Виктория сама удивилась, какую бурю вызвали в ней слова Никиты. Как это – он сам все решил? И ее не спросил? А может, она не хочет с ним разводиться?
В пылу разговора на повышенных тонах она вызнала у него все. Оказывается, он решил снова жениться на своей первой жене! Этой старой перечнице, кошелке и креветке! Подумать только, они поженились в двадцать лет, и с тех пор он все время думал только о ней! И сколько же ей сейчас лет? Да столько не живут!
Ну уж, не бывать этому! И Виктория твердо заявила, что развода ему не даст. Ни под каким видом.
Муж (который очень хотел стать бывшим) равнодушно пожал плечами и ушел. Виктория расколотила стопку тарелок и успокоилась. Но только на время.
Утром она поняла, что над ситуацией следует поразмыслить спокойно. По всему выходило, что сделать ничего нельзя – раз муж решил ее бросить, ничто ему не помешает. В самом деле – что она может сделать? Отсудить квартиру? Так он и так все оставляет ей. Эта его старая галоша, как ее… Дина, судя по всему, свободная женщина, так что они спокойно будут жить у Никиты, что называется, в грехе и посмеиваться над ней, Викторией!
Чтобы немного успокоиться, она завела Стасика. Стасик был здоров как бык и глуп как пробка. Но то, для чего Виктория с ним встречалась, исполнял безукоризненно.
Немного помогло, во всяком случае, Виктория смогла думать о бывшем муже без дрожи и матерных слов. Но мысль о мести занозой сидела в ее мозгу.
И вот однажды, когда она точно знала, что Никиты и его старой кошелки не было дома, она наведалась в ту квартиру. Ключи у нее были – когда-то давно, при жизни свекрови, ключи эти валялись в ящике кухонного стола, а потом потерялись, и Никита сделал дубликаты. А вот теперь, когда Виктория в сердцах как-то рванула ящик, ключи нашлись, оказалось, они завалились между ящиками. Виктория посчитала это хорошим знаком и отправилась на разведку.
Ключи подошли – этот придурок не удосужился поменять замки. Виктория рысью обежала всю квартиру. Смотреть особенно было не на что – старая немодная мебель, квартира давно требует ремонта. Но вот во второй комнате, где работал Никита, она нашла стол с единственным запертым ящиком, схватила нож, валявшийся тут же, замок быстро поддался. И там, в ящике, она нашла маленькую коробочку, завернутую в шелковый платок. Коробочка была удивительно хороша – из серебристого металла, инкрустированная слоновой костью и драгоценными камнями.
Виктория напрягла голову и сообразила, что это табакерка. И, судя по всему, очень ценная. Стало быть, Никита взял ее у кого-то на реставрацию. Наверно, уже закончил работу.
Виктория нервно оглянулась на дверь и спрятала табакерку в сумку.
Только дома Виктория опомнилась и испытала краткий миг торжества и восторга. Она отомстила! Отомстила и Никите – за то, что посмел бросить ее, за то, что предпочел ей эту старую калошу, и самой этой мерзавке, которая посмела отбить у нее мужчину… Долго они будут ее помнить!
Виктория внимательно разглядывала табакерку, положив ее перед собой на кухонный стол. Очень красивая вещь, старинная и наверняка безумно дорогая. Ну и отлично, значит, у Никиты будут из-за нее очень большие неприятности…
Но тут же в душе шевельнулся крошечный червячок сомнения. А что, если Никита напустит на нее полицию? Что, если сумеет доказать, что это она украла у него табакерку?
Да нет, у него ничего не получится! Он ничего не сможет доказать! Если только… если только табакерку не найдут у нее. Значит, лучше как можно скорее от нее отделаться. Продать какому-нибудь богатому человеку. Продать за большие деньги. А ведь эта табакерка наверняка стоит больших денег…
Конечно, думала Виктория, табакерка красивая, но зачем она ей? А вот деньги очень пригодятся. Особенно большие деньги.
Виктория уже представляла себе, как она примеряет красивые дорогие платья, как наглые продавщицы из дорогих бутиков увиваются вокруг нее, показывая ей последние модели, а она смотрится в зеркало и капризно оттопыривает губу…
Усилием воли она сдержала себя. Не время сейчас предаваться мечтам! Нужно срочно продать табакерку, а потом уехать – далеко, к теплому морю. Там бывший муж, этот отвратительный тип, ее не достанет.
И в это время раздался звонок ее мобильника. Она посмотрела на дисплей – звонил Никита. Неужели он уже обнаружил пропажу? Виктория сбросила звонок и вообще выключила телефон, понимая, что мера эта временная, что нужно как можно быстрее избавиться от табакерки. Пока что она спрятала ее в банку с крупой, а ключи от квартиры Никиты выбросила в мусоропровод.
Последующие три дня прошли в панике. Виктория не спала ночами, вздрагивала от каждого звонка, боялась выйти на улицу. Но не сидела просто так, а искала человека, которому можно было бы продать табакерку и который не станет задавать ей ненужных вопросов. Не идти же в антикварный магазин с паспортом, еще не хватало, вдруг Никита уже всех предупредил…
Она не знала, что бывший муж попал в аварию и лежит теперь в больнице.
На второй день удалось раздобыть координаты адвоката Вдовина и назначить с ним встречу. Виктория очень нервничала, но кажется, он заинтересовался табакеркой, хотя и предложил гораздо меньше денег, чем она рассчитывала. Вдовин сказал, что подумает и позвонит ей сам. Как ни была Виктория взволнована, она все же сообразила, что он держит паузу, чтобы она согласилась на меньшие деньги. Что ж, она вытерпит еще день ожидания.
Это оказалось трудновато, пришлось вызвать Стасика и даже оставить ночевать. Обычно Виктория так не делала – они встречались в квартире у Стасика, чтобы соседи не начали сплетничать, все же они с Никитой пока не развелись, ни к чему привлекать внимание досужих старух.
На следующий день пришло сообщение от Вдовина – он назначил встречу в аэропорту. Что ж, это неплохо, там, в людном месте, никто не нападет и не отнимет у нее дорогую вещь.
Утром Стасик довез Викторию до аэропорта и обещал подождать на стоянке. Прижимая к груди сумку с бесценной табакеркой, она быстро зашагала к входу в терминал, не глядя по сторонам.
– Не может быть! – повторила Дина, с потерянным лицом глядя на пустую сумку. – Перехитрила, зараза! Значит, табакерка у нее была не в сумке, а на себе…
– Маловероятно, – возразила Надежда, – табакерка ведь металлическая?
– Ну, не чисто металлическая… там и серебро, и золото, и слоновая кость…
– Во всяком случае, металл присутствует, значит, Виктория не могла бы пронести ее через рамку металлоискателя. А она через нее прошла, мы с тобой видели.
– Ну, ты же видишь, что в сумке табакерки нет! – безнадежным тоном перебила ее Дина. – Значит, как-то она ее пронесла…
– А что там за шум внизу? – Надежда перегнулась через балюстраду.
Аэропорт вообще не самое тихое место на земле. Там непрерывно переговариваются тысячи людей, гремят багажные тележки, раздаются объявления из динамиков. Но сейчас все эти обычные шумы перекрыл истерический женский голос.
– Это не моя сумка! Меня ограбили! Отдайте мне мою сумку! Отдайте сейчас же!
Дина встала рядом с Надеждой, выглянула через балюстраду и увидела Викторию. Та бесновалась возле пункта проверки, размахивая в воздухе расстегнутой сумкой.
– Верните мне мою сумку! – визжала она, пытаясь ударить охранницу.
Мужчина-охранник безуспешно пытался схватить ее за руки. Из другого конца зала к месту инцидента спешили еще двое охранников и озабоченный человек в строгом темном костюме, явно наделенный властными полномочиями.
Наконец Викторию куда-то увели, держа за локти. Порядок в зале постепенно восстановился.
Надежда и Дина удивленно переглянулись.
– Что это было? – протянула Дина. – Ты что-нибудь понимаешь?
– Я понимаю только одно: у Виктории табакерки тоже нет. Она была уверена, что табакерка в сумке. В противном случае она бы так не бесновалась.
– Но тогда… но тогда, где же эта чертова табакерка? Я ничего не понимаю…
