Его мысли устремились в более далекое прошлое, еще до Кати. Да, в его жизни были женщины, которые иногда ему отказывали, но чаще они с готовностью отдавались ему. Конечно, он уже не тот, каким был в двадцать. В то время для него не было ничего более важного, чем неприступные скалы. Но жизнь многому научила его с тех пор. Теперь, в свои почти сорок, последнее время, просыпаясь по утрам, он вновь испытывает то же чувство, что и при встрече с Кати. Из-за женщины он вновь готов поставить на карту все, даже то, что раньше ценил в жизни больше всего.
Чувствуя, что заснуть уже не удастся, что мысли по-прежнему не дадут ему покоя, Брент повернулся и стал наблюдать за костром. Может быть, его проблема в том, что он слишком серьезно все воспринимает. Желание заниматься сексом с женщиной еще не значит любить ее и мечтать разделить с ней жизнь. Может, ему стоит рассматривать отказ Марлы только как отказ от секса, а не как насмешку над ним, над его чувствами, эмоциями, стилем жизни.
Он улыбнулся, его развеселили свои собственные мысли. Да, он определенно воспринял все слишком серьезно, позволил причинить себе боль. Он приехал сюда в горы разбитым и потерянным, а теперь наконец смог разобраться в себе. Его мужское начало было задето тем, что его отвергла женщина, к которой он испытал желание, впервые с тех пор как овдовел. Теперь, разобравшись в себе, он сможет достойно принять этот отказ.
Он повернулся на другой бок, успокоенный мыслью о том, что сможет нормально общаться с Марлой, когда вернется в Сан-Диего. Она не хочет близости с ним? Пожалуйста, он справится с этим.
Когда Марла заметила его, она поняла, как сильно соскучилась. С тех пор как они виделись в последний раз, он стал выглядеть еще лучше: смуглый, сильный, отдохнувший и удивительно спокойный. Что бы он там ни делал, в горах, это определенно пошло ему на пользу.
Брент сердечно поприветствовал ее. Ее пальцы утонули в его загорелой мозолистой ладони. Его присутствие переполняло ее душу каким-то необыкновенным чувством, а сверкающие зеленые глаза заставляли ее терять разум.
— Ты выглядишь великолепно, — бесхитростно сказал он.
— Спасибо, — поблагодарила она за комплимент, даже не пытаясь скрыть смущенную улыбку. В конце концов, она хотела выглядеть именно так.
Он предложил ей присесть за огромный офисный стол.
— Найджел сказал мне, что вы многое успели сделать, пока меня не было, — начал он.
— Да. Единственное, что нам нужно, — это твое одобрение и согласие. Тогда мы сможем продолжать.
Брент виновато посмотрел на нее.
— Найджел сказал, что из-за моего отсутствия работа немного задержалась. Искренне прошу прощения. Я не подумал об этом.
«Ну конечно же, ты не подумал, кто бы сомневался», — про себя укоряла его Марла. Но она не могла злиться на этого прекрасного мужчину, во взгляде которого читалось искреннее сожаление о случившемся. Она спросила:
— А где Найджел?
— Заразился простудой от Фелис, поэтому сегодня он дома, отлеживается в постели.
— Вот как…
— Ладно, я пока просмотрю подготовленные материалы. И если все будет в порядке… — Он взял со стола документы и нахмурился при виде первых же цифр.
Потом вздохнул, с неохотой сел за стол и, склонив голову, начал изучать документы. Брент походил сейчас на футболиста, которого после игры заставили готовиться к экзамену. Марла заметила, что он не особенно тщательно все просматривает, не прошло и пяти минут, как он искоса стал поглядывать на нее. Стараясь сохранять серьезный вид, она спросила как ни в чем не бывало:
— Проблемы?
— Не… ерунда…
— Ты хмуришься и морщишь лоб.
— Это так, защитная реакция, способствует восприятию информации.
Не в силах больше сдерживаться, она рассмеялась:
— Хочешь, я что-нибудь тебе объясню?
— Пустяки, всего десять — двенадцать непонятных пунктов… А вообще я умираю от голода, пойдем-ка пообедаем, — непринужденно предложил Брент. В такие моменты он был великолепен. Ему невозможно было отказать.
«А кроме того, — подумала Марла, — любой отказ может отправить его в Сьерра-Неваду еще на пару недель». Поэтому вслух она ответила:
— Конечно.
Они купили сандвичи и уселись за столом в кафе «Вентура», разложив перед собой бумаги. Марла медленно, пункт за пунктом, обсуждала с Брентом интересующие его вопросы. Ее красивая кисть с изящными пальцами плавно перемешалась со страницы на страницу, следуя за объяснениями. Брент с легкостью воспринимал информацию, но только ту, которую можно было перевести на понятный для него язык, избегая сложных названий и расчетов.
Брент внимательно наблюдал за Марлой. Он не мог не сказать ей, как прекрасно она выглядит сегодня. Все в ней казалось ему совершенным, от кончиков густых волос до идеального покроя одежды. Но лучше всего было ее серьезное лицо тогда, когда она лучезарно улыбалась. Он решил, что имеет право молча восхищаться ею. В конце концов, это не принесет никакого вреда. Она уже дважды сказала ему «нет», он прекрасно все понимает. Но ценить ее красоту ему никто не запретит.
— Мне кажется, здесь полный порядок, — сказал он.
Она с профессиональным спокойствием восприняла его скромную похвалу, но Брент сразу же догадался, что она разочарована его равнодушием. Найджел говорил, что она чертовски хорошо справилась со своей работой, поэтому Брент решил исправить свою ошибку.
— Извини, если говорю недостаточно пылко. Марла. Помнишь, как сказала Фелис, деловые разговоры заставляют меня чувствовать себя не в своей тарелке. Я разрабатываю оборудование, я знаю, сколько мы можем потратить и сколько должны запросить с покупателя, я решаю, как будет работать компания. Но это… — Он жестом показал на лежащие перед ними бумаги. — Это не для меня. Конечно, тебе покажется глупым и наивным, но я не могу избавиться от ощущения, что мы собираемся обманывать людей.
Ее карие глаза стали очень серьезными.
— Я тебя уверяю, о товарах «Вентуры» не будет сказано ни слова неправды.
— Вам и не надо этого делать. Они действительно лучшие.
Марла снова улыбнулась:
— Тогда зачем хранить это в тайне? Почему бы не сказать об этом всем? И почему бы не начать с определенного целевого рынка?
Он тяжело вздохнул:
— Твои речи звучат убедительно. Неудивительно, что реклама, которая преследует нас повсюду, заставляет людей покупать товары, которые на самом деле нам не нужны.
— Ну, надо признать, что часто у рекламы, а особенно у рекламных агентов, не очень хорошая репутация среди простых обывателей. Есть даже такая старая шутка: «Пожалуйста, не говори своей маме, что я занимаюсь рекламой, лучше скажи ей, что я пою в церковном хоре».
