После того как мы выполняли своё предназначение, нас возвращали на Меду-Нефер и мы продолжали исследования совместно с тауи. Как вы сами знаете, мы очень многого добились: войн не было уже более двух тысяч лет, человечество едино. Время для нас летело очень быстро и наши длинные жизни заканчивались. Я был в последней партии разбуженных после гибернации, из тауи на корабле в живых не осталось никого к этому моменту. Даже капсулы, в которых находились оставшиеся тауи были уничтожены. Мистер Браун тогда мне поведал, что два пробуждения назад люди взяли всё в свои руки, избавились от всех тауи, начали проводить свои исследования.
– Но зачем? – воскликнул Сэм.
– Затем, что мы фактически стали рабами тауи, мистер Харрис. Да, люди не видели тогда своих рабовладельцев, а цепь на шее была очень длинной, но она была. В любой момент тебя могли вырвать из твоей привычной жизни и послать воевать даже не за свою родную планету. Умельцы из числа Шену взломали все находящиеся на Меду-Нефер компьютеры, расшифровали записи. Выяснилось очень много всего интересного. Например, как работает Переход, как продлить жизнь обычного человека ещё больше. Да, именно. Мне не 55 лет. Если считать время проведённое вне гибернации на корабле за исследованиями, то мне сейчас 194 года. На самом деле и внешность можно омолодить, но нам требуется, чтобы я играл роль доктора Эдварда Кросса – человека, который открыл способ мгновенного перемещения в пространстве.
– А что Вы говорили на счёт исправления НПА? – внезапно спросила Ани.
– Да, говорил. Мы исправили и дополнили работу НПА. Изначально НПА нас не только развивал, но и искусственно ограничивал, чтобы мы не могли навредить своим хозяевам-тауи. Была проделана колоссальная работа, которую до определённой поры необходимо было держать в тайне. Но вам четверым эту тайну можно доверить, ведь вы первые носители таких НПА. Фактически вы сейчас состоите из трёх частей: человек, НПА и наниты. Причём теперь именно в таком порядке: на первом месте человек – то есть вы, а затем уже НПА и наниты. Наниты под управлением НПА и создают вокруг вас Хут-Гау.
– Доктор Кросс, а почему эта технология так названа? – задал я давно интересующий меня вопрос.
– С языка тауи Хут-Гау дословно можно перевести на наш язык примерно как “Небесный покров“, но иногда мы называем этот покров “Космобронёй”. Благодаря такому симбиозу вас практически невозможно уничтожить. А если уничтожить всё-таки удалось, то это не окончательная смерть. После смерти вы возродитесь в точках флуктуациях пространства, мы называем их Точками привязки. Вас не просто воссоздают в таких Точках привязки, ваше сознание, ваш опыт переносится в новое созданное тело. Благодаря этому, вы теперь фактически бессмертны, продолжительность жизни тоже можно считать бесконечной, но в этом мы пока не уверены, пока самый старший из нас сейчас в возрасте 463 года.
– Всё это замечательно, – сказала Лиза Миллер, – но я не могу понять на кой Кемхет мы четверо нужны вам? Вы же практически боги! У вас есть технологии, возможности! Вы прекрасно справитесь и без нас.
– Во-первых, наши технологии всё ещё ниже уровня технологий тауи. Да, мы многое почерпнули из их книг, лабораторных записей и результатов исследований, но это лишь верхушка айсберга. Настоящие Знания находятся там, где идёт война.
– А во-вторых? – спросил хмуро Сэм, догадавшись, что после “во-первых” всегда следует “во-вторых”.
– Во-вторых, – тяжело вздохнул доктор Кросс, – вы четверо и есть один из наших долгосрочных экспериментов. Ваши НПА, так сказать, нового поколения: у них есть Уровни слияния, который у всех вас уже десятый. Для установки НПА нового поколения требовалось вмешательство на уровне ДНК, что мы и сделали. Это был проект, рассчитанный на десятилетия долгой и кропотливой работы, его назвали “Проект Неферу”, что в переводе с языка тауи означает “сверхчеловек”. Не хочу вас расстраивать, но все вы были созданы буквально здесь на Меду-Нефер…
Глава 9. Сверхчеловек/Неферу
В лаборатории на Меду-Нефер было очень тихо, слышно было только шумное дыхание через респираторы двоих людей в ярко-белых халатах. На столах разбросаны были банки с химическими реагентами, листы бумаги с какими-то записями, а на экранах мониторов мелькали странные формулы и графики.
На столе стояло три пробирки-капсулы, четвертая была уже вставлена в генетический модулятор, за которым, смотря в экраны и что-то набирая на клавиатуре, работал один из людей. Второй человек в это время проводил финальную кросс-валидацию для прогнозирования нужных качеств, которые раскроются в будущем, для остальных трёх эмбрионов.
Это очень кропотливая работа, каждый эмбрион в такой капсуле нужно генно-модифицировать, чтобы получить новые способности, устранить все генетические дефекты и создать основу для НПА нового поколения.
Если бы НПА нового поколения был бы уже создан, то было бы в несколько раз проще выполнять эту работу. Но его в данный момент разрабатывают в соседней лаборатории. Особенность модификации ещё заключалось в том, что каждый из этих эмбрионов должен будет иметь уникальную модификацию, которая была разработана специально для них.
Несколько десятков лет потребовалось, чтобы только в теории разработать такую сложную процедуру. Сейчас вся эта теория воплощается в жизнь, и при этом цена ошибки слишком высока – других эмбрионов нет, удалось успешно создать лишь четыре.
Исследования были тщательными и методичными, каждая модификация проходила множество тестов и испытаний, прежде чем её добавляли в окончательную версию генома. Затем каждую такую модификацию проверяли попарно на совместимость с другими, чтобы они не “перекрывали” и “мешали” друг другу. Некоторые модификации приходилось разрабатывать с самого начала, пойдя немного по другому пути их развития.
Это был прорыв в мире генной инженерии, который открывал новые возможности для лечения заболеваний и развития новых возможностей человечества. Но все исследования и эксперименты остануться тайной в лаборатории на Меду-Нефер надолго.
– Закончил со вторым, – сказал второй человек.
– А я как раз закончил с первым, давай второго мне, – ответил первый человек.
– Очень странные ощущения: чувствую себя Богом, но при этом на меня давит какой-то очень сильный груз ответственности за этих четверых.
– Согласен, чувствую сам нечто подобное. Как представлю, что все их гены являются доминантными по отношению к обычному человеку… Если их выпустить “на волю”, то спустя несколько поколений человечество начнёт сильным образом меняться в лучшую сторону.
– Это при условии, что мы не напортачили и встроенные гены будут вести себя так как
