…Родители удалились, Мира отлипла от парня и с облегчением стянула шорты, которые так и норовили сползти. Швырнула их на пол, ничуть не заботясь о порядке в комнате, и ушла в кухню. Тим шорты запинал под стол, чтобы не маячили, и последовал за своей дамой. Там они пили чай — без добавок. Затем Тим пошел в душ, потащил было Миру с собой, но она отговорилась, что очень хочет есть, что в принципе было правдой, и осталась готовить ужин. Время было позднее, день — событиями насыщенный донельзя. А еще ночь предстояла веселая.
Выудив из ящика в спальне заветную траву, Мира заварила ее в чайничке, остатки тщательно зарыла в мусорном ведре — чтобы в глаза не бросались. Особого запаха сушнянка не имела, вкуса тоже была неопределенного, поэтому ведьмочка надеялась, что Тим ничего не заметит. Покончив с обязательной программой, она приступила к готовке — как говорится, война войной, а обед, точнее, ужин, по расписанию. Дело шло быстро, и уже через двадцать минут на сковороде аппетитно шкворчали, источая умопомрачительный аромат, котлеты, а Мира азартно шинковала овощи на салат. Она так увлеклась процессом, что не услышала, как в кухню вошел Тим, из одежды имевший одно небольшое полотенчико, обмотанное вокруг бедер.
Парень подкрался сзади и смачно хлопнул ведьмочку пониже спины. Мира подскочила на месте, сердце зашлось, а из горла вылетел сдавленный писк. Нож вылетел из руки и, звякнув, упал на пол. Сжавшись, она пару секунд ждала смертельного удара, но так и не дождалась. Осенило — Тим, негодник! Поняв, что убивать ее никто не собирается, ведьмочка разозлилась. Развернулась, чтобы отчитать парня, но нечаянно смахнула со стола доску с овощами, та с грохотом шлепнулась по-соседству с ножом. Мира разозлилась ещё сильнее. Сверкнула зелеными глазами, взмахнула руками и шепнула лишь одно слово. И тотчас раскиданные по полу овощи взмыли в воздух, навернули для разминки пару кругов над столом, и, повинуясь жесту хозяйки, кинулись на Тима. Тот вначале рассмеялся, глядя на буйство помидоров и огурцов, но словив томатной долькой в глаз, осознал, что шутки кончились.
— Подожди! — выкрикнул, интенсивно отмахиваясь от взбесившихся овощей. — Ты чего?
— А нечего ко мне подкрадываться, когда я вооружена ножом! В следующий раз подумаешь, прежде чем меня пугать! — заявила ведьмочка и победно вскинула руки вверх. Овощи застыли в воздухе, устремились в приготовленную для них миску, а потом в раковину — заново мыться.
Чрезвычайно довольная собой — еще бы, бытовые заклинания стали получаться, хотя раньше сил не хватило бы на подобное — Мира отряхнула ладошки и, мило улыбнувшись, вернулась к готовке, попутно размышляя о том, что после снятия проклятия ее способности если не повысились, то, по крайней мере, обрели некую стабильность. Но вот с невезением почему-то не выходило так же здорово. Неприятности и досадные мелочи продолжали портить ей жизнь…
— Ты обиделась, что ли? — спросил Тим, потуже затянув полотенце на талии — во время битвы с помидорами оно чуть не упало на пол.
— Нож подними, пожалуйста.
Он нагнулся, поднял.
— Пожалуйста. Обиделась, спрашиваю?
Тим подошел к Мире вплотную, нож не отдал, а положил на стол. Обнял напряженную ведьмочку и поцеловал в волосы. Она и рада бы была обидеться, но от подобных нежностей таяла как мороженое в летнюю жару. Замурлыкав, потерлась об него всем телом, разом забыв и про еду, и про испуг недавний, и про поход на кладбище. Тим не стал теряться, развернул Миру к себе лицом и заставил посмотреть в глаза.
— Обиделась, спрашиваю?
— Вот заладил — обиделась, не обиделась. Не обиделась. Испугалась. Подумала, убьют.
Тим прижал ее голову к своему плечу:
— Не думай, что сюда так легко забраться, родная. Моя квартира охраняется почище императорского дворца. — И пояснил немного смущенно. — Родители переживают, вот и расстарались.
— Да? — Мира удивилась. — А я ничего не почувствовала. Никакой магии.
Тим пожал плечами:
— Я, честно говоря, и сам не совсем знаю, как и что они делали. Да это и не важно. Главное — проникнуть сюда можно только в нашинкованном виде. Вооот такими дольками, — парень выразительно посмотрел на миску с овощами.
— Ты мне весь аппетит испортил, — скривилась ведьмочка. — Ладно, забыли. Скоро котлетки готовы будут. Иди, оденься, что ли.
Вместо ответа Тим подхватил девушку под попку и усадил на стол. Сам ввинтился между ее ног и, ласково поглаживая по спине, спросил:
— А может, ну ее? Потом поедим.
Мира сощурилась:
— А кто пять минут назад еды требовал?
— Не было такого, — хмыкнул Тим, — а если и было — что с того?
И нахально полез под майку девушки. И все это так быстро, напористо, но вместе с тем ласково и чувственно, что сил всерьез возражать не находилось. Конечно, Мира для порядка посопротивлялась, поупиралась, хотя внутренний голос кричал «Я согласна! Я совсем не голодная!», вслух сказала:
— Ты мне зубы-то не заговаривай. Я для кого старалась?
— Так я ж и не отказываюсь. — Тим взял ее руки и положил себе на плечи, потерся носом о ее нос.
Мира тихо млела, из последних сил цепляясь за остатки разума. Влажный после душа, практически обнаженный, пахнущий мылом и шампунем, Тим был просто неотразим. Девушка опять поймала себя на мысли — как она могла так быстро влюбиться в парня, который ей изначально даже не нравился? А теперь за одну его улыбку она готова убить.
— Мы просто отложим… ненадолго. Или надолго, там уж как пойдет.
Поцеловал за ушком, отчего Мира моментально покрылась мурашками и заерзала на жестком столе. Что-то царапнуло ее изнутри; ощущение, что она чего-то не сделала, забыла, барахталось на грани затуманенного сознания. Некое незавершенное дело томило, несмотря на все ухищрения парня. Да, хотелось плюнуть на всё и побежать в спальню, но что-то… было же… она должна была что-то сделать… да?
— Подожди… — выдохнула девушка, отталкивая парня. — Подожди, я так думать не могу…
— И не надо, — с готовностью сказал Тим. — В этом деле голова вообще не нужна. Мы сейчас пойдем в постельку… или Истина с ней, давай на столе, я уже на все согласен… разве ты не видишь? Ночью ты у меня спать не будешь…
И тут Мира вспомнила — ночью ее ждет кладбище! То есть визит на кладбище. То есть ей надо… в кроватку, срочно… или на могилу? Или… аааа, черт! Это просто невозможно!
Когда девушка умудрилась выскользнуть от Тима, то обнаружилось, что ее майка валяется на полу, лифчик расстегнут и болтается на сгибе локтя, а трусы… короче, неизвестно где. И как это она умудрилась проворонить? Мира только покачала головой и полезла под стол за майкой.
