class="p1">- Я могу посмотреть? - хрипло спрашиваю у директора детского дома.
Она одним своим вздохом показывает, как мы все ей надоели и как далеко она хочет нас послать, но не может, и поэтому протягивает мне документ.
- Если что, это копия, - неожиданно заявляет Метелин.
- На что вы намекаете? - оглядываюсь на него.
- Предупреждаю, - на полном серьёзе отвечает он.
Нет, когда-нибудь я не выдержу и кину в него чем-нибудь потяжелее. Уверена, мне станет легче.
Но мне все равно стыдно думать об этом, ведь хорошие, правильные женщины с нормальным уровнем интеллекта и умением контролировать любую ситуацию, так себя не ведут. И я сдержанно читаю заключение по ДНК-экспертизе, чувствуя, как горят мои щеки.
Светлые волоски на руках встают дыбом. И правда отец. Только вот это ровным счётом ничего не значит, ведь ему нет дела до этого ребёнка, он собирался от нее отказаться. Да он прилетел со мной, чтобы сделать это!
Что значит «забрать свою дочь»? Куда? В свою сумасшедшую жизнь без стабильности? Да у него в квартире бардак и холодильник запрет на амбарный замок.
Нет, нет и нет. Я категорически против!
- Вы не посмеете, - поднимаюсь и упрямо смотрю ему в глаза.
- Ещё как посмею. Это мой ребёнок, - он складывает руки на груди и глядит с откровенной насмешкой.
- Если вы разбрасываетесь своими сперматозоидами направо и налево, это ещё ничего не значит. Отец не тот, кто зачал…
- Да-да, а тот, кто воспитал. В курсе, - нагло перебивает он. - А вы, Полина Сергевна, только что обвинили меня в беспорядочных половых связях. Вам не стыдно? - Метелин откровенно издевается.
- Дамы и господа, - повышает голос Ильмира Исмаиловна. Мы с Метелиным одновременно поворачиваем головы в ее сторону. - Выясняйте отношения вне моего кабинета. И желательно вне детского учреждения.
- Простите, - виновато опускаю взгляд. Забираю свои вещи и выхожу в коридор, а Метелин остается.
И я делаю то, на что никогда раньше не пошла бы. Подхожу ближе к закрытой двери и бессовестно подслушиваю их разговор. Судя по обрывкам фраз, которые мне всё же удается разобрать, директор детского дома рассказывает Метелину о дальнейших действиях для удочерения Тоси. Моей Тоси! Это мой ребёнок, не собираюсь отдавать девочку непонятному мужику с опасной профессией.
«И беспорядочными половыми связями» - с какой-то странной издевкой напоминает внутренний голос.
- Да плевать мне на его связи, я о ребёнке думаю, - ворчу себе под нос.
Выхожу на улицу, жду чудовище на крыльце и смотрю, как на площадке гуляют дети. Пытаюсь найти Тосю, но это не так просто. Она скорее всего где-то отдельно от остальных. Упрямая малышка не желает ни с кем дружить, она уверена, что я скоро заберу ее домой и тогда у нее появятся настоящие подружки во дворе, как у всех домашних детей. Метелин даже этого не понимает. Он ничего не знает о ней.
Спускаюсь ниже, подставляю лицо теплому солнышку и слышу за спиной тяжелые шаги. Это точно он, больше некому.
Опер проходит мимо меня, даже не оглядывается, но точка в нашем разговоре не поставлена, и вынуждена торопливо семенить за ним.
- Кирилл, подождите, - догоняю его за забором детского дома и ловлю за футболку.
- Что вы хотите, госпожа Царапкина? - в своей издевательской манере интересуется он, а в глазах сгущается что-то новое и ещё незнакомое. Мне кажется, он злится. Брови нахмурил, губы кривятся в ухмылке.
Становится не по себе. Плевать! Я не отступлю.
- Я хочу, чтобы вы включили взрослого мужчину, если вам, конечно, известно, кто это, и оставили свою затею с удочерением моего ребёнка.
- Моего ребёнка, - перечит он.
- Кирилл, будет же благоразумны. Вы не готовы стать для Тоси отцом. Вы вообще не готовы к серьёзным шагам. Вы… вы…
- Ну же, смелее, Полина Сергевна, я? - подначивает он меня, хмурясь все сильнее. С его образом это не вяжется, я теряюсь.
- Вы.… - глупо мямлю. - Вы не знаете, что такое ответственность. Вы даже с енотом сладить не можете.
- Миха бы с вами не согласился, - хмыкает Метелин.
- Кирилл, пожалуйста, - решаю зайти с другой стороны, - не надо ломать жизнь девочке. Я смогу дать ей больше, чем вы. У меня есть знания, возможности, в том числе финансовые.
- То есть, по-вашему, я ещё и зарабатываю мало? - почти рычит он. - Вы слишком много на себя берете, не находите? - Метелин неожиданно шагает ко мне. Его пальцы бесцеремонно приближаются к моему лицу, а запах его парфюма щекочет ноздри, и волоски на руках снова встают дыбом - Вам придется извиняться за это, Полина Сергеевна. А я собираюсь повоевать с вами за свою дочь, если придется, - он резко отступает, и дышать становится гораздо легче, только щеки полыхают как у девственницы.
- Эту войну вы проиграете. У меня жених политик, Кирилл. Но я бы не хотела доводить до этого. Никому не нужны проблемы. И в первую очередь они не нужны Тосе. Она недавно лишилась матери, она живет в детском доме…
- И поэтому ей нужен отец, а не ваш жених.
- Вы похожи на мужа и жену, - слышим мы с Метелиным.
Разворачиваемся к цветному забору и удивленно смотрим на Тосю, вцепившуюся в прутья ладошками. Она прижала личико к металлу и внимательно смотрит на нас.
- Ругаетесь? - спрашивает девочка.
- Не-е-ет, что ты, - улыбаюсь ей.
- И вот так ты собираешься воспитывать моего ребёнка? - Метелин снова переходит на «ты». - Научишь ее врать? - шепчет он, чтобы услышала только я.
- Мы разговариваем о взрослых делах, - поясняет он Тосе. - Как у тебя дела? Больше никто не обижал?
- Нет, но, если что, я знаю, кого позвать, - хихикает крестница.
Я ощущаю странный укол ревности в этот момент. Они успели подружиться?
Следом накатывает паника. А вдруг он и правда заберет ее у меня? Вдруг она сама захочет жить с ним, а не со мной. Он ведь отец.
- Антонина! - Кричит воспитатель с площадки. - Опять убежала, засранка та.… Здравствуйте, - не договорив, останавливается за спиной у Тоси и смотрит на Кирилла.
Мне начинает казаться, что я чего-то не знаю. И это что-то имеет огромное значение в нашей ситуации.
- Пойдем
