это не было большой проблемой. Сегодня только понедельник, и около десяти дней я не должна выступать.
— Мадам де Лука, — пока мои мысли накладывались друг на друга, мне показалось, что меня кто-то зовёт. Я оглянулась в поиске источника. Среди ожидающих автобуса осторожно двигался человек в форме шофера, — мадам де Лука.
— Простите, месье. Кого вы ищете?
Я крепче сжала скрипку, размышляя, какова вероятность того, что он ищет именно меня. Моя фамилия довольно распространена в Италии, но не в парижском аэропорту Шарля де Голля.
Как только он заметил мой багаж, мужчина расслабился и подошёл ко мне.
— Вы мадам Миранда Де Лука, скрипачка?
— Да. Почему вы меня ищете?
— Адвокат Блэр поручил отвезти вас обратно в Париж, он оплатил для вас машину, — водитель протянул руку к чемодану у моих ног и поднял его, — не хотите ли вы также отдать мне скрипку?
Я закатила глаза, не зная, благодарить или ненавидеть Доминика за это неожиданное внимание. В любом случае, не воспользоваться было бы глупо. Я отдала водителю весь багаж и поправила шарф на шее. Затем последовала за ним к машине, довольно роскошному чёрному «Мерседесу», и устроилась на кожаных сиденьях. Провела пальцами по дымчатому стеклу, отделявшему переднюю часть от задней. Работал кондиционер и, уверена, была звукоизоляция.
Мы сразу отправились в путь, прежде чем я успела сказать водителю, куда меня отвезти. Поискав глазами, я нашла кнопку, которая позволила бы мне опустить перегородку.
— Извините, я не дала вам адрес…
Мужчина бросил на меня взгляд через зеркало заднего вида.
— Адвокат Блэр попросил меня отвезти вас в его офис.
Конечно. Типичный Доминик. Если я не отвечала на его сообщения сразу, он перезванивал. Если я не отвечала на его звонки, он похищал меня на частной машине.
Я аккуратно приподняла подол одетой на мне юбки. Он был промокший.
— Послушайте, прежде чем мы поедем к нему, не могли бы оказать мне любезность и заехать ко мне домой? Я хочу переодеться.
— Адвокат Блэр гарантировал вознаграждение, если я смогу доставить вас к месту назначения ровно в половину первого. К сожалению, ваш самолёт задержали, и у нас нет времени.
От расстройства я прочистила горло. Мы не виделись почти десять дней, и два дня я не отвечала на его звонки. В нашу последнюю встречу, мы не очень хорошо расстались из-за моего решения уехать в Вену. Было понятно, что Доминик хотел поговорить со мной, и хотел сделать это, когда в офисе был перерыв, чтобы нас не услышал Натан. Несмотря на понимание, я не могла не испытывать некоторого раздражения.
Я горько вздохнула и повернулась к окну. Дождь шёл густым потоком. Вода была настолько тяжёлой, что я не могла видеть происходящего снаружи. Стеклоочистители бешено двигались, поток машин увеличивался. Несмотря на это, мы прибыли к офису на бульваре Осман ровно в 12.25.
Водитель остановился, раскрыл зонтик и подошёл, чтобы проводить меня. Я проскользнула в открытую дверь и стала ждать, пока он принесёт мне багаж. Но мужчина быстро отмахнулся, сказав, что будет ждать в машине. Учитывая грохот грозы, я не чувствовала необходимости просить у него объяснений или самой забрать багаж, поэтому глубоко вздохнула и начала подниматься по ступенькам.
В машине я пыталась привести себя в порядок, но сделать ничего не смогла. От воды мои волосы, и без того волнистые, стали пушистыми и взъерошенными. Мокрая юбка липла к ногам, а руки замёрзли, возможно, именно поэтому входить в тепло студии было довольно приятно. Я быстро дошла до стола Вивьен, но прежде чем свернуть в коридор слева, посмотрела в сторону кабинета Натана. К счастью, дверь была закрыта: я могла не волноваться.
Оставила пальто на вешалке, поправила шарф и направилась к Доминику. Я даже не постучала, уверенная, что он ждёт меня, и твёрдым шагом переступила порог.
— Доминик, я…
Мой голос умер в горле.
«Натан».
Скрестив ноги, он сидел в кресле брата с видом человека, готового сделать с тобой что-то ужасное.
— Доминика здесь нет, он ушёл полчаса назад.
Я посмотрела на него в замешательстве.
— За мной в аэропорт приехала машина, водитель сказал… — я резко остановилась, осознав реальность. Мужчина, который встречал меня в аэропорту, не упоминал имя Доминика. Он сказал только «адвокат Блэр», — это ты послал машину. Зачем?
Взгляд Натана быстро переместился за моё плечо. Он проверил, что остальная часть офиса по-прежнему пуста и никто не вернулся. Я поняла это. Если бы Доминик узнал, что брат обманом привёз меня, он бы, наверное, никогда не простил Натана.
— Ты мне не нравишься, Миранда.
Спокойствие, с которым он сказал об этом, глубоко ранило меня. Я взрослая женщина, и прекрасно всё понимаю. Меня не должно волновать, что обо мне думают другие. Но Натан не был другими. Как не был и Домиником. Он был каким-то особенным, я отчётливо это чувствовала.
— Проблема в том, что ты нравишься моему брату, — продолжил он, — и поэтому я попросил тебя приехать сюда.
— Ты не спрашивал, ты обманул меня.
Натан встал, заставляя замолчать. Даже если я не хотела показывать ему, как мне неприятно оставаться с ним наедине, страх — это не та эмоция, которую легко сдержать.
Натан двигался медленно, давая мне возможность наблюдать за ним, от чего я всегда отказывалась. Высокий, возможно, чуть ниже Доминика. Его руки, однако, производили впечатление, что он намного сильнее. Я стала дышать быстрее.
Он закрыл за мной дверь, несколько раз спокойно повернув ключ в замке. Видимо, руки Натана умели не только бить, но и ласкать. Никогда бы так не сказала.
«Но надеялась».
— Скажи честно: если бы я попросил тебя встретиться со мной наедине, ты бы согласилась?
— Нет, — ответила я прямо, не глядя на него.
Слишком быстро. Слишком страстно. Я пожалела об этом сразу едва произнесла; чувствовала себя с ним как открытая книга, эмоции ускользали из моих рук.
Его дыхание томно ласкало мою шею. Натан стоял позади меня.
— Подожди… Ты до сих пор боишься меня.
Это было слишком. Я резко повернулась и решительно посмотрела на него.
— Я не боюсь тебя!
Он сделал шаг вперёд. Я почувствовала, как мои ноги подкашиваются.
— Уверена?
Румянец, вспыхнувший на моих щеках, вызвал у него жестокую улыбку. Он был не просто мужчиной: он понял, что я чувствую и о чём думаю даже раньше меня. Это правда, я боялась его и в этот момент мне хотелось убежать. Но не только это. Какая-то часть меня была настолько безумна, что хотела остаться. Именно она уже несколько
