Пауза, она услышала, как он смеется.
— Я хотел предложить тебе кое-что, — сказал Силас.
Да, да, да. Он уже предлагал жениться. Предлагал ей ухаживать за ним несколько ночей.
— Я уже сыта твоими предложениями! — быстро сказала она и бросила трубку.
Вскоре она пожалела о своей грубости. А ложилась спать с мыслью, что любит Силаса с каждым днем сильнее.
Он больше не звонил ей. Это беспокоило Коли. Каждый раз ее сердце вздрагивало, когда звонил телефон, но это был не Силас. Она часто вспоминала его слова «помни, что ты моя жена».
Как мило это звучит! Но на самом деле Силас думает, что между ней и Тони близкие отношения, и звонил ей, чтобы напомнить, что их женитьба — тайна, и причин для развода не существует.
Было хорошее июньское утро, когда Коли выглянула из окна и почувствовала, что ее жизнь стала скучной. Она не видела и не слышала Силаса уже несколько недель.
Пришлось напомнить себе, что их женитьба не предполагает встреч каждый день, и не стоит надеяться на лучшее. Нанет, к счастью, уехала отдыхать со своим другом, дом уже почти что продан.
Тони Эндрюс все еще приглашает ее на свидания. Очевидно, он догадался, что ему стоит самому звонить ей, а не ждать ее звонков. Она продолжает работать по вторникам в галерее, а Руперт — жаловаться на свою трагическую судьбу Почему-то Коли чувствовала себя подавленной. Ей не нужна была личная жизнь: она только хотела увидеть Силаса. Но они никогда не позвонят друг другу просто так, а лишь по делу.
Она говорила себе, что чувства к нему не должны разрушить ее жизнь, что, может быть, когда она пойдет на курсы, будет встречаться с людьми, общаться с ними, ее жизнь войдет в другое русло.
И Коли решила уже сейчас начать новую жизнь — с людьми, которых уже знает. Она позвонила Тони Эндрюсу.
— Коли! — обрадованно воскликнул он.
— Может быть, поужинаем вместе? — предложила она.
— Конечно! — согласился он. — У тебя на квартире, ты имеешь в виду?
Нет, она совершенно не это имела в виду.
— Я принесу вино. Во сколько?
Он подумал, что она говорит о сегодняшнем вечере! Почему она так дрожит? Ну что же, хорошая возможность начать новую жизнь сегодня. Сегодня вечером? А чего ждать?
— Приходи около восьми, — предложила она.
— Я буду у тебя в семь тридцать, — произнес он.
Коли опять поймала себя на мысли, что не очень хочет ужинать с Тони у себя на квартире, с бутылочкой вина, в половине восьмого.
Это был первый раз, когда она кого-то пригласила к себе домой. Вечер должен быть хорошим, подумала Коли. Так и было. Тони очень понравился сыр «силтон» и суп из сельдерея.
Правда, хозяйка дома не призналась, что суп готовила не она. А зато все остальное было приготовлено лично ею.
Деликатесы ее собственного производства Тони очень понравились. Им обоим было хорошо, но Коли знала, что Тони для нее только друг.
Он даже вызвался помочь ей помыть посуду.
— Если хочешь…
Коли уступила ему место у раковины. Но она смутилась, когда он подошел к ней со спины и поцеловал ее в шею. Инстинктивно она сполоснула руку от пены и вытерла шею. Потом попыталась увернуться, но не получилось, Тони прижался к ней сзади.
Коли ощущала мучительную неловкость.
Она хотела новую жизнь, жизнь без Силаса. Но страшная правда заключалась в том, что ей не хотелось поцелуев и объятий других мужчин.
Она хотела только Силаса!
Коли оказалась зажатой между Тони и раковиной, и не было возможности шевельнуться.
Он положил руки на ее бедра, но она все же ухитрилась повернуться к нему лицом и оттолкнула его. Новая жизнь или не новая, но сначала надо вымыть посуду.
— Я думаю… — Прежде чем она что-либо еще сказала, он схватил ее руки, прижался губами к ее губам, а рукой пытался ласкать грудь. — Нет! закричала она, отталкивая его.
Тони знал, что это значит.
— Почему нет? — спросил он. — Черт возьми, я так долго сдерживал себя, давая тебе время все обдумать самой. Ты пригласила меня на ужин, а потом… — Тони схватил ее снова.
— Нет! — повторила она.
— Почему нет? — допытывался он. — Что останавливает нас? Я не женат. Ты свободна и… — он страстно посмотрел на нее, — не сомневайся, я смогу выполнить твои желания. Расслабься, милая… — И Тони снова поцеловал ее.
Ее волнение нарастало, она отпрянула от него и неожиданно для себя закричала:
— Я не свободна!
Он замер, посмотрел на нее и спросил:
— Ты замужем?
О господи! Ее голова шла кругом. Как она могла такое сказать! Ведь никто не должен этого знать. Волнение и месть охватили ее.
— Мы разводимся!
— Так вот в чем проблема! — сказал Тони, пытаясь прийти в себя от такой новости. — Где твой муж? Кто он? — Внезапно его осенило:
— Силас Ливингстон! — Он вспомнил их встречу в ресторане, когда Силас сказал, что она была его «личной сиделкой», согревала его, когда он болел. Так, ты вышла замуж за Силаса Ливингстона! заключил он и сделал шаг назад.
Коли хотела повторить, что они собираются разводиться, но у нее была полная путаница в голове. Не сказав ни слова, она вышла из кухни.
Тони последовал за ней.
— Это правда, не так ли? — спросил он.
— Я думаю, тебе лучше уйти, Тони, — произнесла она, пытаясь быть спокойной.
— Это круто, да? — с недовольством сказал он. Ты пригласила меня на интимный ужин…
Интимный ужин! Именно так он рассматривал ее приглашение? Она покачала головой — Мне было хорошо с тобой. — И добавила: Для меня этот ужин был только ужином, и не более того.
— Я не думаю, что твой муж одобрит это, — угрюмо предположил Тони. Ей нечего было ответить на это. — Не звони мне, я сам позвоню, сказал он надменно. Коли, не попрощавшись, закрыла за ним дверь.
Что она натворила? Ей вспомнилось, что Тони занимается общественными связями и у него есть знакомые в газетах, которые с большим удовольствием захотят опубликовать ее сенсационную новость.
Боже мой! Что может остановить людей, если у них есть возможность заработать огромные деньги за ту информацию, которой владеет Тони? Ничего! И вряд ли после сегодняшнего вечера Тони будет добр к ней и никому не выдаст ее тайну.
Нужно было делать хоть что-то. Она вымыла посуду, почистила зубы. Потом причесала волосы. Потом стала ходить по комнате. Для нее не имело никакого значения, что Тони расскажет редакторам газет. А вот для Силаса…
Продолжая ходить по комнате, Коли посмотрела на часы и увидела, что еще только половина двенадцатого. Надо сообщить Силасу! Другого выхода не было.
Надеясь, что он дома, Коли позвонила, но никто не ответил. Значит, его нет дома. Как вдруг:
— Ливингстон, — ответил знакомый голос.
— Это… это Коли, — заикаясь, сказала она.
