Алек пристально следил за качающимися перьями плюмажа. Похоже, всадник вертит головой, все еще стоя на стременах. Не самое устойчивое положение…
Он подполз еще ближе и притаился, выжидая удобный момент.
— Ну все, последний раз предупреждаю! Что бы ты там ни украл, не стоит ради этого умирать!
В тот миг, когда всадник повернулся в противоположном направлении, Алек вскочил на ноги и кинулся на врага, ухватив того за левую руку. Солдат выругался; прогремел выстрел — пуля ушла в небо. Перепуганная лошадь заржала и вскачь понеслась по полю, волоча за собой принца, вцепившегося в своего противника, как клещ, пытаясь при этом свободной рукой вытащить саблю из мотающихся ножен.
Кавалерист резко откинулся назад, чтобы удержать равновесие, и его локоть, словно молот, врезался принцу в лицо. Алек почувствовал во рту вкус крови, однако не оставил своих попыток.
— Убью, щенок! — заорал солдат.
Стараясь одной рукой поймать поводья, он коротко замахнулся другой и ударил Алека прикладом, целя в голову. В тот же миг принц наконец ухватил рукоять сабли. Клинок со скрежетом вылетел из ножен, Алек отпустил руку врага и плашмя ударил лошадь по крупу. Животное взвилось на дыбы, и всадник с воплем вылетел из седла, потеряв карабин. Принц, не теряя времени, бросился к упавшему и приставил острие клинка к его горлу.
— Сдавайтесь, сударь!
Тот не ответил. Мертвенно-бледный, он смотрел в одну точку из-под полуопущенных век. Солдат выглядел чуть старше Алека, на его щеках едва пробивалась редкая бородка, лицо оставалось совершенно неподвижным…
— Вы ранены?
Ответа принц не дождался.
Вдруг что-то теплое ткнулось Алеку в шею, заставив вздрогнуть. Это была лошадь, которая успокоилась и вернулась к хозяину, однако тот больше в ней не нуждался…
Издалека снова послышались выстрелы. Фольгеру и Клоппу нужна помощь, вспомнил Алек. Причем прямо сейчас!
Он отвернулся от поверженного врага и вскочил в седло. Поводья перепутались, лошадь нервно заплясала под ним.
— Спокойно, — прошептал Алек ей в ухо. — Все будет в порядке!
Каблуки принца ударили в конские бока, и лошадь понеслась к лесу, оставив своего бывшего владельца лежать в поле.
Штурмовик уже стоял наготове, с работающими двигателями. Лошадь не проявила ни малейшего страха, когда Алек направил ее между стальных ног гиганта, очевидно обученная сопровождать тяжелую военную технику. Как-никак она принадлежала австрийской армии. А принц только что убил австрийского солдата.
Усилием воли Алек прогнал эту мысль, ухватился за цепную лестницу и полез в нижний люк шагохода.
У входа его встретил Бауэр.
— Мы завели двигатели сразу же, как услышали выстрелы, ваше высочество.
— Отлично, — кивнул Алек. — И еще зарядите орудие. Фольгер и Клопп в километре отсюда, одни против целого отряда кавалерии.
— Слушаюсь, ваше высочество. — Бауэр подал Алеку руку, помогая влезть внутрь.
Забравшись в рубку, Алек прислушался: от реки все еще доносились выстрелы. Пока Алек поднимался, далекая перестрелка становилась все более ожесточенной.
«По крайней мере, бой еще не кончился, а значит, у нас есть шанс», — подумал он.
— Вам нужна помощь, ваше высочество? — Из нижнего люка высунулось встревоженное лицо Хоффмана.
Алек взглянул на приборную доску и вдруг понял, что еще ни разу не управлял штурмовиком без присмотра Клоппа, а теперь он не просто сидит тут один, но и собирается вести машину в бой.
— Вы не умеете управлять шагоходом, Хоффман? — спросил Алек на всякий случай.
— Нет, ваше высочество, я только инженер.
— Тогда ступайте лучше вниз и помогите Бауэру с орудием. И еще… пристегнитесь покрепче!
Хоффман улыбнулся и отдал честь.
— Уверен, у вас все получится, ваше высочество! Алек кивнул и повернулся к рычагам. Как любит повторять Клопп: «Сначала одна нога, потом вторая…»
Двигатели «Циклопа» взревели, из клапанов со свистом вырывался пар. Огромная металлическая ступня опустилась прямо в речку, подняв фонтан воды. Алек двинул другой рычаг, и машина пошла, постепенно набирая скорость, но стрелки индикаторов мощности пока дрожали на зеленом поле: двигатели еще не прогрелись. В три шага преодолев поток, «Циклоп» выбрался на пологий берег. Алек увеличил подачу топлива. Рев двигателей нарастал; штурмовик все больше разгонялся, стрелки теперь переползли с зеленых полей на красные. Внизу проносилась вспаханная земля. Когда рубка начала взлетать в воздух, словно мяч, Алек понял, что штурмовик побежал. При каждом прыжке в смотровой щели мелькал кавалерийский отряд, цепью растянувшийся по полю. Алек улыбнулся. Похоже, Фольгер и Клопп последовали его примеру, укрывшись в высокой ржи. Поэтому они смогли продержаться так долго.
Тем временем штурмовик заметили. Всадники развернулись в сторону новой опасности. Из интеркома раздался голос Бауэра:
— К стрельбе готовы, ваше высочество!
— Стреляйте поверх голов, Бауэр. Они же австрийцы, да и Фольгер с Клоппом где-то рядом.
— Так точно, сударь. Предупредительный выстрел!
Грянул нестройный залп нескольких карабинов, пули звонко защелкали по броне. Алек спохватился, что забыл закрыть смотровую щель, но сейчас рядом не было никого, кому можно было бы это поручить. Погибший в поле молодой солдат промахнулся нарочно. Эти всадники явно пытались убить его всерьез. Алек заставил штурмовик изменить ритм движений: теперь, при ходьбе, боевая машина раскачивалась из стороны в сторону. Клопп называл такую походку «змеиным шагом». В самом деле, они виляли, словно змея, скользящая в траве.
![]()
Внизу глухо и тяжело ударило орудие, столб грязи и дыма взметнулся в небо прямо за спинами солдат. По ржаному полю побежали круги, как от брошенного в пруд камня. Две лошади повалились набок, сбросив седоков; миг спустя в смотровую щель дождем полетели комья грязи. Ослепленный, Алек на секунду выпустил рычаги, и шагоход тут же рыскнул вбок, разворачиваясь к реке, но принц мгновенно вернул управление. Штурмовик выправился и побежал дальше, прямо на врага.
Всадники сбились в кучу; кажется, они готовы были отступить, но колебались. Алек понимал, что неверные движения боевого механизма, который то качался, как пьяный, то кружился на месте, сбивали их с толку. Успеет ли Бауэр перезарядить орудие прежде, чем выровняется машина? Прогремел очередной ружейный залп. На этот раз шальная пуля влетела прямо в рубку и срикошетила от стенки. Алек скорчился в кресле и прибавил скорость, надеясь, что снаружи его не видно. «Циклоп» понесся прямо на врага.
На этот раз солдаты раздумывали недолго. Дружно развернувшись, они галопом поскакали к реке. Легкая кавалерия ничего не могла противопоставить орудию и броне штурмовика.
— Ваше высочество! — раздался из интеркома голос Бауэра. — Я вижу мастера Клоппа! Он прямо перед нами!
Алек резко отжал оба рычага — почти так же, как накануне. И как вчера, правая нога встала твердо, а левую куда-то понесло, но теперь принц знал, что делать: он развернул шагоход в сторону заноса и распределил вес на обе ноги. Взметнулось облако густой пыли пополам с ошметками колосьев. Штурмовик, пробежав по инерции еще несколько шагов, с грохотом остановился. Снизу уже доносились голоса и лязганье лестницы. Алек услышал, как открывается нижний люк. Кто там? Фольгер? Клопп? Очень хотелось выглянуть в люк рубки, но он не мог отойти от рычагов. Пыль, поднятая шагоходом, уже почти рассеялась, и Алек видел вдалеке блеск шлемов. Кавалерийский отряд держался на почтительном расстоянии, но не уходил. Может, дать в воздух пару пулеметных очередей, чтобы думали быстрее?
— Юный господин!
Алек развернулся в кресле.
— Клопп! С вами все в порядке?
— В целом — да.
Механик поднялся в рубку. На его изодранной куртке виднелись пятна крови.
— Вы ранены?!
— Не я. Фольгер поймал пулю в плечо. Сейчас им занимается Хоффман. Нам надо уходить, сударь, и немедленно, — скоро сюда явится подкрепление.
