— власть обманывать разум и предвидеть будущее. Керн Охотник, Патриарх дома Лионессе, помимо уникального зрения, завещал детям и другие дары. Все прочие чувства Тристана также отличались необычайной остротой — он мог услышать хруст сломанной ветки на расстоянии, немыслимом для простого человека, и выследить зверя по запаху, оставленному несколько дней назад. Помимо этого, он обладал необычайной ловкостью и рефлексами, сравнимыми со звериными. Было и еще одно, особое чувство. Члены дома Лионессе называли его Чутьем охотника. Более потустороннее, чем земное, оно предупреждало о грядущей опасности, поднимаясь в груди смутным волнением за несколько мгновений до ее реального приближения. Бессчетное множество раз оно спасало жизнь родичам Тристана, да и ему самому не раз помогало избежать неприятностей. Беда заключалась в том, что благородные Дома постепенно слабели — с течением времени доля крови Ши в аристократах неуклонно снижалась, и каждое следующее поколение имело все меньше общего со своими божественными предками. Говорят, в древности члены дома Оркни могли не только говорить со зверями, но и принимать их облик. Сейчас уже никто не мог сказать точно, была ли это правда, или просто красивая легенда. Этот секрет строжайше охранялся — право на власть Домам завещали сами Ши, и оно считалось священным, но простолюдинами управляли примитивные чувства. Если бы они прознали о реальном положении дел, то могли решиться на открытый бунт.
Тристан немного поерзал на месте, разминая затекшие мышцы. Его врожденные способности должны были послужить хорошую службу в этих диких краях. Во всяком случае, его практически невозможно застать врасплох. А там — увидим. Юноша расположился на земле, укутавшись поплотнее в плащ и положив под голову седло. Высоко над ним иссиня-черным куполом застыло небо, с которого крупными гроздьями свисали холодные северные звезды. Сегодня они светили особенно ярко, заставляя небосвод переливаться серебристым блеском. Разглядывая тлеющие в костре угли, молодой наследник постепенно погрузился в сон.
__________________________________________
[5] Рекурсивный лук — оружие, плечи которого имеют двойной изгиб — в направлении стрелка (как у обычного лука) и в затем в обратном. Такая конструкция значительно повышает убойную силу и дальность стрельбы.
Глава 10
Путешествие продолжалось довольно спокойно, хотя и замедлилось. Коварные горные тропы, изобилующие крутыми спусками и подъемами, требовали особой бдительности. Если лошадь сломает ногу или упадет в расселину, Тристан окажется в крайне невыгодном положении. С первого же дня, проведенного среди этих обманчиво спокойных вершин, юноша понял — горы не прощают ошибок.
Но не восхититься окружающим пейзажем было сложно. Разбросанные повсюду груды камней и валунов, поросших лишайником, то тут, то там перемежались полосами зелени. Густо покрытые сосняком склоны гор колыхались зелеными волнами, насколько хватало глаз, до самого горизонта. Из этого изумрудного моря вырастали громадные пики, пронзающие вершинами безмятежную синеву небес. Их укутанные снегом шапки переливались и искрились на солнце, слепя глаза. Выросший среди густых лесов и долин Корнуолла, Тристан раньше не мог и представить ничего подобного. Окруженный этими исполинскими каменными стенами, он чувствовал себя крохотной песчинкой в гигантской песочнице, где когда-то играли боги.
Тристан неторопливо взбирался на очередной склон. Ада ступала осторожно, и он мерно покачивался в седле в такт движению лошади. Солнце давно перевалило за полдень и уже потихоньку клонилось к западу. Высоко в безоблачном небе парил орел, казавшийся крохотной точкой в бескрайнем лазоревом море. Его пронзительный крик отражался от окружающих скал, эхом разносясь на много миль окрест. Повелитель небес неторопливо описывал круги, высматривая добычу.
Как это чаще всего бывало, Тристан услышал раньше, чем увидел. Его острый слух уловил отрывистые выкрики и звуки возни по ту сторону склона. Пара мгновений понадобилась потомку Керна, чтобы понять — их издавали люди. Четверо, может, пятеро. Слов отсюда он разобрать не мог, но понял, что говорят они на незнакомом языке. Молодой принц положил ладонь на рукоять меча, притороченного к седлу, и крепко держа поводья, позволил лошади взобраться на вершину пригорка. Деревья и камни расступились, и глазам юноши предстала небольшая зеленая долина, зажатая со всех сторон отвесными скалами. Тропка, которой он ехал, петляя, плавно спускалась вниз по склону, поросшему редким кустарником. В стороне от нее, прямо в толще скальной стены, ограждающей долину, зиял черный проем пещеры. Возле него суетились четверо мужчин, одетые в лохмотья из шкур и грубой клетчатой ткани. Одежда не только выглядела убого, но и, судя по всему, никогда не менялась — даже отсюда Тристан уловил их тяжёлый мускусный запах. Все четверо были вооружены, столь же примитивно, как и одеты — дубинками и копьями. Пикты, без сомнения. Они оказались намного ближе, чем юноша решил изначально — его подвело эхо, отразившееся от скал. Громко улюлюкая и радостно выкрикивая что-то на своем грубоватом языке, они волокли кого-то из пещеры наружу. Кажется, это была женщина. Жертва кричала и сопротивлялась, но тщетно.
В чем бы там не заключалась суть происходящего, эти варвары могли послужить молодому принцу службу — вдруг удастся выудить из них сведения о котле или о Моргольте? Тристан уже собирался спешиться и, укрыв лошадь за пригорком, незаметно подкрасться к компании пиктов, как вдруг один из них резко поднял голову и посмотрел в его сторону. Размалеванное синей глиной лицо дикаря перекосилось и он, громко окликнув товарищей, указал рукой на него. Остальные, тут же забыв об объекте своих издевательств, схватили оружие и устремились в сторону юноши. Но хуже всего — он увидел, как у разбойника, поднявшего тревогу, в руках появился лук.
Громко выругавшись и проклиная себя за нерасторопность, Тристан выхватил меч, что было мочи пришпорил Аду и вихрем устремился навстречу врагам. Дозорный уже натягивал тетиву, целясь в него. Но рефлексы потомка Керна работали безотказно. В решающий момент он резко рванул поводья, уводя лошадь вправо, и прямо на скаку выпрыгнул из седла. Стрела, пронзив воздух, с глухим стуком воткнулась в землю позади него. Тем временем остальные дикари, подбадривая друг друга громкими выкриками, приближались, надеясь легко одолеть незваного гостя, пока он будет подниматься с земли. Но их ждал неприятный сюрприз — Тристан встретил противников крепко стоя на ногах с обнаженным мечом в руке и, не давая им времени опомниться, ринулся в бой.
Это было почти нечестно. Пикты, мало того, что были вооружены хуже, не могли и близко сравниться в боевом мастерстве с наследником Корнуолла. Неуклюжие, медлительные, недисциплинированные, для Тристана они словно вязли в невидимом густом мареве, стеснявшем движения. Он же чувствовал себя, как рыба в воде, грациозно
