когда не знаешь, от чего нужно защищаться.
***
– Солнце уже встает, – прошептала Паркер, бережно обнимая Кэндис и совершая рукой медленные движения внутри нее. – Думаю, мне пора идти.
– О Боже, – простонала Кэндис. – Если ты сейчас остановишься, я убью тебя!
– Не хочу злоупотреблять твоим гостеприимством.
Кэндис обеими руками обняла Паркер за шею и прижала ее голову к себе. Ее бедра волнообразно двигались. – Просто заткнись и сделай так, чтобы я кончила.
Паркер засмеялась.
– Разве ты не делаешь это прямо сейчас?
– Угу. – Кэндис вцепилась зубами в крепкую мышцу на шее Паркер, и ее оргазм пролился на пальцы Паркер.
– Прекрасно, – прошептала Паркер, ее клитор сокращался, пока она смотрела на конвульсии Кэндис – Ты меня так заводишь.
– Продолжай, – слабым голосом проговорила Кэндис, лаская лицо Паркер, потом погладила ее грудь. Паркер застонала, и Кэндис опустила руку ниже, обводя поддразнивающие круги на ее животе. – Я хочу кончить еще раз. Ты хочешь кончить вместе со мной?
– Да, пожалуйста…
– Чего… чего ты хочешь?
Паркер приподняла бедра.
– Просто трахни меня.
Кэндис приподнялась, обхватила ногами живот Паркер, все еще не выпуская ее руку из себя. Она потянулась назад, дотянулась до гениталий Паркер, и сжала их. Будучи сама на грани оргазма, она дико засмеялась, когда почувствовала, как Паркер становится тверже и закатывает глаза.
– Да, детка, да, – Паркер выгнула спину, свободной рукой пытаясь ухватить воздух.
– Паркер, – резко сказала Кэндис, – не смей сейчас кончать.
– Боже, – выдохнула Паркер, на лице ее застыла маска страдания и удовольствия. – Чего ты от меня хочешь?
– Трахай меня, – прорычала Кэндис, делая круговые движения ладонью по клитору Паркер. Паркер врывалась в нее все сильнее и сильнее, и Кэндис кончила. Рядом с яростным криком ее собственного оргазма она услышала, как кричит Паркер. Потом не было ничего, кроме удовольствия, от которого плавилось сознание.
Через какое-то время Кэндис улеглась на спину и вздохнула.
– Это было отлично.
– Да, точно.
Кэндис лениво повернула голову на подушке и посмотрела на Паркер. Ее волосы были влажными, шея и грудь покраснели от удовлетворения. Мышцы на ее шее были настолько напряжены мгновения назад, что теперь дрожали под потной кожей. Кэндис всегда нравилось доставлять удовольствие своим любовницам, но Паркер выглядела настолько незащищенной и невероятно красивой, что в груди у нее зародилось какое-то незнакомое чувство, и ей немедленно захотелось сбежать.
– Ты можешь воспользоваться душем, – сказала Кэндис.
– Ты права, мне нужен душ, – Паркер подвинулась к пей и продолжала целовать до тех пор, пока Кэндис чуть было не попросила ее остаться, потом села на постели. – Спи. Еще очень рано.
– Спасибо, – Кэндис улыбнулась и погладила Паркер по щеке. – Увидимся.
– Увидимся.
Глаза Паркер были темными, в них нельзя было прочитать выражение.
***
Лиз жевала крекеры на воде, собирая сумочку и ключи. К счастью, ее желудок решил с ней сотрудничать, и она подумала, что вполне сможет съесть завтрак. В силу привычки она остановилась перед зеркалом в коридоре. В будние дни перед работой она обычно проверяла макияж, но сейчас она осматривала свою фигуру. Джинсы показались лишь слегка тесными, когда она задрала бледно-зеленую футболку. Она была только на десятой неделе беременности и не думала, что это видно. Даже без одежды она не могла заметить хоть какие- нибудь изменения в своем теле. И все-таки она ощущала некоторую неуверенность, хотя и не понимала, почему. Считает Рэйли Дэнверс ее привлекательной или нет, это занимает не самую высокую позицию в ее списке важных вещей, необходимых в жизни.
Она решительно двинулась к двери, но остановилась, когда в кармане зазвонил телефон.
– Лиз Рэмси, – ответила она, даже не подумав посмотреть, кто звонит. Для Кэндис это было слишком рано в субботу, а Брен вообще редко звонила, потому что не любила общаться по телефону. Поэтому Лиз решила, что это с работы.
– Я тебя разбудила? – поинтересовался мягкий, глубокий голос.
Желудок Лиз упал, и она ухватилась одной рукой за дверь, потому что опасалась, что не устоит на ногах. Она глубоко вздохнула, чтобы быть уверенной, что ее голос не будет дрожать. – Нет, я как раз выхожу из дома.
– Ты же вроде не работаешь так рано по субботам?
– Джулия, тебя раньше никогда не волновало, когда я работаю. Зачем ты звонишь? – Лиз было приятно обнаружить, что ее голос остается спокойным. Ей была ненавистна сама мысль о том, что простой телефонный звонок от Джулии может выбить ее из колеи. С другой стороны, в эти дни ее все расстраивало. Пару дней назад она плакала над рекламой машины.
– Я надеялась, что я смогу заглянуть сегодня.
– Зачем?
– Нам нужно разобраться с некоторыми бумагами – со страховкой и всякими такими штуками. И еще нам нужно договориться о выкупе квартиры.
– Сегодня не лучший день для этого, – резко сказала Лиз. – На самом деле, ни один день для этого не подойдет. Пусть твой адвокат свяжется с моим. Я действительно не хочу тебя видеть.
– Лиз, милая…
– Не надо. Не притворяйся, будто между нами что-то есть. Ты достаточно ясно мне сказала, что ничего нет, и не было.
– Я знаю, что это было ужасно…
– Ты права, ужасно, – сказала Лиз. – Ты опоздала лет на шесть. И я опаздываю на завтрак. До свиданья.
Лиз отсоединилась и закрыла глаза. Ее трясло. Будь проклята Джулия, или, может быть, будь проклята она сама, за го, что так долго была слепой. Как она могла не заметить, что стала в ее жизни не более чем тенью? Как ей вообще могло прийти в голову, что они могут вместе воспитать ребенка? Она дотронулась до живота. Этот ребенок изменит ее жизнь настолько, что она до сих пор не может этого осознать. В первый раз она была рада, что Джулия оставила ее. Ее ребенок никогда не станет несчастным человечком, которому придется связывать двух людей, которые не должны быть вместе.
Еще раз вдохнув поглубже, она вышла из квартиры и поехала на лифте вниз к парковке. Даже, несмотря на то, что Рэйли жила в паре кварталов отсюда, Лиз опоздала на десять минут. Рэйли ждала ее на улице, прислонившись к фонарному столбу на углу чуть ниже ее дома. В ее обтягивающих голубых джинсах и выгоревшей красной рубашке она очень выделялась из удивительно большого количества людей, которые уже вышли из дома погулять. Лиз подъехала к ней и опустила стекло на двери машины.
– Извини, я опоздала. Я все еще могу получить завтрак?
Рэйли улыбнулась и села в «Ауди» Лиз.
– Я запишу это на твой счет. Мне кажется, что я буду опаздывать чаще тебя.
