На протяжении последних 25–30 лет в психологии терроризма основными, наиболее освоенными уровнями социально-психологического анализа были и остаются внутриличностный, межгрупповой и социетальный, тогда как внутригрупповой уровень остается практически не задействованным. При этом в немногочисленных публикациях, посвященных собственно внутригрупповым процессам террористических организаций, основное внимание уделялось социокогнитивным аспектам: механизмам рационализации совершаемого насилия, принятию решений и эффектам группового мышления, способам индоктринации в ходе подготовки террористов. Однако это лишь один из аспектов деятельности террористических групп. Мы до сих пор очень мало знаем о том, как формируются межличностные отношения в группе, как развиваются и регулируются внутригрупповые конфликты, каковы социально-психологические стадии развития таких групп.
Среди наиболее важных и перспективных задач исследования терроризма на внутригрупповом уровне можно отметить систематизацию имеющихся свидетельств о структуре и динамике террористических групп. Мало известно о том, как распадаются террористические группы и как их участники возвращаются к нормальной жизни в обществе. Здесь можно поставить целый ряд исследовательских вопросов, имеющих большое практическое значение. Что говорится новичкам, вступающим в террористическую организацию, о возможности покинуть ее? Какова психологическая природа изменений, происходящих с бывшими террористами, которые вынужденно (в тюрьме) или добровольно оторваны от своей организации? Какие факторы влияют на снижение интенсивности террористической деятельности через временное перемирие, отказ от участия в конкретном террористическом акте или через вовлечение в другую, например, политическую или чисто криминальную деятельность? При каких обстоятельствах, в каких случаях бывшие террористы чувствуют угрызения совести? Особенно важной является информация о причинах снижения доверия к руководителям, кризиса террористического мировоззрения. Чрезвычайно ценными в этом отношении являются свидетельства о том, что происходит в группе в ситуации неудачной операции: как восстанавливается уверенность группы в собственных силах, как преодолевается кризис доверия к лидерам и эмиссарам.
Недостаточно изученным является феномен лидерства в таких группах. По сравнению с теорией лидерства в современной социально-психологической науке исследования лидерства в психологии терроризма находятся на стадии теории черт. Мы знаем, какими личностными особенностями обладают лидеры террористических организаций, но мы очень мало знаем об их взаимодействии с последователями, об используемых стилях руководства, способах завоевания авторитета. Между тем понимание социально-психологических оснований влияния лидера на последователей облегчает предсказание действий группы и поиск возможностей для ее разложения изнутри.
Глава 4. Межгрупповые отношения как фактор террористической активности
Международный терроризм и социокультурная идентичность
Социокультурный подход к анализу проблемы терроризма, анализу социально-культурных условий и оснований мотивации деятельности потенциальных террористических групп признается исследователями одним из наиболее перспективных (см., например: Moghaddam, 2003; Ditzler, 2004).
При реализации социокультурного подхода к проблеме мотивации терроризма меньше внимания уделяется проблеме индивидуальной мотивации (Pearlsein, 1991), хотя признается ограниченная полезность индивидуально-психологического подхода. Обычно в анализе криминального поведения делается акцент на идентификации психологического профиля террориста, на диспозиционных характеристиках индивидуального уровня.
В отличие от большинства преступников террористы абсолютно убеждены, что правда и справедливость на их стороне; и эта убежденность соответствует их мировоззрению (White, 1984).
Установлены следующие основные положения социокульурного подхода при анализе проблемы терроризма:
1) наиболее эффективным подходом к пониманию терроризма является культурно-идентификационный и групповой анализ этого феномена, а не индивидуально-диспозиционный (Moghaddam, 2002);
2) социально-культурный анализ дает возможность исследовать и идентифицировать культурный профиль условий, повышающих вероятность формирования и развития потенциальных террористических групп;
3) фундаментальной характеристикой культурного профиля потенциальной террористической группы являются групповые стили восприятия социальных изменений и стабильности общества;
4) основные «предусловия» возникновения террористической группы одинаковы независимо от того, являются ли эти группы антигосударственными или спонсируемыми государством (Moghaddam, 2004, p. 104).
Социокультурный подход акцентирует характеристики универсальных культурных условий, дающих рост формированию террористических групп, признаются особенности поведения различных террористических групп во всем мире (исламских и еврейских; католических и протестантских и т. п.). Хотя эти различия достаточно важны, все террористические группы возникают в конкретных культурных условиях, имеющих универсальные черты (см., например: Blazak, 2001; Kaplan, Marshall, 1996; Rapoport, 2001; Crawshaw, 1988; Atran, 2003; Barber, 2001; Hoffman, 1998; Kennedy, 1998; Laquer, 1999; и др.). Существует совокупность культурных условий, которые с наибольшей вероятностью влияют на увеличение численности террористических групп независимо от индивидуальных характеристик их участников. Хотя все культурные условия играют важную роль, два из них – изоляция потенциальной террористической группы от общества и специфический стиль восприятия социальных изменений — играют особую роль.
Выделяются следующие общие положения, связанные с конкретными социально-культурными условиями и особенностями социально-культурной идентификации, влияющие на вероятность возникновения террористических групп в обществе:
– восприятие изолированности социально-культурной группы зачастую происходит из притеснения и исключения ее из жизни социума (или шире – из восприятия той или иной нации, государства, его национально-культурной мировоззренческой или религиозной ориентации как не соответствующей общим тенденциям мирового развития);
– противопоставление «доброй божественной воли» и «дьявольской воли»;
– восприятие существующего общества как незаконного и несправедливого;
– восприятие необходимости и потребности радикального изменения общества;
– убежденность в том, что идеальное общество – это цель, которая оправдывает средства ее достижения;
– убежденность в том, что акты терроризма – это эффективное средство дестабилизации существующего несправедливого строя.
В этой связи многие исследователи терроризма – представители незападной социально-культурной ориентации – считают, что для более объективного анализа терроризма западным исследователям полезно не исходить из своих этноцентрических ориентаций, а объективно признавать важную роль культурных условий. Для более объективного подхода им стоит осмыслить историю самой западной цивилизации, где самопожертвование, мученичество, героизм и т. п. ради сохранения своей независимости, социально-культурной идентичности были широко распространены и одобряемы (Moghaddam, 2004, p. 117).
Вообще «правильное» понимание мотивации самопожертвования ради групповых интересов невозможно без рассмотрения более широкого социально-культурного контекста, в рамках которого формируются представления «о хорошем солдате», «хорошем христианине», «хорошем мусульманине» и вообще – «о хорошем патриоте своего Отечества», нации, о нравственных ценностях своей религии.
В этой связи с позиций социокультурного подхода к проблеме терроризма главное внимание необходимо направлять на анализ, устранение социальных и культурных условий и соответствующих социально-психологических процессов, дающих рост групповому насилию (Staub, 2004, p. 151).
Прежде всего, массовое насилие – это следствие трудных условий жизни в обществе, экономических проблем, политических конфликтов, быстрых социальных изменений, социально-культурной, религиозной и политической дискриминации или комбинации этих факторов. Все они оказывают воздействие на психику человека. В общей массе населения они фрустрируют базовые потребности людей в безопасности, положительной идентичности, чувстве эффективности собственной жизни и контроля над ним, ощущении надежных перспектив своего существования.
С другой стороны, конфликт между социально-культурными группами в обществах, особенно в отношении «витальных» потребностей, приобретает особую значимость. Кроме материальных составляющих (экономических, трудностей разделения территории и т. п.), они связаны с психологическими составляющими феномена терроризма. Поскольку базовые потребности воспринимаются фрустрированными и связанными с социально-культурной идентификацией, это делает конфликт трудноразрешимым.
