его руках. Ласкать мою налившуюся грудь, целовать плоский живот и ниже.
В прошлой жизни я не была замужем, но состояла в отношениях, даже из разряда отношений без обязательств. Считала, что половая жизнь необходима женщине для физического и психического здоровья. За мою не очень длинную жизнь я сменила порядка десяти половых партнеров, но ни с одним из них мне не было так же хорошо, как сейчас с этим драконом.
Когда он сказал, что установил вокруг нас полог тишины, я перестала себя сдерживать. Стонала и наслаждалась близостью с этим мужчиной.
В этот же день он перебрался в мою комнату. Амина не знала, что наши отношения вышли за рамки договорных. Узнав о том, что малыш Александр чуть не умер этой ночью, она сама попросила мужчину перебраться в мою комнату, пояснив, что там есть дополнительная кровать. Однако, она нам была не нужна. Мы проводили каждую ночь и утро в объятьях, он сам вставал и приносил малыша на кормления, а мне казалось, что я наконец-то обрела свой рай.
Мы так прожили месяц. А после, в таверну вернулся торговец Рофан с дурной вестью, что близко к лесу собираются войска. Король умер, а на кронпринца сегодня вечером объявлено покушение. Все это он подслушал в небольшой сельской таверне, расположенной по пути в столицу.
Это были не все тревожные вести. Михаэль сегодня утром, пробуждая меня привычным способом: утренними поцелуями и ласками, напомнил о том, что месяц истек и нам пора возвращаться в его имение с сыном.
Малыш Александр уже немного окреп и даже отрастил небольшие щечки. Но все равно еще был слишком мал для таких путешествий, к тому же во времена, когда в королевстве происходят бунты, лучше остаться здесь под защитой леса. Все это я озвучила ему, на что получила вполне логичное объяснение, что у него тоже есть земли, он и так слишком долго отсутствовал там и напомнил о нашем соглашении. Я успела забыть о нем за этот месяц тишины и счастья.
Вечером мы собрались все вместе за столом, и я сказала Амине и Рофану правду:
— Я — была под личиной травницы Элары, потому что на самом деле Ливия — истинная кронпринца Рейнхарда. Я чудом сбежала из замка и скрылась в этом лесу. Но сейчас мне нужно уходить. Нам нужно уходить.
— Снова сбежишь? — с обидой в голосе спросила Амина. Я-то не забыла, как она винила истинную кронпринца в тех несчастьях, которые выпали на ее судьбу.
— Нет. Я приму этот бой, — сказала я, ошарашив этой новостью всех вокруг.
— Ты с ума сошла! — воскликнул Михаэль. — Ты мать и должна быть рядом с ребенком в моих землях.
— Мой сын — наследник трона, а ты следующий на престол. Если кронпринц падет, кто займет его место?
— Стражи поговаривают, что его любовница, — подтвердил эльф.
— Эвридия, — мы произнесли хором с Михаэлем имя этой ужасной женщины.
Михаэль встал со стула и стал наворачивать круги по комнате, не остались в стороне и животные, которых понимала лишь я.
— Ты уверена, Ливия? — спросил Мудрик. — У тебя больше не будет второго шанса.
— А как же мы и лес? Ты думала о Амине, а ты спросила у нее — желает ли она стать новой хранительницей? — спросил Рыжик.
— Рофан, — обратилась я к эльфу, — во время своего странствия ты не изменил свое отношение к Амине.
— Нет, я намерен жениться на прекрасной Амине, если она не будет против.
— Я ждала этого, — ласково улыбнулась девушка.
— Предлагаю провести церемонию прямо сейчас, — предложила я.
— Я сейчас перенесу священника, — вмешался в дело Михаэль и, не дожидаясь комментариев или ответа, начертил в воздухе портал и вошел в него.
Торговец Рофан внимательно посмотрел на меня, после, глядя в глаза, произнес:
— Так как обращаться к вам теперь, таинственная хозяйка таверны?
— Элара, — ответила я, — мало кто знает, как выглядит истинная кронпринца. Я призналась, потому что дорожу вами.
На мгновение в таверне стало слишком тихо, только ветер шептал, что я делаю все правильно. Что лес понимает и отпустит, если я приму это решение.
Потом Амина вскочила со ступа и крепко обняла меня, погладила по спине:
— Сколько боли ты вынесла, бедная.
— Не больше твоего.
В комнате внезапно возник портал, из которого вышел Михаэль и растерянный священник. Девушка побежала переодеваться, мужчины решали там какие-то свои вопросы. У нас было еще немного времени до пробуждения ребенка.
Все собрались быстро, Рофан и Амина соединились узами брака прямо здесь. Под конец церемонии малыш все-таки проснулся, и мне пришлось отлучиться.
Я поменяла ему пеленки и приложила к груди, а через некоторое время из леса пришла тревожная весть — Рейнхард мертв, а в лес надвигаются королевские войска. Времени больше нет. Действовать нужно немедленно.
Глава 22. Судьбоносные решения
Малыш доел. Я обмотала вокруг собственного тела полотно ткани, превращая его в слинг. Александру уже было почти три месяца, за это время он успел набрать щеки и начал держать головку. Не могла представить свою жизнь без него. Подарок небес!
Прижалась носом к его ароматной макушке, поцеловала его, пощекотала его крошечные пятки. Солнышко мое! Я надела на сына вязаный костюм и положила в слинг. Вместе с ним вернулась в зал таверны, где обряд обручения Ролана и Амины подходил к завершению. Они давали последние клятвы. Священник обручил их и собрался уходить. Михаэль стоял со старцем, и, судя по всему, собирался создавать новый портал. Сердце кольнуло. Возможно, бушевавший гормональный фон, а может, просто безумная интуиция — я вскрикнула:
— Постойте! Задержитесь ненадолго. Михаэль, нужно срочно поговорить.
— Я вернусь через несколько минут, — вскинул бровь дракон, не понимая, с чем связана срочность.
— Нужно прямо сейчас. Пожалуйста, — взмолилась я, глядя на дракона. Он что-то прошептал священнику и отошел ко мне. Мы поднялись наверх.
— Кронпринц мертв, войска надвигаются в лес. Люди Эвридии хотят занять трон, — сказала, убедившись в тишине.
— С чего ты взяла?
— Лес сказал только что.
— Допустим. Это все, что ты хотела сказать?
Я отрицательно покачала головой:
— Александр — первый претендент на престол, ты — четвертый. Этому миру нужен достойный король. Ты им станешь. Регентом при Александре.
— Почему ты хочешь вернуться в замок? Разве не легче сбежать в лес или на окраину страны, в мое имение, в мое королевство? — он говорил спокойно, глядя мне в глаза.
— Однажды я сбежала ради ребенка, чтобы сберечь его жизнь и свою. Теперь я должна вернуться. Я слышала сплетни об
