до костей голос балетмейстера. – Все основные танцы и фигуры мы уже изучили. Осталось довести ваши умения до идеала, – продолжил он, прохаживаясь перед нами и постукивая своим стеком о ладонь. – Партнёры, – он указал на стоящих поодаль лордов, – уже ждут вас, – и дойдя до меня, хищно улыбнулся. – А с вами, леди Валерика, у нас будут индивидуальные занятия.
– Зачем? – отшатнулась от этого маньяка, по ошибке ставшего балеруном. – Я не хочу!
– Надо! – жёстко сказал Сергио и потянул меня за собой.
М-да… “Надо Федя, надо”, – сказал Шурик и достал хворостину.
Мужлан, садист и псих! Внутри все кипело от обиды. Мои мечты о прекрасных танцах разрушились. Нет, не в первый день, тогда ещё оставалась надежда. А вот во второй – точно. Я для Сергио стала как личный вызов его умению и преподавательскому таланту. И ведь он, и правда, был неплох. Девушки очень быстро научились держать осанку и правильно двигаться. Ну, те, кто не умел, а я… Сама не знаю от чего деревенели все мышцы. Наверное, все дело в страхе неудачи: страх опять быть не удел или хуже остальных. Понимала, но сделать ничего не могла. А прилюдные замечания делали только хуже.
– Вы готовы, леди, показать на что вы способны? – ведя меня на позицию, хищно улыбался мужчина.
– В предыдущие дни не насмотрелись? – зло глянула на него. – Думаете сегодня что-то изменится?
Охаю от того, как резко меня дёрнули к себе и буквально впечатываюсь в стальное тело балеруна. А этот гад, прижимая к себе, проводит рукой вдоль позвоночника и заканчивает на мягком месте. Да, том самом, что определяет нижние девяносто.
– М… А в постели вы такое же бревно? – шепчет он на ухо.
Пытаюсь оттолкнуться, но тщетно, заношу руку для пощёчины, но её перехватывают, сжимают и между нашими сплетёнными руками повисает стек. Я не слышу музыки, не вижу другие пары, я смотрю в наглые синие глаза. Нет, не такие холодные озера как у императора, а тёплые, словно небо. В них плещется страсть и чертята пляшут джигу.
– Вы себе много позволяете, – цежу слова, так как злость кипит во мне ураганом.
Взбесил, поганец! Мало того, что издевался все эти дни, так ещё и хамло! Удар по ноге, заставляет отступить, новые, и ещё шаг назад. Руку держит крепко, вторая почти на моем тылу и смотрит в глаза не отрываясь. Как же хочется вцепиться в рожу и расцарапать. И новые шаги, наклон и моя вторая рука впивается в его плечо ногтями. Шипит от боли, но выпускает меня из захвата, дёргаюсь уйти, но не даёт. Сплетённые пальцы держат крепко, и крутанувшись, влетаю в его объятия.
Наше противостояние продолжается: он наступает, и опять наклон, не отпуская мой взгляд, не разрешая мне отвести свой. Впиваюсь ногтями в шею, вижу его боль, но он только шире улыбается и продолжает вести в этом странном танце противостояния. Новый удар по ноге выводит из себя, и вместо того, чтобы сбежать, делаю шаг к нему, прижимаясь плотнее, показывая, что не боюсь, не хочу отступать. И он делает шаг назад, победно улыбаюсь, наступаю на него. Но он хитрит, отталкивает моё тело, но крепко держит переплетённые пальцы. Разворот, возвращение в его объятья. И шаг назад, так пугает его хищный взгляд, в котором вспыхивает огонь. Страсть! Разврат! Боль наслаждения… Он как кот, поймавший мышку, играется до поры, но обязательно съест.
Отступаю, а он наседает, заставляя прогнуться в спине, отшатнуться от его напора. Чтобы не упасть, цепляюсь ногой за его голень. И он этим пользуется, закидывая мою ногу на своё бедро и тянет на себя, не давая сделать ни шага. Почти лежу на нем, а вторая нога тянется следом. Устоять на ней невозможно…
– Достаточно! – резкий, раскатистый голос разносится по залу как гром среди ясного неба.
Смаргиваю, не понимая кто это говорит. Огонь в глазах напротив затухает и отпускает мой взгляд из плена. Не сразу получается встать ровно и отстраниться. Сердце колотится как сумасшедшее, дыхание оказывается частым, будто марафон пробежала.
– Ты прекрасна в гневе, – слышу тихое на ухо, и удивлённо смотрю на мужчину.
На остальных девушек в зале, что стоят и смотрят на нас, лордов, нервно поправляющих одежды и последним вижу ледяную синеву глаз императора, застывшего в дверном проёме и зло смотрящего на нас. И только сейчас осознаю, как мы выглядели со стороны…
– Убью, – шепчу так, чтобы услышал только мой партнёр.
Но понимаю, что не сделаю этого. Сергео удивительным образом удалось перебороть мой страх. А вот император, явно, не подозревал этого и был ужасно, чудовищно зол. От места где он стоял расползалась изморось по стенам, полу и потолку. Вот только с чего бы?
Император покинул зал так же внезапно, как и появился. И вот спрашивается чего приходил? Я в недоумении посмотрела на Сергио. А это наглец смерив меня изучающим взглядом хмыкнул и стукнув своим стеком по руке прикрикнул на всех:
– Чего стоим? Чего ждём? – весело разносился его голос по залу. – Музыканты!
Заиграла музыка, невесты и лорды будто очнулись и встали в пары. Только Лиси украдкой покрутила у своего виска, показывая, что она думает о моих умственных способностях. Нет, я в каком-то смысле была с ней согласна, но только отчасти. Ведь, это было танго? Мы же танцевали танго? Ох! Со стороны, наверное, выглядело ужасно непристойно. Я в панике поискала глазами репортёров и выдохнула, не найдя ни одного.
А вот сбежать от Сергио не вышло, он как-то быстро вернулся. С другой стороны, дальнейший урок прошёл совсем в ином ключе. Я перестала зажиматься и деревенеть. И удивительным образом поняла, что прекрасно чувствую ритм. Движения выходят лёгкие, плавные неосознанно, будто я всю жизнь танцевала. Но самое главное, мне нравилось кружиться в вальсе, нравился странный танец типа польки и сложный, со сменой партнёров и определенных фигур. Остаток урока я наслаждалась музыкой, партнёроми и даже не оттоптала никому ноги.
– Страх тебя портит, – шепнул на ухо балерун перед самым окончанием занятий, – а вот в гневе ты пылаешь, завидую императору…
В удивлении посмотрела в голубые глаза этого странного, хамоватого любителя БДСМ. Причём тут император? Но уточнять не стала. Даже отвечать колкостью не хотелось. Все-таки именно Сергио подарил мне сегодня уверенность, помог справиться со страхами. И я была ему благодарна.
– Ох, Рика, – почти повисла на моей руке Лиса, стараясь говорить тише, что бы нас не услышали. – Что это было? Вы так смотрелись… – девушка залилась краской и
