попыталась увести детей она.
— Ну почему нет, — усмехнулся Ричард. — Один точно есть, — он кивнул на мою кухоньку.
— Что? — растерялась я. — А, да! — тут же согласилась, чувствуя, как по телу разливается тепло. — Есть, конечно есть! — обрадовалась я. — Сейчас принесу!
Дети обрадованно захлопали в ладоши. Женщина растерянно моргнула, но пробормотала:
— С-спасибо.
А когда я вернулась, неся в руках пышущий жаром, ароматный пирог, Ричарда уже и след простыл. Остался лишь флер от аромата его одеколона.
Дети и незнакомка разместились за столиком. Кот путался у них под ногами, громко урча. Дети весело, наперебой гладили его.
Накормив посетителей пирогом, я сжала в ладошке свои первые, заработанные в этом мире монетки.
Гости уже ушли, а мы с котом счастливо смотрели друг на друга.
— Ты набрала еще магии, — мурлыкнул фамильяр. — Я чувствую.
— И я знаю, на что потратить, — улыбнулась я.
Весь день прошел в хлопотах. Домик еще требовал уборки. Кухня и кладовая — пригляда. А садик — ухода.
Дел было невпроворот. И Ричарда Дрейгона удалось выбросит из головы на некоторое время.
Но вечером, ложась спать, я решилась спросить господина Мяу:
— Что делал дядя Анабель для Ричарда? Что это за магия?
Я уже забралась в мягкую, свежую постель. Пахло лавандой, которую я купила у местной цветочницы и поставила в вазочку на ночной столик.
За окном засыпал город.
Кот попытался увильнут от ответа. Помурчать и поиграться в любимую кошачью игру “злая рука”. Но я не сдавалась, и фамильяр признался.
— Да я сам до конца не понял, — проурчал он, виляя хвостом. И все же поглядывая на руку с надеждой. — Что-то связанное с магией бездны, — заскучав, кот оставил попытки набросится на руку. И свернулся у меня в ногах клубком. — Оставь это. Это опасные игры, — зевнул кот, обнажая острые зубки. — Тебе не нужно, — сонно произнес он. — Держись от этого подальше.
А я задумалась. Мне не нужно. И я с радостью. Но вот Ричард явно не намерен держаться подальше.
— Но этому лорду что-то от тебя нужно, — уже засыпая согласился кот.
Глава 25
Утром, едва позавтракав, я принялась прибираться в кладовке. Пыльная, пустующая — испорченные продукты не в счет — кладовка не давала мне покоя.
Взяв в руки метлу ведро и тряпку, я быстро разобралась с первой проблемой.
Дальше мы с фамильяром принялись за плесневелые крупы, засохший сыр и слипшийся сахар.
Я с отвращением рассыпала в глубокие тарелки крупу. Морщилась от вида паутинки или жучков.
Боролось с желанием выбросить все к черту. И купить нормальное. Но пока стоило экономить. Да и проверить возможности господина Мяу — необходимо.
Первый раз он выдохся довольно быстро. Но с каждым разом становился сильнее. Я хотела проверить, как, с какой скоростью растут его возможности.
Отдохнувший, выспавшийся и напитавшийся от меня силой фамильяр превращал испорченную пищу в идеально свежую и ароматную.
Сыр к моему удивлению оказался остреньким, а полбы с булгуром и гречкой теперь могло хватить на зиму.
Я удовлетворенно похлопала приставленные к стенке мешки с мукой. Над холщовой тканью тоже пришлось поработать коту. Выстирать для меня не проблема, зашить — тоже. Но от времени ткань просто разъезжались в руках. Залатаешь одну прореху, а там уже с другой стороны все высыпается.
Господин Мяу оказался подарком для хозяйки. Но и по магазинам мы тоже прошлись.
Я с гордостью оглядела заполнявшуюся кладовку. Кроме круп и муки, теперь здесь появились колбасы, овощи в корзинках — картофель и капуста. И тыквы по углам.
Я отрезала небольшой кусочек от вяленой колбаски. Закинула в рот. Знаю, вредно, но так сложно удержаться.
— Устал? — с сочувствием спросила я кота, когда тот свалился на пол.
Была у него такая странная привычка, стоит, стоит рыжий разбойник, а потом как шлепнется на бок. Прямо так. Без раздумий.
Кот вильнул хвостом.
— Да нет, — буркнул он. — Немного, но… — его глаза хитро загорелись, — ужасно оголодал! Я много не прошу, — он положил усатую мордочку на лапки и принял совсем уж несчастное выражение, — миску молока… обрезки от мяса… свежий стейк.
Я хмыкнула.
Обжора он, конечно, редкий.
— Ладно, уговорил, пойдем еще по магазинам. И тебе мяса купим, — согласилась я.
Денег пока хватало. Кольца я продолжала хранить в кошельке на груди, под платьем. А на покупки тратила уже заработанное.
С вечера замешивала тесто. Утром ставила пироги с фруктовой начинкой запекаться.
Пара часов — и открывала огромные окошки первого этажа, чтобы аромат выпечки будоражил прохожих.
Кто-то да не мог удержаться и заглядывал спросить: “А у вас новая кондитерская?”
А я тут как тут: “Да-да, еще не открылись, но попробовать можно. Вот столик, вот стул, а пирог сейчас принесу”.
Кто-то даже начал приходить по рекомендации. Заглядывал, озирался и смущенно спрашивал, здесь ли живет Анабель. Говорят, у нее отменные фруктовые пироги.
Другие лавочники, как я заметила, ставили свои изделия на оконные прилавки. Такая необычная штука на первом этаже. Что-то вроде широкого, очень широкого подоконника, который выходил наружу.
Но концепт мне не нравился.
Гуляя по городу, я разглядывала такие прилавки. И понимала, что на продукты летит вся пыль и сор с улицы. И ладно, если это рыба, мясо или фрукты-овощи, пусть даже крупы.
Я принесу домой, помою. А потом еще и сварю-пожарю. Никаких микробов, бактерий и вирусов не останется.
А если это готовый пирог? Десерт или пирожки с мясом? Их можно сразу взять и есть, а то, что они приправлены дизентерией — так никого не смущает.
Меня смущало.
И я лихорадочно думала, как решить эту проблему в своей лавке. Ни за что не хочу отравить посетителей.
Так что к моменту, когда я смогу открыть двери кондитерской лавки, надо эту проблему решить, — думала я, прогуливаясь по торговым улочкам.
Тут мои мысли поплыли в совсем другом направлении.
С открытием я разберусь. Надеюсь, колечек хватит на оплату всех налогов и пошлин. А вот если заявится бывший, но не совсем еще бывший муж. Не официально.
Что делать?
По законам моего мира, он мог бы подать на раздел имущества. И отобрать у меня и домик, и лавку. Я еще и по брачному контракту ему должна выполнить обязательства. Да и вся в долгах.
Но какие законы здесь — я еще не знала. От Бернадет только узнала, что продать пару пирогов я могу и не вступая в торговую гильдию. Это разрешено.
А вот вывеску повесить, столы поставить и наладить бизнес — это уже
