то, чтобы я опасаюсь диких зверей, но бережёного Бог бережёт, — он пожал плечами. — В машине относительно безопасно. К тому же, попали мы сюда на автомобиле, поэтому и выбираться будем на нём.
— Если ты не заметил, как раз на автомобиле мы и не можем выбраться, — Иван постарался говорить спокойно, но напряжение прорвалось звенящими нотками в голосе. — Давайте посмотрим, куда ведёт эта тропа?
— Нет. Это слишком опасно. Поедем на машине. Собирайтесь, — Сергей встал из-за стола.
— Опять всё за всех решил? — Иван скрестил руки на груди. — Я никуда не поеду. В этот раз мы пойдём по тропе. Пешком.
— Я сказал — мы едем на машине. Это не обсуждается. Или до тебя слова не доходят?
— Серёж, здесь каждый решает сам. Мы не на работе, — Светлана тоже поднялась на ноги.
— Вы понимаете, что это опасно! — не сдержавшись, Сергей повысил голос. — Пока с нами ничего плохого не случилось. Кто знает, что может произойти в лесу!
— Вот именно, что пока! — заорал в ответ Иван. — Мы крутимся на одном месте, как белка в колесе. Нет выхода! Нет его! Надо искать другие пути! А мы, как бараны, ломимся в одну и ту же закрытую дверь!
— Тихо! Давайте снизим накал страстей, — подавшись вперёд, Олег двумя руками опёрся об стол. — Логика есть как в словах Сергея, так и в словах Ивана. Но соглашусь с Сергеем, риск лезть в незнакомый лес слишком велик.
— Будем голосовать? — Светлана посмотрела в глаза Олегу.
— Вы можете голосовать, можете не голосовать, — Иван встал. — Но я пойду через лес. Кто со мной? — Он бросил на стол ключи от машины. — Если хотите ехать — скатертью дорога, я пешком пойду.
Воцарилось тягостное молчание. Казалось, напряжение сгустилось в воздухе, давя на плечи, мешая дышать. Лена переводила испуганный взгляд с Сергея на Ивана. Саша уткнулась глазами в пол. Светлана хотела что-то сказать, но, встретившись глазами с Артёмом, только судорожно сглотнула.
— Я пойду с тобой, — Артём кивнул каким-то своим мыслям. — Всё правильно, нужно разделиться. Если кто-то доберётся до города, то сообщит о случившемся и организует поиск второй группы.
— Хорошо, — Сергей отвёл от Ивана испепеляющий взгляд. — В конце концов, все взрослые люди. У кого ещё есть желание совершить пеший променад? — Встретившись глазами с Леной, рявкнул, — даже не думай, я за тебя перед Русланом головой отвечаю!
— Нет, я поеду с тобой, — потрясённо прошептала Лена. — Я боюсь идти в лес.
Протянув руку, Олег взял со стола ключи.
— Кто ещё с нами? Света? Саша? — дождавшись утвердительных кивков, сжал ключи в кулаке. — Вот и договорились.
Глава 9
День третий.
После обеда.
Каждый строит свой рай сам,
Сам себе каждый строит ад,
Из цветов и рассвета — храм,
Если в сердце цветёт сад.
Если пепел в душе, то
Всё уныло и серо вокруг,
От себя не спасёт никто,
Каждый сам выплывает, друг…
Только помнить стоит всегда,
Перед тем, как грозить небесам —
Пусть порой и судьба слепа,
Свою жизнь ты рисуешь сам…
Нещадно палило солнце, но в тени деревьев жара не донимала. Бросив взгляд на часы, Иван тяжело вздохнул. Два часа пятнадцать минут, а конца пути не видно. Он специально засёк время, чтобы иметь перед глазами хоть какой-то ориентир. Чем ему поможет эта информация, он не знал. Но цеплялся за соломинку.
Тропа петляла, то идя под уклон, то поднимаясь на пригорок. Никаких признаков жилья, вокруг по-прежнему шумел лес. Радовало одно — тропинка не выглядела заброшенной. Неширокая — сантиметров сорок, она была хорошо утоптана, что давало надежду на выход к какой-нибудь деревушке, или, на худой конец, на просёлочную дорогу. А там и до города недалеко. На этом все неприятности закончатся.
При этой мысли Иван передёрнул плечами. Не стоит себя обманывать, ничего не закончится. Нужно будет организовывать поисковый отряд, и вытаскивать вторую группу, застрявшую на базе. Ясно же, что уходить следовало по тропе, раз на машине не получилось уехать. Так Сергей упёрся, как баран, и перетянул остальных на свою сторону. Начальник — он и на отдыхе начальник, авторитетом давит. Благо, у Артёма разум преобладает над пиететом перед Серегой. Поэтому они и идут сейчас вместе. Это хорошо, что он не один.
Больше ничего хорошего в случившемся не было. Конфликт с Сергеем давил на плечи. Чем-чем, а склерозом тот не страдает, и обязательно отыграется за утреннюю грубость. Хотя почему только утреннюю? С вечера Иван тоже наговорил много лишнего. Сейчас он отчётливо понимал, что никогда не повёл бы себя так глупо, если бы не нервы. Его сжигал дикий страх, в голове сидело только одно желание — любыми способами вырваться из проклятого коттеджа. Убежать подальше от всего: от вопросов, заставляющих покрываться липким потом, от взглядов коллег, от собственных чёрных мыслей. Он запаниковал. И вот результат.
Теперь же, оказавшись в лесной тиши, он снова начал мыслить рационально. Зря он так с Сергеем. Но что сделано, то сделано. Об испорченных отношениях он подумает позже. Итак, что остаётся в сухом остатке? Отлично подготовленная ловушка, в которую он попался, как глупый мышонок в мышеловку. Некто узнал его секрет, и теперь будет выламывать руки. Каким образом узнал, и зачем — вопрос другой. Нет, не получается. Слишком сложно. Для обыкновенного шантажа не стоило городить такой огород. Если цель — именно он, Иван, зачем собирать такую толпу? Целый отдел. Семь человек. Не сходится…
Слишком глупо. Не нужно выманивать его за город, достаточно было бы телефонного звонка или письма на электронную почту. И что необыкновенного можно с него потребовать? Денег у него нет, большой власти и влияния — тоже. Не получается. С точки зрения шантажа от него не много выгоды. Это как палить из пушки по воробьям. Из пушки очень большого калибра по очень маленьким воробьям… Не будут ради него затевать подобную комбинацию.
Тогда кто является истинной целью и ради чего приложены такие титанические усилия? А главное — как это всё организовали? Как?!
И ещё один вопрос не давал покоя. Что сейчас важней — выбраться к людям или понять, во что они вляпались? Наверное, равноценно. Тропа, в конце концов, куда-нибудь, да выведет. А вот к тому, что будет потом, стоит подготовиться. В том, что продолжение последует, Иван уже не сомневался.
* * *
Артём перевёл дыхание, идти оказалось труднее, чем он думал. Всё же бессонная
