Так дело не пойдет.
— Слушай, Тома, — попробовал я другой подход. — Мы с Жирным воюем. Вы ведь тоже не в восторге от того, что он тут бугром себя вообразил?
— А нам похуй, — ответила она. — Жирный хозяйничает, Сека хозяйничает — какая разница? Мы свое держим, и никто у нас его не заберет!
— Жирный всех построит, — сказал Бык. — Или крысой сделает, или убьет. Третьего не будет.
— Заткнись, здоровяк, — бросила Тома. — Я с главным говорю. Так вот, Рама. Нам переправа нужна самим. А чтобы вы о ней узнали, нам не надо. У нас дела на том берегу, вы в них не лезьте.
— Бля, Том! — крикнул я. — Жирный мне лично говорил, что этот район тоже подмять собирается. У нас варианты, как его остановить. Так что мы можем друг другу помочь!
— Не нужна там ваша помощь!
— А если мы просто пойдем и найдем сами? — спросил Адик. — Тут до берега недалеко, переправа тоже там!
— Ну иди и ищи, а найдешь, свищи! Мы не идиоты, чтобы на виду все оставлять! И живым никто из вас не вернется!
Я почувствовал, как напряглись ребята за спиной. Еще бы. Это уже прямая угроза.
— Тома, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Давай без угроз. Мы пришли договариваться.
— Так договаривайся. Только предложи что-нибудь, нормальное. И не то, что вы у нас уже украли!
Я подумал. Медикаменты они не возьмут — из принципа, это понятно. Эта Тома потом и главная, потому что баба жесткая и принципиальная, очевидно. Оружие? Ну часть отдать можно…
— Мы два автомата дадим! — сказал я. — Хорошие, армейские! Здесь оставим, сразу! А кто-то из ваших пойдет с нами, поможет переправиться на тот берег.
Вот и гарантия. Автоматы оставим сразу, а если не поможет переправиться. В живых-то мы тогда его не оставим, однозначно. И они это понимать должны.
— Пизду мне полижи! — был ответ. — Два автомата — это хуйня! Но есть встречное предложение!
Меня будто током ударило. Кровь прилила к лицу, в ушах зашумело. Пальцы сами потянулись к автомату. Я представил, как прицеливаюсь, как нажимаю на спуск, как она падает…
Я почувствовал, как челюсть сжалась. Так говорить со мной точно нельзя, и спустить этого я не могу. Потому что я главарь, а не торпеда какая-то. И говорил с ней вежливо, а баба языком треплет. Специально из себя выводит?
— Ну, какое? — спросил я.
— Все оружие, что при вас есть! — крикнула она. — Сама отсюда вижу, автоматы хорошие, значит нам пригодиться могут. Ну, так что?
— Не договоримся, — ответил я.
— Ну и пиздуйте отсюда!
Я посмотрел еще раз на силуэт. С прицелом я ее достану, только вот после этого нам ведь точно никто не поможет. Да и начинать штурм вот так вот, с позиции, глупо. Надо с разных сторон зайти, как минимум, кто-то отвлечет, ну и вообще.
— Пошли, пацаны, — выдохнул я, повернулся и двинул прочь.
Стрелять нам в спины не стали. На самом деле, у них не так много оружия, я это тоже знаю. Потому что с грузом им особо не везло. И когда мы в прошлый раз с ними встречались, на футбольном поле, около груза… Они там даже с битами были.
Мы зашли за здание, остановились. Я снова достал электронную сигарету, затянулся. Посмотрел на остальных. Парни молчали, никто из них не издевался, что меня баба отшила.
— Ну, что делать будем? — спросил Бык.
— Штурмовать, — ответил я.
— Ты чего? — посмотрел на меня Саня. — Серьезно?
— Да, вполне себе, — ответил я. — За слова она ответить должна. Сегодня, сам видишь, тучи. Луна за тучами скроется, и тогда с разных сторон зайдем.
— И тут они нас-то и постреляют, — хмыкнул Игорек.
Как всегда осторожен, бля. Но я уже сумел совладать с эмоциями и почти не злился.
— Ты, Игорек, все время сидел в охране, — сказал я. — А мы с ними встречались уже, когда груз забирали. Адик, Бык, много у них стволов было?
— Да нет, по хуйне, — тут же ответил Адик. — Но они могли здесь оставить, типа на оборону.
— Да даже если так, — я пожал плечами. — У них на всех где-то штук пять их. У нас больше. И лучше. Но я бы без стрельбы обошелся, по крайней мере, по людям. Опять же у нас бронежилеты нормальные, армейские, да еще и американские. А у них ни хрена.
— Все равно рискованно… — проговорил Жора.
— А через полгорода идти не рискованно? — спросил я. — Да и вариантов у нас нет. Либо тут стрелять, либо идти к паромщикам, и там, потому что нас так просто не пропустят. Да и вообще… Сейчас изобретем дымовуху какую-нибудь, тряпок наберем или еще чего. Подберемся, подожжем, закинем. Сами сдадутся.
— А чего, может сработать, — проговорил Адик. — Всем стоять, типа, работает ОМОН.
Я осмотрел окрестности. Дома вокруг разбомбленные, завалы на улицах валяются. Подойти к музыкальной школе можно с разных сторон. И укрытий полно, если ноги не боишься переломать.
— Бык, — обратился я к здоровяку. — Ты останешься с Лехой. Привяжи его где-нибудь надежно. Чтоб не сбежал. И следи, чтобы не закричал.
— Понял, — кивнул здоровяк, а потом чуть обиженно добавил. — Мне его охранять, да?
— Да, — кивнул я. — И прикрывать отход будешь. Если что-то не так пойдет, мы к тебе побежим. Ты и сади со всех стволов в ту сторону, чтобы эти уебки высунуться не могли. Да не кисни ты, вон недавно к школе бегал, гранами кидался. А теперь отдохнешь постоишь. Я тебе доверяю.
Бык ухмыльнулся. Ему эта задача явно понравилась, а уж моя похвала еще больше. Да, мужчины в принципе падки на комплименты. Вон, лет пятнадцать назад наш президент назвал американского яркой и одаренной личностью, так тот потом по всем интервью ходил и рассказывал, что его гением назвали. Ну а чего, говорит, только глупый человек будет отрицать, когда его назвали гением, а настоящий гений точно не будет.
— А остальные — со мной, — продолжил я. — Надо тряпки найти и бензин. Для дымовухи.
–По
