несколько угольков и медная проволока, которые добыла для меня Ольга.
«Начинай, всё по плану», — приказал я, а в следующую секунду проступившая на левой ладони серебряная лужица жидкого металла поглотила материалы.
— Твоя новая способность, дарованная обелиском? — с интересом смотрел на происходящее Филинов. — Ты сумел сохранить что-то из арсенала Падшего?
— Увы, не так много, как хотелось бы. Но пока этого должно быть достаточно, — ответил я, стараясь удержать дыхание ровным. Не знаю почему, но преобразование потребовало куда больше сил, чем я рассчитывал. Зато у меня на ладони теперь лежал квадратный паук процессора.
— Как интересно. Можно? — проговорил магистр и, дождавшись кивка, двумя пальцами поднял плату. — Что он делает? Какая архитектура? Для каких задач его можно приспособить?
— Помедленнее, профессор, всё объясню, — защищаясь поднял я ладони. — Это центральный процессор, который может заменить собой большую часть платы, от управления двигателями до контроля камеры и полёта. Универсальная вещь, хоть и не слишком мощная, но для наших задач её хватит.
— Вот как, — неизвестно откуда достав лупу, Филинов начал рассматривать прямоугольник процессора. — И сколько таких вы сможете сделать за сутки, голубчик?
— Думаю сотни две, если заниматься только этим. Но ещё вам понадобятся батареи на основе одноатомного графена. Их тоже придётся делать вручную. Если вы возьмёте на себя создание всего остального, думаю, мы сумеем делать около пяти сотен дронов между сезонами. Возможно, тысячу.
— Вы же понимаете, что мы просто не имеем права подвергать такой ценный кадр риску? Вы чуть не погибли в конце прошлого сезона. Дважды. Один раз по нашей вине.
— Только благодаря этому у меня такой Дар.
— Пути судьбы причудливы и неисповедимы, — покачал головой Филинов, вертя в руках процессор. — Хорошо, голубчик, я принимаю ваше предложение. Совместное производство мы сделаем. Учитывая, что ключевая технология останется в ваших руках, переживать за неё не стоит. Но вы должны будете пообещать, что не станете лезть на передовую. Производство дронов важнее вашего личного участия в обороне.
— Это обсуждаемо. Вы же знаете мою ситуацию, у меня тут зверь некормленый.
— Духа можно питать десятилетиями, — возразил Филинов.
— Запереть меня в клетке, даже золотой, вам не удастся. Так что давайте прекратим пустой разговор. У меня есть несколько целей, а восстановление клана Борзых, в который я сейчас входу, сыграет мне на руку.
— Но встанет поперёк горла многим семьям и родам… Что же, я вас услышал. Раз таково решение — спорить не стану. Вижу, что бесполезно. Но, тогда я добавлю к нашему сотрудничеству несколько условий. Одно из них — у нас всегда должен быть запас процессоров. Тебе придётся передать нам язык программирования и документацию к нему, в понятном виде. А ещё…
— Давайте считать, что я согласен. Подробности можем обсудить после приёма у императора. Сейчас же нужно обсудить некоторые обязательные коррективы, которых вам придётся добиться…
— У нас не настолько большое влияние на императорское подворье. Внести изменения в список приглашённых, тем более изъять из него кого-то, кому уже отправлено письмо, будет вне наших сил, — возразил Филинов, когда я изложил свой план.
— Ничего страшного. Пусть они просто будут в конце, а Ольга ближе к началу. Принципы местничества никто не отменял.
— Хорошо, с этим можно что-то придумать, — наконец решился магистр, и мы ударили по рукам.
Глава 8
— Её сиятельство, княгиня Ольга Борзых, с кавалером Максимом Бабровым, — объявил глашатай, и мы с Ольгой под руку вошли в огромный светлый зал, контрастирующий с окружающей дворец действительностью. Высота потолков была такой, что о них мгновенно забываешь, будто оказавшись на улице. А убранство помещения било прямо под дых, буквально крича: «Склонись! Ты перед взором высших сил. Не смей стоять перед Императором прямо!»
И подтверждая эти мысли, даже самые гордые и стойкие чуть сгибались, будто у них вырастал горб или болела поясница. Лишь великие князья и их супруги держались ровно, и то неизвестно, каких сил им это стоило. А может, просто привычка, ведь в отличие от меня они в этом зале были далеко не в первый раз.
— Я думал, людей соберётся больше, — шёпотом проговорил я, так чтобы услышала только Ольга.
— Лишь самые достойные заслуживают права предстать перед императором, — так же тихо ответила девушка. — Я сама здесь всего второй раз. В первый — когда меня представили двору после совершеннолетия.
— Ого, кажется, я недооценил проблему, когда собирался встретиться с императором. Простого подвига было явно недостаточно.
— Ну, до некоторых доходит долго, — чуть улыбнувшись, ответила Ольга. — Меньше глазей по сторонам. Хоть все и знают, что ты не из благородных, показывать это лишний раз не стоит. К тому же это не надолго.
— Для меня это не главное, — ответил я, продолжив осматривать зал. В гигантском помещении люди будто терялись, хотя я насчитал около двухсот человек, а снаружи здание не казалось слишком выделяющимся.
«Высота потолков иллюзорно увеличена за счёт использования системы зеркал. Реальная высота — в несколько раз ниже. Визуализировать ограничители?»
«Давай», — коротко ответил я и на мгновение зажмурился, чтобы голова не разболелась, а когда открыл глаза, отчётливо увидел зеркала и лампы под ними. Теперь стало понятно, что высота потолка не больше трёх этажей, плюс этаж на зеркала, пропускающие свет в одну сторону,
«Да, так комфортнее. Спасибо», — поблагодарил я ассистента, и с облегчением расправил плечи. Давление ушло, как не было. И похоже, это не укрылось от цепких взглядов высшей аристократии.
— Ты здесь первый раз, а я вообще за компанию, так что старайся не так сильно выделяться, — прошептала Ольга, но было уже поздно. На нас не посмотрел разве что слепой. Особенно хорошо это было видно из капли-камеры, которую Сара запустила ещё до того, как мы зашли в зал.
Сейчас несколько таких миниатюрных дронов, передающих чёрно-белое изображение, уже распределились по помещениям, сканирую обстановку на будущее. А заодно проверяя, как устроены системы безопасности. Не то чтобы я собирался постоянно шпионить за Императором, но лишним не будет.
Вскоре стало понято, что и у новых дронов из живого металла куча ограничений. В первую очередь радиус действия и картинка, это я выяснил ещё в клинике. А вот теперь выяснилось, что есть какие-то способы борьбы с дронами. Стоило им пролететь дальше по коридорам дворца, как начинались помехи, а потом и вовсе сигнал терялся и исчезал.
«Это не РЭБ. Нет постоянного давления радиоволн, нет сигнала… я не знаю, что это такое, но рисковать не стоит», — отчиталась Сара.
«Хорошо, возвращай всех дронов, с которыми есть хоть малейшие проблемы».
«Они сами.
