Время шло, а похитители, вопреки предположениям Наджибуллы, и не думали вступать с ними в переговоры. Каждая минута томительного ожидания увеличивала страдания Андре и нервное напряжение Бии, считающей себя в ответе за все, что происходит в экспедиции.
– Известий нет! – заявила она, обращаясь к Наджибулле.
– Знаю, – буркнул тот.
– Но ведь прошло уже двое суток!
– Знаю.
– Вы заверяли, что они еще вчера должны были вступить с нами в контакт.
– Знаю, знаю! Я ошибался! Но если вы будете напоминать мне об этом каждые две минуты, лучше не станет! По крайней мере, мы обнаружили их расположение, это уже кое-что. А заодно, как вы знаете, засекли и вторую группу преследователей – ваших соотечественников.
– Мота-ассеф ам. Простите меня. Меня угнетает, что мы теряем драгоценное время. И что мы в окружении врагов… И что Анна могла передать русским важную информацию… Вы, уверены, что мы ничего не можем сделать?
– Попытаемся. Я с несколькими моими людьми проникну в их лагерь и посмотрю, что там у них происходит. Может быть, нам удастся что-нибудь разузнать.
– Я тоже пойду! – вмешался в разговор Андре.
– Нет. У вас нет опыта. Малейшая ошибка может стоить ей жизни. И вам, кстати, тоже. Пойду я с двумя надежными бойцами. А вы ждите здесь.
Ни уговоры, ни требования Андре ни к чему не привели.
С наступлением темноты полковник и его люди вышли из лагеря экспедиции. Они подобрались к лагерю русских, что было не так уж трудно, поскольку луна не светила и вой ветра заглушал шум шагов. Они спрятались за скалой, защищавшей палатки с севера. На расстоянии приблизительно ста метров от них стояли джипы. Отсюда можно было следить за передвижением часовых.
– Прикрывайте меня. Я попробую подобраться поближе, – тихо скомандовал Наджибулла, вытаскивая кинжал из ножен и беря его в левую руку. Через минуту он уже находился возле машин.
Когда солдат, охранявший этот сектор лагеря, поравнялся с ним, полковник подкрался к нему сзади и ударил под колено, заставив потерять равновесие. Падая, солдат наткнулся шеей прямо на подставленное лезвие. Возможно, он даже не успел понять, что произошло.
После этого Наджибулла подполз к освещенной палатке. Судя по тому, что ему удалось услышать из разговора, Анна была еще жива, но уже не нужна похитителям. Похоже, от нее собирались избавиться. Что ж, Наджибулла поможет им в этом, но другим способом.
Прежде всего надо было установить, где ее держат. Скорее всего, в той маленькой палатке, которую охранял часовой. Действовать надо было очень быстро, пока русские не нашли убитого дозорного и не подняли тревогу.
К счастью, маленькая палатка стояла в некотором отдалении от остальных на поросшем кустами склоне. У солдата, караулившего ее, был сонный вид. Наджибулла решил воспользоваться старой уловкой и бросил камень. Расчет оправдался. Солдат не только отошел в направлении упавшего камня, но еще и наклонился, чтобы поднять его. В следующее мгновение он ткнулся лицом в склон да так и остался лежать.
Анну было не узнать: цвет ее лица из нежно-палевого стал багровым, губы чудовищно распухли, травмированные органы не позволяли ей идти, и большую часть пути люди Наджибуллы несли ее по очереди на спине.
– Сукины дети! – ахнула Бия, когда освобожденную доставили в лагерь. – Что они с ней сделали?!
– Ее отнасиловали, – пояснил Наджибулла, – так можно выразиться? Я думаю, после этого они собирались ее убить.
– Кладите ее сюда! Я должна выяснить, нет ли какого-нибудь серьезного внутреннего повреждения или еще чего-нибудь в таком роде. А теперь выйдите все отсюда! – распорядилась Бия.
Андре реагировал на происходящее странно – будто видел все это в кино. У него было безразличное, тупо-отстраненное выражение лица.
– Я пришел как раз вовремя! – рассказывал Наджибулла, явно желая, чтобы его подвиг оценили как можно выше. – Еще немного, и они бы ее прикончили. Думаю, они не стали бы требовать выкуп.
– А чего они от нее хотели? – спросил Торрес.
– Это может сказать только она сама, но я думаю, им нужна была информация.
– Какая информация?
– Не знаю. Наверное, об экспедиции.
– И они ее получили?
– Судя по ее состоянию, сначала она немного сопротивлялась, а потом рассказала им все, что мы знаем и чего мы не знаем, – усмехнулся полковник.
Андре в разговорах не участвовал, лишь молча слушал, как будто не понимая до конца то, о чем и о ком говорилось.
Наконец Бия вышла из палатки.
– У Анны нет серьезных повреждений, – объявила она. – Собирайтесь в путь, завтра мы продолжим поиски цитадели. Наджибулла, нам с вами нужно поговорить без свидетелей.
Все разошлись. Андре умылся, как бы приводя себя в чувство, после чего осторожно вошел в палатку Анны.
Женщина спала под действием анальгетиков, которые ей дала Бия. Вид ее лица, ранее такого прекрасного, а теперь изуродованного побоями, вызвал у Андре непреодолимую жажду мести. Все свойственные интеллигентному человеку рассуждения о том, что правосудие должно осуществляться официальными органами, а наказание должно быть гуманным, показались ему теперь пустой болтовней. Ему хотелось стереть с лица земли мучителей Анны, и он уже строил в своем воображении планы осуществления своих жестоких намерений, когда ход его мыслей прервала появившаяся Бия.
– Помогите мне! Я должна ввести ей антибиотик, чтобы предупредить возникновение побочной инфекции и возможные венерические заболевания. Ах, и еще, чуть не забыла, нужно взять кровь на анализ. Попытаюсь применить новый тест на заражение СПИДом.
Он помог взять из вены кровь.
– Все, теперь надо только поместить кровь вот сюда, и не пройдет и десяти минут, как мы получим результат, – пояснила врач.
– Так быстро? – рассеянно спросил Андре, продолжая думать о возможной мести.
– Результат только этой пробы! Она предварительная! Чтобы получить окончательный результат, необходимо проводить такой анализ каждые пятнадцать дней. Тогда, если она заразилась, ее организм начнет вырабатывать антитела в достаточном количестве, чтобы это можно было зафиксировать. Но окончательно удостовериться в том, заразилась она или нет, можно будет только через шесть месяцев регулярных анализов.
– Так нескоро? – равнодушно спросил Андре.
– Да, это так называемое «иммунное окно» – период, в течение которого зараженные люди могут давать отрицательный показатель наличия антител. Однако у меня нет возможности проводить такое исследование. Впрочем, я не думаю, чтобы она заразилась СПИДом.
– Вы так уверены?
– Можно говорить откровенно?
– Да.
– Честно говоря, не уверена. Могу только сказать, что половой акт, который сопровождается кровотечением, как в данном случае, увеличивает шанс заражения. Если, конечно, кто-то из тех мерзавцев является носителем СПИДа…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
