В конце концов все вместе собрались в большом уютном кафе «Вентура». Теперь Марла почему-то и не сомневалась, что именно эта работа над рекламной кампанией «Вентуры» будет решающим шагом в ее карьере во «Фримонте». Казалось, все встало на свои места и события разворачиваются как нельзя лучше.
Она почувствовала на себе чей-то взгляд и, подняв голову, увидела Брента. Его зеленые глаза искушали, словно змей в райском саду. Поддавшись их гипнозу, она решила для себя, что если и совершит ошибку, то только с ним. Она недоумевала, почему подобные мысли приходят ей в голову, но его взгляд не давал покоя. Если бы он был таким красивым, но не таким желанным… если бы он был таким желанным, но не таким безумно сексуальным… если бы он был таким, но не смотрел бы на нее так жадно…
Она перевела дух и неожиданно поняла, что столь страстно он смотрел на нее впервые. Раньше, в те редкие моменты, когда она замечала вспышки желания в его глазах, они были полны сомнения и неуверенности. Теперь что-то изменилось, этот мужчина больше не сомневался, напротив, он был полон решимости, он готов был добиваться своего до последнего. Он по-настоящему сгорал от желания. Марла потупила взгляд, но затем вновь резко посмотрела на него. Она захотела с силой сжать пальцы, чтобы вернуть себя в реальность. Ей казалось, что тело совсем перестало слушаться ее. Она чувствовала, как непроизвольно приоткрываются ее губы, словно отвечая на его горячий поцелуй. Марла слышала непонятную какофонию голосов вокруг, но не могла разобрать ни слова, потому что единственный голос, который она теперь различала, был голос ее собственного сердца. Глаза Брента еще раз вспыхнули ярким пламенем, и Марла представила, что приятное тепло, словно мед, плавно разливается по ее телу.
Она заметила, как тяжело вздымается и опускается ее грудь, как сбивается дыхание, почувствовала, как трется о кожу ставший внезапно тесным бюстгальтер. Льняные брюки, казалось, намертво прилипли к телу, а стул, на котором она сидела, совершенно потерял свою твердость и вот-вот исчезнет. Все, на чем он останавливал свой взгляд, преображалось и заводило ее. Она готова была провалиться сквозь землю, оставалось только надеяться, что никто ничего не замечает.
Она понимала, что необходимо срочно успокоиться, Брент должен знать, что их фантазии перешли допустимые границы. Но чувства оказались сильнее разума, Марла полностью расслабилась и поддалась игре воображения, успокаивая себя тем, что ничего не произойдет, ведь они здесь не одни. Она смотрела на него, сидевшего напротив и не сводящего с нее взгляда. Он был похож на тигра, невозмутимо-спокойный, расслабленно-ленивый, но готовый действовать в любой момент. Он казался таким неуязвимым, и Марла невольно подумала, что ни одна женщина не в силах устоять перед ним.
После стольких долгих дней и бессонных ночей ожидания Марла смогла наконец насладиться его присутствием. Ее глаза скользнули вниз к крепким узким бедрам. Он с легкостью мог бы встать между ее ног, приподнять ее бедра своими сильными руками. Он был бы нежен, но сила и мощь этого мужчины, как бы он ни старался, войдут в нее вместе с ним. Она представила его в лунном свете: спина выгнута, руки сжимают ее тело, темные вьющиеся волосы откинуты назад, он напряжен, и тонкий ручеек пота сбегает по красивому бронзовому телу, снова и снова двигающемуся в ритме, который задала человечеству природа. Он вонзается в нее все глубже и глубже, с каждым движением требуя все больше и больше, прерывисто дыша, шепча нежные слова, повторяя ее имя…
Ее тело уже сгорало от желания, но Марла не могла остановить полет фантазии. Она задержала дыхание и взглянула на Брента. Его глаза сузились, губы приоткрылись. Она с ужасом представила: вдруг он знает, что она чувствует. На ее лице, наверное, отражалось все, что она ощущала, потому что легкая улыбка играла у него на губах. Он смотрел на нее с нескрываемым удовольствием, словно она делала ему что-то очень приятное. Марла в смущении отвела взгляд, стыдясь оглянуться вокруг, посмотреть, заметил ли кто-нибудь еще их молчаливую игру.
Она чуть не подскочила на своем стуле, когда неожиданно услышала его голос, необычно низкий и хриплый:
— Еще кофе?
Он встал и теперь стоял за ней. Его теплое дыхание теребило ее волосы. До нее доносился его запах, теплый и свежий запах его кожи. Он положил руку на спинку ее стула и придвинулся еще ближе.
— Кофе? — переспросила она немного резким, прерывистым голосом, совсем непохожим на ее обычный, спокойный.
— Да, я думаю нам всем не помешает выпить еще по чашечке горячего кофе. Что вы думаете по этому поводу? — спросил Найджел.
Чересчур непринужденный тон, с которым говорил Найджел, заставил Марлу осуждающе посмотреть в его сторону. Его нос все еще был красным от простуды, а глаза казались опухшими, но, несмотря на это, на его лице отчетливо читалась плохо скрываемая усмешка. К ее большой радости, все остальные за столом были заняты обсуждением какого-то вопроса и листали документы. Мнением большинства решилось, что чашечка кофе всем необходима.
— Я принесу, — моментально вскочив, сказала Фелис.
Теперь, когда она оправилась от простуды, в ней вновь закипела жизненная энергия, которая никогда не позволяла ей находиться в одном месте более пяти минут. Найджел с завистью посмотрел на нее.
Брент вернулся в свое кресло и улыбаясь посмотрел на Марлу. Подсознательно она поняла, что он доволен самим собой. Чувственность, исходившая от него минуту назад, исчезла, и он вновь стал играть. Марла сомневалась, что ей нравится это новое увлечение, которое он придумал, и уж тем более она не знала, сможет ли поддержать его в этом.
— Привет, Брент! — Фигуристая молодая женщина подошла к их столу и протянула ему конверт. — Я только что нашла его среди почты, это от твоего дружка Кармайкла Холла. Я подумала, может, ты сразу захочешь прочесть его.
— Спасибо! — Брент нетерпеливо взял конверт, вскрыл его, и оттуда выпала фотография. — Будь я проклят! — воскликнул он. — Эй, Найджел, посмотри, Кармайкл на реке Марсайанди.
— Шутишь? — Найджел потянулся через стол и взял фотографию. — Самое время этому путешественнику написать нам. Как у него дела?
— Потом прочитаешь. — Брент извинился перед всеми за то, что отвлекся от разговора, и объяснил, что Кармайкл их старый друг, о котором они ничего не слышали больше года.
Он продолжил читать письмо, изредка улыбаясь и посмеиваясь над рассказом друга о своей жизни.
— А где эта река? — спросил Натан у Найджела, когда дошла его очередь рассматривать фотографию.
— В Непале, — ответил Найджел. — Кармайкл — байдарочник мирового класса.
