твоя! — прокричала она, освободившись из плена рук хозяина острова.— Я не принадлежу никому, кроме родителей! И не надо меня вот так по-хамски лапать.
Нюта со злостью пнула песок и окутала белым облаком пыли себя и мужчину.
— Научись вести себя с земными женщинами по-человечески!
Матис надменно смотрел на строптивицу горящим взором. Желваки двигались на широких скулах, плотно сжатые челюсти буквально скрипели. Раздутые ноздри с силой втягивали солёный воздух, выдыхая горячий пар. Но эмоции всего на секунду выдали ярость принца: он мгновенно нацепил маску полного безразличия, плюнул себе под ноги и, развернувшись, пошел вдоль берега прочь.
— Вот и поговорили?— крикнула Аня.— Не удивляясь увиденному. Мало ли что приснится.
— Стоило устраивать встречу здесь?— Она, задавая вопросы, искала глазами, чем можно запустить в спину нахала.— Или этот райский уголок ты привык использовать вместо спальни?
Блондинка схватила попавший под руку гладкий камень величиной с кулак и с силой впечатала в плечо уходящего. Но самовлюблённый наглец никак не отреагировал на удар и ни разу не обернулся.
Анна резко открыла глаза, словно вытолкнутая из места, где нанесла обиду хозяину. Пряный, наполненный солнцем воздух сменил аромат роз в тёмной комнате. Сердце гулко колотилось, раздираемое обидой. «Кем этот болван себя возомнил?»— негодовала она. Хотя ответ был очевидным.
Блондинка отбросила в сторону подушку. Переполнявшая душу злость требовала немедленного выхода. «Кем я являюсь сейчас для него? Предметом вожделения, утолив страсть, к которому он очень быстро потеряет интерес?»
Она подспудно понимала, что не сможет противостоять принцу вечно, как не сумеет отказаться от навязанного замужества. Его маги действительно могли силой забрать её в другой мир и сделать там бесправной пленницей, выполняющей детородную функцию. А что станет с оставшимися в этом измерении мамой и Андреем? Кто защитит их от нечисти, что начала охоту на семью?
Аня вышла на кухню, выпила из холодильника стакан чистой воды и, сполоснув лицо над раковиной, приняла единственно правильное решение: нужно договариваться. Вести переговоры она умела. «Как там поётся в старой песне о главном? Никуда не денешься, влюбишься и женишься, все равно ты будешь мой? Про "женишься" и "не денешься"— это скорее обо мне, а вот про "влюбишься"… Это единственная возможность остаться для него интересной на долгие годы!»
Блондинка закрыла дверь в свою комнату, включила свет и принялась разглядывать себя в настенное зеркало. Она крутилась, поворачиваясь то одним, то другим боком, потрогала упругую выпуклую попу, помассировала небольшую грудь, задрала вверх кончик носа, с критичным выражением лица осмотрела слегка оттопыренные уши, зубы и, в общем-то, осталась довольна увиденным.
— Очень даже ничего, если немного поработать в тренажёрке над телом и у косметолога поколдовать над лицом, — вынесла она вердикт шёпотом. — Девочка Нюта, двадцать девять годиков, вполне готова к борьбе за светлое будущее!
Выключив свет, она упала на постель, разбудив невозмутимо дрыхнущего кота. Анна зарылась носом в пушистый, тёплый живот любимчика, придерживаемая мягкими лапками за голову, и испросила у него совета, но обращаясь к тому, кто всё видет:
— Как стать такой же невозмутимой, как Пуся? Помоги, научи, наставь на путь истинный!
Глава 6.2
Квартира, наконец, погрузилась в полную тишину. Спали все её обитатели. Марина во сне общалась с мамой, восседая на мягком покрывале с полной экзотических фруктов корзиной на ярко-зелёной поляне. Её дочь купалась в море у берегов солнечной Греции, ныряя голышом с друзьями с борта небольшой арендованной яхты в тёплые волны. А сын воевал, острым мечом нещадно рубя врагам головы, восседая верхом на мощном вороном жеребце. Чувствовал он себя при этом не грозным воином, а консервой, наглухо запакованный в стальные доспехи.
В зале стучала о деревянную раму плохо прикрытая форточка, за окном в темноте истошно орал чем-то всполошенный ворон, но эти звуки жильцы квартиры сто сорок пять пятьдесят четвёртого дома уже не слышали.
Спали все, кроме той, что пыталась пробраться сквозь стены, шипя от жуткой боли и кляня на чём свет установленную Ильтой защиту.
Анна проснулась на удивление бодрой, с аппетитом поела, принарядилась, накрасилась и с чувством полного удовлетворения отправилась на работу. Она решила поступать зеркально действиям Матиса: улыбаться в ответ на его улыбку, не обращать внимания, когда он безразличен, и ни в коем случае не отвечать на звонки, общаясь исключительно посредством переписки.
После трёх безуспешных звонков в течение дня Бобров сподобился написать поздним вечером: «Что делаешь? Почему не берёшь трубку?» Сразу с места в карьер без «доброго вечера» или «здрасте», никаких тебе «дорогая» или «прости за ночное недоразумение».
«Была очень занята»,— так же коротко и по существу отвечала Нюта.
«Может, всё-таки встретимся?» — сделал он очередную попытку поговорить.
«Сейчас не могу, — отнекивалась она и добавила в подробностях: — Очень устала и пахну как табун лошадей. Мечтаю забраться под душ и поесть. Возвращаюсь домой после тренировки».
«Всё это можешь сделать у меня», — настаивал мужчина.
«Нет, не могу. Мы с тобой почти незнакомы»,— отказалась блондинка, справедливо решив, что единичный секс не даёт права считаться близким знакомым.
После этих нескольких фраз Матис замолчал — ни тебе уговоров, ни извинений, а Аня ликовала, врубив на всю громкость любимую группу Queen, отстукивая пальцем одной руки по панели в такт песни и подпевая Меркьюри. Пусть так, всего в несколько слов, но властный себялюбец начал проявлять к ней интерес.
За окном лил весенний дождь, омывая стекло, микро ручейками стекая по ленивым «дворникам».
— Господи, как же мне всего этого будет не хватать!— Она с нежностью погладила чёрный руль автомобиля, мотая головой под голос Фредди.— Как я смогу жить там без любимого рока?
Анна взглянула на городской навигационный указатель ближайшей станции метро, проплывающий мимо. Однажды она войдёт в него и окажется за много-много галактических миль (или чем там исчисляются расстояние между мирами?) в совершенно незнакомом ей месте, там, где не будет любимой работы, друзей детства, коллег и много чего другого, милого сердцу.
Она мотнула головой, словно пытаясь отогнать на потом рвущие душу мысли, решив, что любимым песням она сумеет, в конце концов, научить дворцовый оркестр. Ну, не может же на другой планете совсем не быть музыкантов?
— К тому же никто не отменял контрабанду! — решила блондинка.— Надо прикупить пару
