- Я думала, что о ней никому не положено знать.
Миссис Пападопулос пожала плечами:
- Я о ней уже забыла. – Затем она дружелюбно улыбнулась. – Вы ведь не должны были ее спасать.
Сюзанна сглотнула. У нее взяли кровь на анализ, напичкали лекарствами для профилактики, а при манипуляциях применяли все меры предосторожности, чтобы не нанести ни малейшей царапины. Хотя она не исключала, что за свой поступок ей придется дорого заплатить. С другой стороны, та девушка дорого заплатила за то, чего не сделала Сюзанна.
- Нет, я должна была это сделать. Несомненно.
- Значит, и я должна сделать, - сказала миссис Пападопулос. И снова слезы обожгли глаза Сюзанны. - Так что спасибо вам, и позвольте мне сделать это доброе дело.
Что такое потребность сделать доброе дело, Сюзанна знала очень хорошо.
- У меня тридцать шестой размер, - сказала она.
- Спасибо, - мать Люка взяла ее за руку, крепко пожала и вышла из часовни.
Сюзанна расправила плечи. Сегодня утром она сделала то, что должна была сделать. Она вытащила коробку на свет божий. Сегодня днем она сделала то, что должна была сделать. Она остановила девушке кровотечение. Значит, она снова сделает то, что должна сделать. Шеф Дэниела дал ей телефон Хлойи Хетауэй. Это прокурор, который будет предъявлять обвинение единственному из членов клуба Саймона, который остался в живых. Сюзанна взяла свою сумку, и вышла из тишины часовни. Дело осталось за малым. Позвонить. Вернуть уважение к себе. Но сначала она должна узнать, как дела у раненой девушки.
Риджфилд Хаус, пятница, 2 февраля, 20 часов 00 минут
- Они готовы, - сказала Рокки.
Бобби сидела за компьютером и пыталась подавить, вновь появившийся, гнев. Рокки поставила под угрозу все их дело. Надо было самой ехать на речной склад. Но Бобби должна найти нового врача и нового копа в офисе шерифа. По крайней мере, Чили хорошо справился с работой. Радиотелефон разрывался от призывов о помощи в тушении пожара. Дом Гренвилля полыхал. Следующий на очереди дом Мэнсфилда. Никто не знал, вдруг эти двое хранили дома компрометирующий материал. Бизнес надо беречь. Кроме того, сегодня вечером можно срубить деньжат. Бобби посмотрела на пять девушек, которые стояли в ряд. Две новенькие с речного склада - красотки, отмытые, приодетые, имеющие презентабельный вид. Оставшиеся трое - уже опытные. Все пятеро смотрели в пол. Все пятеро дрожали, двое так сильно, что слышался звон их сережек. Страх это хорошо. Бобби могла легко предугадать, как сложится вечер. Хейнсу нравились блондинки со здоровой кожей и типично американской внешностью. Эта внешность и являлась рыночной нишей Бобби в быстро растущем импортном бизнесе. Здесь клиенты имели все шансы получить настоящий американский товар.
- Хейнс выберет блондинку. Да, Эшли?
- Нет. – Девушка застыла, а остальные, казалось, были близки к обмороку. – Пожалуйста.
Бобби осклабилась:
- Рокки, какой адрес у Эшли?
- Ее семья живет в Панама-Сити, Сноубирд Драйв 721, штат Флорида, - тотчас же ответила Рокки. – Ее мать умерла два года назад, отец работает в ночную смену. Так как его дочь «сбежала», он нанял няню, которая будет приглядывать за братом, когда он уходит на работу. Брат иногда по ночам выбирается из дома, чтобы…
- Спасибо, этого достаточно, - сказала Бобби. Блондинка заплакала. – Я знаю все о твоей семье, Эшли. Один ложный шаг, один недовольный клиент, и кто-то из твоей семьи умрет. Мучительной смертью. Ты была той, кто искал приключения, и теперь ты их получишь. Итак, прекрати рыдать. Мои клиенты хотят улыбающихся девушек. Рокки, уведи ее. У меня много дел.
Бобби открыла личные дела, которые лежали на столе, и углубилась в изучение многообещающего резюме какого-то доктора. Вдруг раздался звонок телефона на предоплате. Этот номер служил для контактов с «сотрудниками», которые работали на Бобби по одной-единственной причине – их прошлое и настоящее вряд ли вызовет положительные эмоции у общественности. Кто владеет информацией, тот имеет власть. Звонили с телефонного номера с кодом Атланты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Да?
- Вы хотели, чтобы я позвонила, когда в больнице что-то случится. У меня есть новости.
Бобби понадобилась секунда, чтобы узнать голос. Ах, да. Дженифер Оман, медсестра, имевшая проблемы с наркотиками. Большинство информаторов имели проблемы с наркотиками. Или были азартными игроками. Каков бы ни был тайный порок, поведение всегда одно и тоже.
- Ну, давай, выкладывай. У меня нет времени.
- На вертолете доставили двух пострадавших. Один из них – специальный агент Дэниел Вартанян. – Бобби мгновенно выпрямилась. Они уже слышали на полицейской волне, что Вартаняна подстрелили. И то, что Лумис, Мэнсфилд, Гренвилль и Мак О’Брайен тоже мертвы. Единственная достойная внимания информация – о трупах, возможно, найденных в бункере, о них ничего не говорилось.
- Кто второй пострадавший?
- Неизвестная, лет шестнадцати-семнадцати. Ее состояние было критическим, но операцию она пережила.
Бобби в бешенстве подскочила. Но кипящий гнев вдруг превратился в липкий страх.
- И?
- Ее состояние стабильно. Никто не должен знать, что она здесь, возле палаты круглые сутки дежурят полицейские.
Бобби сделала глубокий вдох. Рокки утверждала, что все девки, которых там оставили, мертвы. Или эта девица современный Лазарь (ПРИМ. – согласно Евангелию от Иоанна,Лазарь - это житель Вифании, брат Марфы и Марии, которого Иисус Христос воскресил через четыре дня после смерти), или Рокки допустила фатальную ошибку.
- Понятно.
- Еще. Двух других человек доставили на скорой, мужчину и женщину. Женщину зовут Бейли Крайтон. Это ее неделю считали пропавшей без вести.
- Я знаю, кто она. – Гренвилль, ты ублюдок, а ты, Рокки, круглая идиотка. – А мужчина?
- Армейский капеллан. Бесли… нет, Бердслей, точно. Оба находятся в стабильном состоянии. Это все, что я знаю. – Медсестра заколебалась. – Мы квиты?
Теперь им предстояло убить троих. Одной медсестры недостаточно, но и она принесет пользу.
- Нет, извини, так не прокатит. Девка должна умереть. Можешь ее отравить или задушить, мне все равно. Она не должна очнуться, поняла?
- Но… нет! Это я делать не буду! – Все поначалу так говорили. Некоторым приходилось давать сильный пинок, но в итоге, они все равно делали.
- Будешь.
- Я не могу этого сделать! – в голосе женщины звучал ужас. Все поначалу ужасались.
- Посмотрим… - Личное дело медсестры оказалось довольно объемным. Информатор Бобби из полиции Атланты хорошо поработал. – Ты проживаешь с сестрой. Твой сын живет с отцом, потому что тебя лишили родительских прав. Ты отдала сына бывшему мужу, чтобы он не разболтал о твоей маленькой проблеме. Очень мило с его стороны. Но ты не сможешь все время присматривать за обоими, моя прелесть.
- Я… я пойду в полицию, - запинаясь, произнесла медсестра.
- И что ты им скажешь? Что тебя застукали с наркотиками, которые ты украла в больнице, чтобы часть забрать себе, а часть продать? Думаешь, копы тебя отпустят только потому, что какой-то негодяй шантажирует тебя? Пожалуйста, иди. Но, когда правда вылезет наружу, как долго ты продержишься на своем месте? Ты будешь делать то, что я сказал, или кто-то из твоей семьи умрет. А за каждый день, что ты колеблешься, еще один. – Бобби нажала на отбой, но потом снова набрала какой-то номер. – Пол. Это я. – На мгновение воцарилась тишина, затем собеседник Бобби тихо присвистнул.
- Так, смотри. Мне кажется, у тебя большие проблемы.
- Да, что ты говоришь, - раздраженно фыркнула Бобби. – Спасибо, что просветил. Слушай, мне нужна твоя помощь. Оплата, как всегда. - Пол был полезным человеком. Полицейский с обширной и надежной сетью информаторов и полным отсутствием моральных догм. Он проявлял свою лояльность к тому, кто больше платил. – Мне до полуночи необходимо знать, кого из ГБР назначили вести дело Гренвилля. И всю информацию до самого ничтожного файла.
