.
Хотя, зачем укладывать на стол? Блейк мог бы просто развернуть меня лицом к экрану. Задрать юбку, шлепнуть по ягодицам, намотать волосы на кулак и…
Твою мать! Я должна взять себя в руки!
— Мы с Чарити встретили Дастина Маклански.
На лице Блейка не дрогнул ни один мускул. Неслабая у него выдержка!
— Он очень мило называл тебя «Бенедикт», — продолжала я, стараясь не думать, как будет вздрагивать мое тело от глубоких размеренных толчков. — И интересовался реструктуризацией. Ты знаешь его?
Неожиданно Блейк нахмурился, и я еле утерпела, чтобы не вскрикнуть.
Что это было? Смятение? Или досада?
Неужели я что-то нащупала?
— Дастин входил в совет акционеров задолго до меня, — Блейк отодвинул стаканчик в сторону. — А когда они с Тэдом поделили бизнес, получил контракт на строительство. С тех пор так и работает на подряде. Весьма неплохо, судя по отчетам.
Непринужденным жестом Блейк стер с нижней губы невидимую каплю кофе, и меня снова прошиб холодный пот. Я так и не забыла поцелуи с ним — жаркие, сладкие, волнующие до дрожи.
Почему меня по-прежнему волновала его близость? После всего, что он сделал!
— В общем, Маклански просил передать привет, и я передала, — с вымученной улыбкой я попятилась к двери. — Не буду тебе мешать.
Непреодолимая зависимость нервировала. Дернув за ручку, я выскочила в приемную и мысленно отругала себя.
Нельзя уступать фантазиям. Поддавшись им, я потеряю не только фирму, но и самоуважение.
[1] Одна из достопримечательностей Нью-Йорка — здание, в котором был принят Билль о правах.
[2] Памятник Джорджу Вашингтону установлен на лестнице перед Федерал-холлом.
[3] Причал в Бруклине.
[4] Подземный автомобильный тоннель, ведущий с Манхэттена в Бруклин.
Затишье перед бурей
За неделю я не продвинулась ни на дюйм в поисках таинственного покупателя. Не помогли ни консультации на форумах в Интернете, ни подслушивание разговоров в офисе, ни осторожные расспросы семейного адвоката. Из-за нехватки информации я даже решилась влезть в рабочий компьютер Блейка в один из обеденных перерывов, но попытка оказалась неудачной — секретарь в приемной зорко следила за всеми, кто приближается к кабинету руководителя в его отсутствие.
В свободное от работы время я продолжала изучать данные по «Мак-Кинли Групп» и «Маклански Билдинг Компани», и снова безрезультатно.
— Проклятые ирландские эмигранты,[1] — ворчала я, сворачивая окно очередного новостного портала. — Почему вас стало так много в моей жизни?
Зато в карьере наметился прогресс. Одобрив финальный вариант коммерческого предложения, Дайана, наконец, доверила мне текущий проект — тот самый, со стройкой в Бруклине. Его по-прежнему вела Чарити, а я лишь помогала в организации рассылок потенциальным инвесторам, но осознание, что мы занимаемся почти готовой площадкой, воодушевляло. Мне даже удалось предложить необычный дизайн для титульного листа каталога, и Дайана его утвердила.
Не виси надо мной дамоклов меч нерешенной проблемы с продажей «Рэдман», я бы признала, что мне нравится ездить в офис. Я ощущала небывалый душевный подъем, и хоть авторитет в глазах коллег меня по-прежнему не волновал, да и личной похвалы Блейка я не ждала, сам факт наличия профессионального достижения в новой области, вызывал гордость за себя и подталкивал сделать что-нибудь еще, помимо простых задач.
Я поняла это, когда наткнулась в соцсетях на фото Джеки на Ибице…. и не почувствовала обиды. Если бы пару недель назад кто-нибудь сказал, что я прощу подругу, улетевшую веселиться без меня, я бы рассмеялась ему в лицо. А теперь я даже не просматривала ее истории, будучи увлеченной проработкой слогана для буклета.
Один лишь Блейк продолжал вызывать мрачные мысли. Целыми днями меня вертело как флюгер от противоречивых желаний. Чаще всего хотелось его убить, но когда мы случайно оставались наедине — а намеренные возможности я исключила — я изводила себя самыми грязными фантазиями. В офисной высотке не осталось места, где я не представила секс с ним, начиная от стойки ресепшен, и заканчивая подсобкой для уборщиков.
Держать дистанцию становилось все труднее. Я отказывалась ехать домой вместе, ссылаясь то на встречу в Бри, то на отложенный ланч с кем-то из коллег, то выдумывала несуществующие выставки, куда меня якобы приглашали. Вскоре Блейка это насторожило.
— Последнее время ты сама не своя, — миролюбиво начал он, догнав меня у лифта, куда я привычно понеслась в конце дня, чтобы не сочинять очередную ложь.
Голос звучал ровно, но слух безошибочно уловил нотки подозрительности.
— Не понимаю, о чем ты, — с непроницаемым лицом я шагнула к плавно разъехавшимся хромированным створкам.
Блейк выставил руку, преграждая мне путь в кабину. Я еле успела затормозить и не натолкнуться на его предплечье. Дыхание предательски сбилось, выдавая волнение, кончики пальцев похолодели, а щеки на контрасте полыхнули румянцем.
Как назло лифт был пуст, и никого не возмутило, что Блейк блокирует дверь.
Твою мать! Что же сказать, чтобы он отстал?
— Я слишком хорошо тебя знаю, Долорес, — в его глазах блеснул недобрый огонек. — И если ты затеваешь что-то в ущерб «Рэдман Риэлти», учти, это выйдет тебе боком.
Угрожающий тон за секунды развеял флюиды, окуная меня в омут злости.
— Если ты забыл — это моя фирма. И я — последняя, кто причинит ей вред.
Поджав губы, я демонстративно обошла Блейка, во взгляде которого смешались досада и любопытство, и ткнула в кнопку первого этажа.
— Ты не перестаешь удивлять, — донеслось мне
