призналась доктору, очень понравились её новый цвет глаз. Она будто обрела новую себя, позволяющую ей держать спину всегда прямо, а взгляд наполненным уверенностью.
Поэтому доктор Кросс всё делал без напряжения, расслабленно. Сэм, по видимому, это чувствовал. Он уверенно залез в капсулу, хотя по его глазам было заметно, что ему не очень нравится данная ситуация.
– Будет немного неприятно, но не больно.
Сэм находился внутри капсулы с закрытыми глазами и глубоко, но медленно дышал. Возможно он так расслаблялся, а может он закрыл глаза, чтобы лучше бороться со страхом.
Внезапно капсула истошно запищала, а лицо Сэма превратилось в гримасу боли и страдания. Доктор Кросс сразу же проверил все показатели, они были в пределах нормы. Ничего из того, что отображалось на панели управления капсулой, не говорило о том, что Сэм сейчас испытывает неимоверную боль.
Всё прекратилось также внезапно, как и началось, через десять минут, когда доктор Кросс уже хотел было вызвать ассистента к себе в помощь.
– Сэм, Вы в порядке?
– Более чем, – уверенно сказал Сэм и открыл глаза.
Его глаза уже изменились, стали ярко-крими, почти красными. Доктор смотрел на панель управления капсулой и не мог понять. Из девятнадцати часов с небольшим, которые оставались для окончательной установки НПА, сейчас осталось менее часа.
Глубоко вздохнув, Сэм уверенно вышел из капсулы и повторил:
– Я в порядке.
– Уверены?
– Да. Но я очень хочу спать и есть.
– Сейчас… Вас проводят и всё покажут, – сказал доктор Кросс и по коммуникатору вызвал ассистента.
***
Третий раз процедура прошла относительно без осложнений. Да, Джек также как и Сэм испытал боль, но она была намного слабее, да и время установки не сократилось ни на секунду.
Поэтому в четвёртый, как и в первый, раз доктор опять проводил процедуру с большим опасением.
– Почти пятнадцать часов до полной установки НПА… Как Вы себя чувствуете, Лиза?
– Да вроде ничего не изменилось, – неуверенно ответила она.
– Я думаю, что после сна и окончания установки НПА в ваш организм, Вы обязательно почувствуете изменения.
Так и произошло. Как потом сообщила сама Лиза, её память стала лучше, она вспоминала то, что уже давным-давно позабыла. Например, удалось даже вспомнить лица давно погибших родителей.
Новую информацию Лиза также схватывала на лету, а старая легко выстраивалась ровными рядами воображаемых кирпичиков внутри её памяти, к которой она могла в любой момент обратиться.
***
– Да, у всех четырёх объектов внедрение НПА нового поколения прошло успешно.
– …
– Нет, особых осложнений не было.
– …
– Не владею такой информацией.
– …
– Когда они будут готовы, тогда и предстанут перед всем Советом.
– …
– Нет, не раньше. Мы впервые проводим этот эксперимент, тут не стоит торопиться. Если не верите мне, то спросите у доктора Кросса.
– …
– Я сообщу, – немного раздражённо завершил свой разговор по коммуникатору Эверетт Браун, поднял голову и добавил уже ни к кому конкретно не обращаясь. – Ну почему они такие нетерпеливые?
– Они бояться, – предположил, сидящий в кресле напротив массивного стола доктор Эдвард Кросс. – Надо было дать мне коммуникатор, я бы им всё объяснил.
– Не думаю, что голос разума донёс бы Ваши доводы до них. Вы правы, они боятся. А может Враг уже среди нас… Проект ни раз уже пытались саботировать. Хорошо, что мы всё время были на несколько шагов впереди…
***
– За нами следили всю нашу жизнь, начиная ещё до рождения??? – казалось, Лиза была в бешенстве от такого заявления.
– Не следили, мисс Миллер. Правильнее сказать – наблюдали. К счастью, ни для кого из вас не понадобилось проводить никаких глобальных корректировок. Были, конечно, мелкие, так сказать, огрехи, которые необходимо было бы исправить, Но было решено дождаться установки НПА и нанитов в ваш организм. Когда мы это сделали, то всё что нужно, было скорректировано.
– То есть мы братья и сёстры? – поинтересовался Сэм.
– Нет-нет, что вы! Все образцы были от разных людей. Но на самом деле теперь это не имеет никакого значения. Ваши усовершенствованные гены больше не будут “ломаться” при наследовании, в том числе и при кровосмешении.
– А наши родители? То есть… приёмные родители… – немного грустно спросила Ани.
– Это трагедия была случайностью, заверяю вас. Мы очень сожалеем о том, что случилось… Но ничего не могли с этим поделать.
– Но ведь корабль умеет возвращаться в прошлое! – не сдавалась Ани.
– Поймите… Корабль всё ещё повреждён. За такое огромное количество времени нам не удалось его окончательно починить. И вряд ли сможем починить его вообще, технологии тауи далеко обгоняют наши человеческие. Самим тауи было всё равно на это, их цели и задачи были в другом. Мы поняли принцип Перехода по временной оси, но для этого требуется гораздо, гораздо больше энергии, чем есть на Меду-Нефер. Сейчас энергии хватает лишь на поддержание текущей деятельности.
Доктор Кросс помолчал, глубоко вздохнул, а затем продолжил:
– Не хочу вас обманывать… Я предлагал рассмотреть вариант, который позволит накопить энергию и вернуться в прошлое, чтобы предотвратить катастрофу, но наши аналитики уверяли мистера Брауна, что тогда процент вашего отказа от Миссии на самом последнем этапе будет более 80%, что недопустимо. Вы последняя надежда человечества.
Глава 10. Схватка/Хэрью
Во время завтрака никто из нас не вспоминал вчерашний рассказ доктора Кросса. Все вели себя так, будто мы вчера не узнали шокирующую правду о человечестве. Даже, не смотря на то, что в столовой кроме нас никого не было, никто из нас не хотел начинать обсуждение на данную тему. Как и в предыдущие дни
