Я постоянно хожу в модном дорогом костюме-тройке, рассчитанном на деловых, обеспеченных мужчин, не по причине, что я весь такой взрослый, будучи старше их всего на год. И не потому, что являюсь отбитым любителем классики и пускания пыли в глаза.
Это самая приличная одежда в моем гардеробе – подарок от родителей на завершение старшей школы. Я не жалуюсь – по итогу я сделал его своей фишкой, отличительной чертой, в то время как мои сверстники носят футболки и толстовки.
Включив кондиционер, я снова достаю телефон, ожидая ответа на условленный сигнал «Я подъехал». Таблетки я оставил в «Парке теней» – самом неприметном месте всего города, но точные координаты покажу только на бумаге и сразу же уничтожу – никаких исключений. Я доверяю друзьям, но не доверяю всем остальным – мало ли что, может, на меня ведется охота и я под подозрением. Эти двое легко откупятся от любого подобного обвинения – я же просто похороню себя и свое будущее.
Дасти пишет длинное сообщение, что задерживается из-за какого-то учителя. Верю, потому что, как ни странно, в его случае парень относится к учебе вполне серьезно.
Это точно нельзя сказать про Алека, но от него я получаю скупой ответ.
Алек: «Занят».
Сукин сын. Встреча со мной – в его интересах, ради него я, по сути, притащился сюда, рискуя не успеть на первую лекцию в колледже. Алек Брайт же, который посещает школу исключительно ради галочки и не скрывающий этого, внезапно становится очень «занят».
Я не удивлюсь, если он специально сейчас злит меня, высаживает на нервы.
Кей: «Минута – и я сваливаю, Брайт. Мне это на хрен не нужно».
В общем-то нужно. Мне очень помогут деньги. Но все же не так критично, чтоб я связывался с приятелем-идиотом.
Алек: «Кей, я правда занят. Через десять минут выйду – сейчас не могу. Дождись, пожалуйста».
Я дважды перечитал сообщение. Кей? Не очередное тупое прозвище? Слово «пожалуйста»? Нет явного намека на какой-то стеб?
Мне точно пишет Алек? Или очередной умник из «Сент-Лайка», позаимствовавший его гаджет?
Если он серьезно, мне будет очень интересно узнать, что на него нашло и при каких обстоятельствах он писал сообщение. И да, я дождусь его.
Я даже уставился в окно, открывающее вид на территорию школьного двора, в ожидании ублюдка, внезапно ударившегося в несвойственную ему вежливость и ответственность.
Но тут же вижу гораздо более любопытное для меня, чем он.
Сирена, уверенной походкой шагающая к парковке, где оставляют велосипеды немногочисленные школьники. Это ничуть не странное событие, не козни судьбы, что сталкивают нас вместе, все вполне логично – девчонка здесь учится. А я с радостью понаблюдаю за ней издалека.
Длинные красивые ноги Сирены Лайал так элегантно обрамляют раму велосипеда, что мне хочется самому быть этим гребаным средством передвижения. Но, с другой стороны, лучше нам держаться друг от друга подальше. А ее классным сиськам тем более лучше держать дистанцию от меня. Мне хватает их прошлого образа у моих ног, а потом – в порноснах.
За тонированными стеклами девушка вряд ли узнает, что я наблюдаю. Такая у нас игра в кошки-мышки. Вероятно, когда она «ненароком» упала, то поджидала меня. Я был ее «мышкой», как она могла посчитать. Но сейчас Сирена – мое подопытное животное, объект наблюдения.
В какой-то момент она резко поворачивает голову к машине, не доезжая до ворот. Выражение ее лица меняется с каждой секундой. Сирена то ли чрезмерно рада мне, что готова ворваться в салон и грубо отдаться на пыльном сиденье, то ли чрезмерно презирает меня, что я не отодрал ее в саду роз ее матери. Еще секунда – и девушка мчит к моему внедорожнику.
Кажется, даже ладони потеют от такой стремительной встречи. Каменное, незаинтересованное лицо – мой исключительный спутник для встреч с Сиреной. Это лучше для всех нас. Чтобы я и Сирена Лайал никогда не были чем-то большим, чем друг и сестра Дастина.
По мере приближения замечаю, что она пытается строить злое лицо, но выходит жутко комично. Маленький, вздернутый носик опускается при хмурых бровях, а ей все равно это идет. Сирена слишком открытая и естественная, чтобы изображать из себя кого-то. В мире девушек, что вечно строят из себя нечто более особенное, чем являются, – одухотворенные, осознанные, просчитывающие любые жесты, эта маленькая велосипедистка как глоток свежего воздуха.
В этом ее прелесть…
– Ты гребаный озабоченный мудак! – выкрикивает Сирена.
Я сижу поодаль, рядом с Калебом, который, как и всегда, безэмоционально наблюдает за перепалкой двух близких людей Дасти. Тот, кстати, не вмешивается, он стоит между ними, перебрасывая взгляд с одного на другого. Зато Син пропускает все веселье сегодня, пока мы тусим в местном тисовом парке неподалеку от школы «Сент-Лайк».
Сирена иногда зависает в нашей компании, попутно она занимается какими-нибудь своими делами или скроллит ленту социальных сетей.
Сегодня был как раз такой случай. Парни не воспринимали ее отдельной девушкой, она просто Сирена, сестра Дастина. Потому обсуждалось при ней все нужное и не нужное.
В тот день я в очередной раз привез Дасти метку с расположением таблеток. И как-то само получилось, что задержался со всей компанией придурков, которые обсуждали незнакомых мне школьниц.
Десятью минутами ранее мы выслушивали тираду Алека про то, как это убого, когда у девушек сиськи размером с голову, хотя и маленькие, которые помещаются в ладонь, еще хуже.
«Красивых сисек не осталось, а выпячивают так, словно все надрачивают на них с утра до ночи».
Я поглядываю на Сирену, которая кидает косые взгляды на Алека, но стискивает зубы, притворяясь, что ушла с головой в пометки для школьной газеты.
Однако вскоре я замечаю, как терпение ее подходит к концу.
– Все сиськи нормальные, – вставляю я, глядя на девушку.
Лицо ее немного расслабляется. Она вроде рада, что даже если я и не на ее стороне, то уж точно не в команде помешанного сексиста.
– В здоровенных можно утонуть охрененно, а маленькие эстетичны.
– Нет, вы посмотрите! – с негодованием выкрикивает Алек, показывая что-то в своем навороченном смартфоне. – Разве это секс? Херня дешевая. Висят, соски огромные, темные еще. Блевать хочется от такого зрелища! – Он засовывает два пальца в рот и делает вид, что его сейчас стошнит.
Вот тут-то Сирена и не выдерживает… Спрыгнув с бампера машины брата, идет немедленно в разнос.
– Ты кретин и придурок, Алек Брайт! – начинает выговаривать она, выпрямляя спину, будто готовится к схватке.
– Не хватает попкорна, –
